Миссис Денман была так богата, что владела собственным самолетом, двумя пилотами и официантом.
Дэвид оказался в совершенно поразительной ситуации: тридцатидвухлетний психиатр, получивший сразу после резидентуры[8] прекрасную работу во времена, когда найти хоть какую-нибудь практически не представлялось возможным.
— Доктор Форд, я хочу воспользоваться ситуацией и сообщить вам кое-какую дополнительную информацию.
Они сидели друг напротив друга, соприкасаясь коленями в крошечном пространстве самолета.
— Я буду вам чрезвычайно признателен.
— Во-первых, я хочу извиниться за самолет.
— Он просто замечательный, и я невероятно признателен вам за возможность добраться на нем до госпиталя; в противном случае, дорога заняла бы несколько дней.
— Этому самолету пятьдесят лет. И он единственный из принадлежащих мне, который летает. В более современных лайнерах отказала электроника — так мне сказали.
Солнце, разумеется. Проклятое Солнце виновато во всех проблемах. Дэвид обратил внимание на мельком прозвучавшее признание, что миссис Денман владеет несколькими самолетами. Удивительное дело.
У него сложилось впечатление, что она собирается с духом, готовится к следующему заявлению, точно человек, который ждет взрыва или катастрофы. Однако, когда она заговорила, ее голос прозвучал спокойно, почти небрежно:
— Вам ведь известно, что доктор Аллман стал жертвой пожара?
Дэвид прекрасно понимал, что какое-то происшествие послужило причиной появления вакансии, но не задавал вопросов, и никто ничего ему не объяснил.
— Мне очень жаль.
— Он жил в городе. К несчастью, пожарная служба в округе Роли пришла в упадок, и они действовали слишком медленно.
Дэвиду показалось странным, что информацию подобного рода оставили на тот момент, когда он будет лететь на место своей новой работы, как будто она могла заставить его передумать и отказаться от предложения.
— Несчастный случай?
— Мы так думаем.
— Я должен узнать еще что-то? Почему вы мне говорите об этом именно сейчас?
— Вы понимаете, что будете жить на территории больницы?
— Мне сказали, что меня поселят в личных апартаментах Герберта Эктона.
— Которые знамениты своими самыми необычными интерьерами не только в нашей стране, но и во всем мире.
— Да, мне так и сказали. И я сгораю от любопытства. Попытался найти фотографии в Интернете, но…
— Там нет фотографий. Мы не придерживаемся стиля жизни Дональда Трампа[9]. — Мимолетная улыбка скользнула по губам миссис Денман. — Мистер Эктон встречался с женщинами в спальне, которой вы будете пользоваться. Разумеется, вы холостяк. — Ее лицо стало жестким, как кремень. — В отличие от него.
Неужели миссис Денман встречалась с Гербертом Эктоном? Он умер в 1958 году. Она тогда была еще совсем ребенком, точнее, подростком.
Миссис Денман рассмеялась.
— Спальня просто великолепна; она вам понравится, молодой человек.
Она потянулась за своим стаканом — официант выдал им обоим виски с содовой — и, когда поднесла его к губам, ее руку окутало голубое сияние. Она мгновение его разглядывала, потом вскрикнула и отшвырнула стакан, послышался треск электрических разрядов. Дэвид заметил точно такое же сияние вокруг собственных рук и почувствовал легкое покалывание на коже. «Сейчас мы взорвемся», — подумал он, и сердце отчаянно забилось в груди. Официант бросился поднимать стакан, и голубой огонь залил мерцающим светом его спину.
— Мадам, это огонь святого Эльма, — сказал он. — Снова поток солнечной энергии.
На лице миссис Денман появилось страдальческое выражение.
— Нам следовало поехать на машине, Энди.
— Невозможно, мадам. Слишком медленно и опасно.
Дэвид посмотрел на автостраду Нью-Джерси (так он думал), далеко внизу, и не заметил даже намека на движение в длинном, похожем на сверкающую змею строе машин, но ничего не сказал.
Миссис Денман нажала на кнопку интеркома.
— Что такое этот огонь святого Эльма? Он может стать причиной катастрофы?
— Мы пытаемся снизиться.
— Ненавижу проклятые солнечные вспышки. Это отвратительно, всё вместе. Просто отвратительно.
Миссис Денман принялась вертеться в своем кресле — похожая на паука старуха в золоте и бриллиантах. В следующее мгновение она посмотрела на Дэвида напряженным взглядом змеи, готовящейся к атаке.
— Вам известно, когда все это закончится, доктор?
— Рано или поздно они исчерпают свою силу.
— Таково одно из мнений. Но, возможно, вы не знаете этого.
Она протянула документ в бежевой папке. Дэвид открыл и увидел красные печати засекреченной информации.
— Я не могу это читать.
Старуха замахала руками.
— Читайте.
— У меня нет допуска.
— Вы что, не понимаете, Дэвид? Это больше не имеет никакого значения. Все неважно.
Документ состоял всего из трех страниц, заполненных несколькими короткими параграфами. Его составил глава Совета национальной безопасности и направил президенту страны.
— Где вы это взяли?
— Господи, ради всех святых, юноша, вы прочитаете его или нет?
В документе говорилось, что Солнечная система входит в атмосферу сверхновой — информация, которая ни в коей мере не была секретной. Как раз наоборот, об этом знали все. Но дальше шло более шокирующее предложение: «В предыдущий раз, когда мы проходили через подобное облако 12 600 лет назад, осколки взорвавшейся звезды упали на ледники. Территория огромного северного ледяного щита Лаврентид, равнявшаяся по своим размерам острову Родос, меньше чем за секунду превратилась в перегретый пар. В результате мощного толчка громадные айсберги выбросило на континент до самого Нью-Мехико. Ураган, начиненный более мелкими осколками, создал миллионы кратеров в Каролинской впадине».
Дэвид по-прежнему не видел ничего особенно удивительного в том, что читал. После публикации в 2006 году книги Файрстона, Уэста и Уорвик-Смита под названием «Цикличность космических катастроф» это стало общеизвестным, хотя и спорным объяснением столь неожиданного и мгновенного конца ледникового периода.
Он продолжал читать дальше:
«Снег растаял так быстро, что весь Североамериканский континент оказался под водой. В Северной Америке цивилизация людей прекратила существование. В других местах кое-кому удалось спастись, и катастрофа дала начало легендам о всемирном потопе».
Дэвид поднял глаза. Обри Денман выпила его виски и теперь смотрела на него оценивающим взглядом из-под полуприкрытых век.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
