Читаем без скачивания Поцелуй смеющегося Будды - Ирина Шанина

— Куда?.. — переспросила я, так как Борис не удостоил меня ответом.

— В Гонконг, — ответил вместо него Леха.

— А почему… Почему я?! — Наверное, трудно было придумать вопрос глупее этого, но я его задала. Оба «начальника» с большим подозрением вытаращились на меня: другая бы от радости на месте прыгала, а эта…

На такую глупость Борис не реагировал принципиально. Я вообще думаю, что он в первый раз заметил мое присутствие в офисе. Более демократичный Леха пояснил:

— Лорка должна была лететь, но второй день дозвониться до нее не можем.

Это да, в это я сразу поверила — потому что Лоркина пепельница, вымытая мной позавчера, осталась чистой, в то время как пепельница руководства, которую она все-таки иногда вытряхивала, была переполнена окурками — стало быть, на работу Лорка не приходила.

— Давайте я попробую до нее дозвониться. Я и съездить могу. — Я готова была мчаться на другой конец Москвы, только бы найти Лорку и не ехать в этот треклятый Гонконг.

— Бесполезно, — мрачно заявил Леха, — ее нет в Москве, умотала к родственникам. — Поняв, что после таких заявлений авторитет руководства может опуститься в моих глазах ниже ватерлинии, Леха насупился и сурово произнес приговор: — Короче — завтра принесешь паспорт и собирай вещи. Визу посольство дает быстро — мы же не в Британию едем, а в колонию[1].

Дома я сообщила новость мужу. Я ожидала, что он скажет: «Увольняйся!» Но, к моему великому удивлению, этого не произошло. Уже потом, много позже, я поняла, что благородные мысли и поступки свойственны только тем мужчинам, у которых все в порядке с самореализацией.

В книгах все просто: есть мерзавцы и есть герои. В реальной жизни мужчину портят две вещи: очень большие деньги (особенно если они появились быстро и не очень заслуженно) и полное отсутствие денег. В нашей семье имел место второй случай. Полтора месяца мы жили на мою зарплату, пусть и не очень большую, но регулярную. Скажу честно — я немного вздохнула, потому что могла что-то рассчитывать и как-то сводить концы с концами. Полагаю, что и мужа это положение вещей вполне устраивало: мало того что я приношу в дом деньги, так еще и отсутствую в течение дня, стало быть, можно спокойно смотреть телевизор, а потом пересказывать мне увиденные новости. Моего супруга не смутило то, что Лорка таинственно «исчезла» как раз накануне важной командировки, он не задумался над тем, почему вдруг посылают меня… Из его пояснительной речи я вынесла одно: работу мне терять сейчас никак нельзя, потому что нам не на что будет жить. Ведь я «прекрасно знаю, что летом деловая активность падает, поэтому денег не будет до зимы».

«Деловая активность», если верить моему мужу, у нас падала зимой, весной, летом и осенью. Удивляло одно: как другие успевают при столь тотальном падении зарабатывать приличные деньги.

Короче, я поняла, что на поддержку Игоря рассчитывать не стоит, а стало быть, в командировку ехать придется.

Две недели пролетели незаметно, и вот настал день вылета. Мы приехали в Шереметьево часа за три до рейса. Я ошалела от огромного количества людей с чемоданами. Когда-то это был очень даже приличный аэропорт, но волна перестройки накрыла его с головой, и он превратился в своеобразный бомжарий для выходцев из стран третьего мира (хотя кто скажет, что мы относимся к странам с высоким уровнем цивилизации?). Во всех углах спали люди, отдаленно напоминающие индусов. Тут же шныряли босоногие дети. Главный международный аэропорт страны был больше похож на южный вокзал в разгар туристического сезона.

Крепко зажав в руке паспорт, я направилась к небольшой очереди на таможню. Мне все время казалось, что это какая-то нелепая ошибка, что сейчас меня «вычислят» и… нет, не арестуют, а просто скажут, что таких за границу не пускают. Но все прошло на удивление гладко. Видимо, в тот вечер в планы таможенников мой арест не входил.

Сам полет тоже прошел довольно спокойно: рейс был ночной, поэтому довольно скоро все пассажиры погрузились в глубокий сон, а когда я проснулась, то «под крылом самолета» уже плыли барханы пустыни Гоби. А потом меня ослепили замечательное южное солнце, бирюзовое море и колоссальная фигура Будды, мирно сидящего на вершине огромной горы.

Быстрый, просто мгновенный проход через таможню и внимательный пограничный контроль (у нас все было наоборот). Выходим, ловим такси. Мое состояние можно охарактеризовать одним словом: я «ошалела». По идее Гонконг — британская колония, но похоже, что местное население англичан жалует не очень, если не сказать хуже. Ведут себя, как прибалты в те времена, когда мы еще были Советским Союзом: активно делают вид, что «по-английски не понимайт». Борис уселся рядом с шофером и сказал что-то типа: «Тим тша цуэ… кавлун». Странная фраза мне запомнилась.

