молодой каратель, имперская гончая, наемный убийца…
— И просто хороший парень, — прервал я грубый мужской голос, эхом разносящийся во все стороны, отчего я не мог понять направление откуда он доносится.
— У меня для тебя есть предложение. — С секундной заминкой продолжил голос, решив пропустить мое неуважительное к нему отношение.
— Кто говорит? Покажись? — я не мог позволить себе заключать какие бы то не было сделки непонятно с кем, даже если это плод моего находящегося на грани смерти воображения. К чему такое могло привести я знал получше многих демонологов.
— Узривший мой лик не сможет больше продолжить свою земную жизнь, — от слепящего света начали слезиться глаза и болеть голова.
— Ну ты хоть демон или просто мелкий бес? — Уточнил я, зная, что подобные существа не могут напрямую врать, когда хотят заключить договор.
— Демон, — с издевкой согласился голос. — У меня есть предложение, не перебивай! — я захлопнул рот, который уже открыл и решил дослушать, что именно мне предложит такой странный глюк, ну или не глюк. — Так вот, у тебя есть два пути: вернуться в свой мир и остаться калекой до конца своих дней без права на излечение, или переместиться в другой, где ты выполнишь возложенную на тебя миссию. Ну еще есть третий: остаться здесь.
— Что за миссия? — спустя десять секунд, на которые воцарилась полная тишина, спросил я, понимая, что голос больше ничего вразумительного не скажет.
— Ты сам поймешь. Скажу только одно, ты должен прекратить то, чем увлеклись в последнее время местные маги, правители и главы кланов. Бессмертие, к которому они стремятся, и многочисленные жертвы их экспериментов нарушают баланс.
— И я должен сделать так, чтобы их души уже начали отправляться на место их окончательного пристанища, то есть в ад? — Захотел я обозначить рамки договора, на который меня уговаривает демон. — Какие сроки? Сколько нужно чтобы договор считался выполненным?
— Без срока. Мало кто верит в тебя, но ты должен приложить все усилия, чтобы прервать это.
— Я буду так стараться, так стараться, — усмехнулся я. Внезапно свет прожекторов потух, оставив меня снова в этой пугающей темноте. — Эй, Демон, ты еще на месте?
В ответ прямо передо мной образовались две двери, из проема которых лился приятный мягкий свет. Над одной горела табличка: «Вход». На другой: «Выход». Между ними висели часы, отсчитывающие время назад. Оставалось десять секунд на подумать, хотя что тут думать, я при любом раскладе попаду в ад, заключал я сделку в своем воображении с демоном или нет. Душу он мою не потребовал, прочие условия кроме приложить усилий не обозначил, так что, в целом, все терпимо. Оставаться калекой? Нет уж, за свою прожитую тридцатку, я нажил себе столько врагов, что спокойно дожить отведенный мне срок точно не дадут. Серега, пожалуй, единственный кто мне не желает смерти из моего окружения. Ну, по крайней мере, всерьез не желает. Что уж тут, была не была.
Толкнув дверь с табличкой «Вход», надеюсь, я правильно понял ход мыслей этого голоса, я шагнул внутрь и меня сразу же окутал дымкой мягкий свет, после чего я снова погрузился в беспамятство.
Глава 2
Кап. Кап. Кап.
Монотонный стук капель обо что-то железное неотвратимо приводит меня в сознание, которое упорно пытается ускользнуть обратно. Какого хрена? Неужели та рана была все же не смертельная, как и говорил Серега, ведь это последнее, что я помню. Хотя нет, помню темноту и какой-то голос. Глюки были, что надо, и ведь главное надежду дали. Я думаю, что… стоп. Если я думаю, следовательно, существую, гласит древняя, как мир истина. Значит, что-то случилось, и меня действительно успели откачать. Ладно, хватит размышлять, попробую подняться.
При первой попытке голова налилась чудовищной болью, а глаза просто отказались открываться. Но эта китайская пытка водой добавила мне мотивацию тут же попробовать еще раз.
Я резко открыл глаза и сел на кровати, с удивлением рассматривая незнакомый мне интерьер. Моментально оценивать окружающее пространство тоже был один из моих приобретённых за долгое время обучения навыков. Ветхая мебель, серые стены и протекающий потолок, капли с которого били по дну подставленного металлического тазика. Убого, ветхо, дешево, но, на удивление, довольно чисто. Что-то не шибко похоже на больничную палату. Если я правильно понимаю, то это морг. Притом, в какой-то захолустной больнице. Я тут никак оказаться не мог.
Ну да ладно, я жив и могу двигаться, а значит, еще повоюем. Не подкачал демон, вытащил из этой инвалидной кабалы, если только не обманул, а то с него станется умолчать о какой-нибудь мелкой детали, которая все в корне поменяет.
Взгляд вскользь упал на мои руки, которые и вовсе привлекли мое внимание. Тонкие изящные кисти с длинными пальцами. Маникюра, правда, не было, что немного меня порадовало, ногти были словно обгрызены, а сами руки не были идеально чистыми. Костяшки рук сбиты, а на руке красуется не так давно полученный синяк. А задохлик-то имел стержень, видать отбивался напоследок как мог. Жаль, что мог очень плохо. Еще вокруг стоял странный приторный запах разложения, словно я находился рядом с трупом давностью двух-трех дней. Я огляделся еще раз, даже под кровать заглянул и в шкаф, но ничего подозрительного не обнаружил. Значит, запах идет от меня. Что за…
Я ринулся в единственную дверь, которая была приоткрыта. Как я и думал, это оказался аналог ванной комнаты. Сначала я убедился, что меня забросило именно в мужское тело, после чего с нескрываемым облегчением вздохнул. С демонов станется подшутить таким образом над доверчивым идиотом, который за подобную шутку еще и душу умудрится заложить. Но слава богу, над имперским карателем этот рогатый, скорее всего, не решился проводить такой эксперимент.
Зеркало было мутным, но мне этого хватило, чтобы разглядеть лицо того, кто внезапно умер. С помощью демона это произошло или нет, я теперь этого никогда не узнаю. Как бы я не старался ничего из памяти бывшего владельца я извлечь так и не смог. Ладно, имеем мы худощавого подростка лет шестнадцати. Коротко подстриженные черные волосы, заостренные черты лица, выпирающие скулы, тонкие губы и очень странно смотрящиеся, и идущие в контрасте с волосами светло-голубые глаза. Все буквально кричало о том, что бывший владелец этой тушки был, как минимум, аристократом, слишком породистым было его лицо. Еще вот гримасу пренебрежения состроить и самому себе сразу
