— Буквально на пару часов.
Наира упирает руки в бока, хмурится. А затем смягчается и смеется:
— Конечно, можно, моя честная «не шлюха»! Тетя Наира поможет и одолжит одежду, купленную на грязные деньги. Тетя Наира насосала!
— Перестань! — смеюсь я, тоже развеселившись. — Я так не думаю.
— Знаю. Давай уже заканчивать и ко мне! Устроим показ мод.
___
Осадчий - адвокат, герой книги книги Сломанная защита.
Глава 2
В кабинете довольно прохладно, я зябко потираю плечи и ежусь. Зубы стучат, мышцы сокращаются в попытке согреть тело. Борюсь с собой, опасаясь показаться невежливой. Дверь резко распахивается, заходит мужчина. Я вижу крупный силуэт, но лицо остается в тени. Тут же вскакиваю и представляюсь:
— Драгунская Алина Мирославовна. Добрый день. Я жду Андрея Евгеньевича, я его новый ассистент.
Пульс частит. Андрей Евгеньевич Осадчий — мой абсолютный кумир, я со школы мечтала попасть в его юридическую фирму. Обычный человек из простой семьи учителей, как и я. Он добился невероятных высот уже к тридцати. Я об стенку разобьюсь, но сделаю так же.
— Привет, Алина. Знаешь, в чем будут заключаться твои обязанности?
Распечатка, сканирование, разбор доков по папкам?
— Да, вполне.
— Это хорошо. Раздевайся.
— Что?
— Глухая? Или ты думала, будто способна на что-то большее? Снимай платье или выметайся отсюда.
Швыряет в пот, тело покрывается ледяной испариной. Я тянусь к молнии на платье, пронзает дикий страх. Открываю глаза в полной темноте и пялюсь в черноту. Холодно. Трясет от холода! Где одеяло? Никак не могу нащупать.
Это ж надо такому присниться! Бедный мой разум. Видимо, сказалось нервное перенапряжение: прошлый вечер с Наирой, ее истории из жизни наложились на утреннее собеседование в юридической фирме, где все прошло быстро и банально: я переговорила с помощницей Осадчего, оставила контакты и ушла, находясь в полном восхищении от здания и атмосферы в его стенах. Самого Андрея Евгеньевича не видела, разумеется. Меня дальше приемной не пустили. А тут такое! «Раздевайся».
Треш.
Но как же некомфортно! Неужели я от страха настолько вспотела? Трогаю простыни — они мокрые и ледяные. Натурально мокрые. Соскакиваю с койки и включаю свет: Вера и Соня делают вид, что крепко спят. Трясет. Отопление в городе выключили еще на той неделе, и в комнате дубак. Одеяло валяется в дальнем углу.
Матрас пропитался насквозь.
Меня опять облили во сне.
Слезы наворачиваются. Время — полночь, обычно я рано встаю и рано ложусь. Сплю крепко как сурок. Створка моего шкафчика закрыта неплотно. Сердце рвется.
— Алина, выключи свет! Сколько можно издеваться?! — жалуется Вера, невинно потягиваясь. — Я жалобу на тебя накатаю!
Я кидаюсь к шкафу, открываю, щупаю ткань дико дорогого костюма, что взяла у Наиры. Черные пиджак и брюки в белых мокрых разводах.
Накатывает отчаяние.
— Боже, за что? А если с вами так?
Решительно открываю соседний шкаф, чтобы так же испортить их одежду, но соседки махом спохватываются. Соскакивают с кроватей и вдвоем кидаются на меня.
Через час я сижу в комнате коменданта и потираю исцарапанные плечи и шею. Голова трещит, они мне чуть волосы не проредили.
Глубокая ночь. Это не первая наша стычка. На второй неделе учебы меня связали простынями и разрисовали лицо маркером. Тогда я допустила ошибку — пожаловалась. С тех пор меня невзлюбили. А второго шанса произвести первое впечатление не бывает.
Комендант врывается в кабинет и падает в скрипящее кресло.
— Драгунская, что опять?
Он устал, хочет спать и злится. Кажется, мы перебудили всю секцию.
— Лев Леонидович, переселите меня в другую комнату, — шепчу я. Моргаю. Добавляю с жаром: — Лев Леонидович, переселите, пожалуйста! Хоть к кому. Хоть к пацанам, блин. Мне по фигу уже. Не могу больше.
Старшекурсницы и лучшие подружки не обрадовались, когда к ним в комнату отправили третью. Началась травля. То спать не дают перед экзаменами, то конспекты испортят, листы повыдирают тайком, я перечитываю и понять ничего не могу. То продукты выбросят или пересолят так, что невозможно есть. Обычно я справлялась. Но сегодня нервы сдали, сессия усилила восприятие.
— Куда я тебя переселю? Битком всё! Ты новенькая, постарайся найти общий язык с более старшими девочками. Подружись.
— Я пыталась!
— Алин, ты ведь сама все понимаешь. Я и так пошел навстречу и подселил тебя в комнату, рассчитанную на двоих. Место тебе не положено. Я сжалился, а ты словно не ценишь.
Краснею.
— Я благодарна вам, но...
— Ты учишься на коммерции. Если можешь позволить себе платить за учебу такие деньжища, то и на жилье должно хватать.
Качаю головой.
— Алин, постарайся больше не привлекать внимания. Дойдет до деканата, мне сделают выговор, что пустил нелегала. Ты вылетишь из общаги быстрее, чем в ладоши хлопнешь. Без шансов на возвращение.
— Я поняла. Простите.
Поднимаюсь с места и выхожу в коридор.
В комнате по-прежнему холодно. Закрываю форточку, переворачиваю матрас, перестилаю простыни.
— Алин, всё нормально? — Егор чуть приоткрывает дверь, но зайти не решается. Широко зевает.
Он неплохой парень, предлагал прогуляться пару раз. Но после опыта с Динаром я предпочитаю не заводить интрижки там, где живу.
— Норм, спасибо за беспокойство.
— Они опять херней маются? Дуры.
Быстро качаю головой. Глаза режет, нос щиплет, но плакать я не стану. Не дождутся. Всхлипываю и хмурюсь. Андрей Евгеньевич — не тот, что из моего сна, а нормальный — в одном из интервью сказал, что нельзя показывать слабость. Особенно тем, кто сильнее.
— Если хочешь, приходи к нам ночевать. Ромки нет, он будет не против, если займешь его койку.
Кусаю губу.
— Спасибо. У меня всё в порядке.
Осталось немного. Закрою эту сессию и переведусь на бюджет — места появились, я уже узнавала. Получу законную койку в общаге!
Все равно, блин, мокро. Двигаюсь на самый краешек. У Наиры прекрасная квартира. Было бы удобно снимать с ней вместе. Я улыбаюсь, вспоминая, как прошлым вечером мы дегустировали шампанское и дефилировали по очереди в ее платьях. Фотографировались. Открываю в телефоне галерею, листаю. Красиво вышло. Наира шутила, что с такими глазами и губами я была бы нарасхват.
Нервно хихикаю.
Интересный она человек, конечно. Позитивный. И онлайн в два часа ночи. Пишу просто так, на всякий случай:
«Наир, а сколько ты платишь за квартиру?»
«Что, опять? Приезжай ко мне прямо сейчас».