Минут через двадцать мы приехали в это самое «тим тша» как там его дальше. Отель наш носил гордое название «Международный» и, если верить буклету, лежащему на стойке портье, относился к разряду «четырехзвездных».

За границей я бывала не часто. А уж в отелях и того реже. Единственный зарубежный «отель» в моей жизни — молодежная гостиница в Буде (четыре человека в номере, из удобств — раковина, душ и унитаз). Так что одноместный номер в гостинице «Интернэшнл» показался мне почти дворцом.

Боссы мои поселились в шикарном двухместном номере на четвертом этаже, а меня служащий гостиницы повел на второй. Окно моего номера выходило прямо на соседний дом, а непосредственно под ним проходили трубы большого диаметра.

В Гонконге архитектура очень своеобразная: земли там мало, поэтому многоэтажные дома «лепятся» один на другой. Все коммуникации проходят снаружи — это не очень красиво, но зато очень удобно (спустя два дня я оценила это в полной мере). Поскольку расстояние между окнами двух соседних домов не превышает десяти метров, то стекла вставляются не прозрачные, а матовые — как в вокзальных туалетах.

Поздно вечером я отодвинула створку окна (именно отодвинула, а не распахнула, как у нас, — опять экономия пространства) и с удивлением обнаружила китайское семейство почти на расстоянии вытянутой руки. Мама, папа и двое детишек ловко орудовали палочками, подцепляя из общей тарелки что-то малоаппетитное. Я некоторое время понаблюдала за ними, но семейство, судя по всему, постояльцев гостиницы в упор не замечало. И то верно — на всех не насмотришься…

На следующий день мы отправились в представительство компании «Ситизен», где должны были встретиться с господином по имени Стивен Трамп. Англичане по жизни попадались мне далеко не каждый день, поэтому я мысленно нарисовала себе белокурого красавца, похожего на популярного в 70-е годы артиста Майкла Йорка.

Увы! Внешне Стивен был полной противоположностью Майкла — толстый, неопрятный субъект с обилием перхоти на плечах. Наверное, на здешнем телевидении мало показывают рекламных роликов, а то бы Стив наверняка управился с перхотью дней за шесть. Хотя он не производил впечатления человека, который имеет привычку мыться каждый день. Так или иначе, к этому Стивену мы и пришли «делать бизнес».

Господин Трамп как-то совсем неприлично (для сотрудника столь уважаемой компании) обрадовался, увидев нас, быстренько продемонстрировал «образцы продукции» (внятно помню калькуляторы «Ситизен-777», которые тамошние сотрудники называли «ситизен па-па-па») и ненадолго куда-то исчез, оставив нас в обществе невозмутимого китайца, совершенно не говорящего по-английски. Минут через пятнадцать Стивен вернулся и неожиданно предложил отметить «начало нашего сотрудничества». Время шло к обеду, поэтому мы не стали отказываться, справедливо предположив, что уходил Стивен за представительскими. Так оно и оказалось. Мы вышли на улицу и стали ловить такси (наш спутник пояснил, что машину не покупает принципиально — гораздо быстрее и дешевле добираться на метро). Такси поймалось сразу.

Маленькое отступление: таксисты Гонконга английского не знают совершенно. На тот случай, если к ним садится пассажир, не владеющий китайским (бывают же на свете такие уроды), у них имеется карта города, где с одной стороны названия улиц написаны по-английски, а вот с другой — уже нормальными иероглифами. Так что «беседа» с гонконгским таксистом происходит обычно следующим образом. Сообразив, что вы — дебил, не знающий китайского, таксист, тяжело вздохнув, достает свою заветную карту. Некоторое время вы судорожно пытаетесь сообразить, где находится нужная вам улица. На это уходит (в зависимости от вашего везения) от пяти до пятнадцати минут. Наконец вы гордо демонстрируете свою находку таксисту. Он внимательно смотрит на карту, а потом… переворачивает ее и предлагает вам найти все то же самое, только на стороне с иероглифами.

Если ситуация зашла в тупик — вы никак не можете отыскать на карте, куда вам надо, — то таксист связывается по рации «с центром». «В центре» сидит диспетчер, которая якобы владеет английским. На самом деле она владеет английским ненамного лучше, чем вы — китайским. Несколько минут вы пытаетесь сквозь шумы и потрескивания разобрать, что она там чирикает. Как правило, это не удается. Наступает ваш черед — вы медленно и внятно, как на уроке английского языка, произносите название улицы. Несколько минут выжидаете — до дамы должно «дойти». Если она сообразила, то ждать придется недолго: от силы пять минут оживленных переговоров между диспетчером и таксистом, и вас уже везут.