вампиры? – ударил рукой по столу Велиус, так сильно, что даже кружка подпрыгнула и печально звякнула. – Их не существует.
Брутус тяжело вздохнул.
– Вот, ваша светлость, – слуга извлёк из стопки письмо и протянул господину. – Извольте прочитать.
Герцог распечатал конверт ножом для масла и пробежался по строчкам отчёта.
– Сумасшедший дом, – выдохнул он. – Кровососы пьют кровь местных жителей. Сегодня отвратительный день. Собирайся Брутус. Сначала «Белый Берег», потом выдвигаемся в Райдеро.
Андертон изящно поднялся со стула и направился к лестнице пружинистым шагом.
– А, и передай Росалии, – обернулся Велиус, – что буду отсутствовать неделю-другую.
– Да, Ваша Светлость, – важно поклонился слуга.
Брутус позаботился, чтобы герцогу оседлали самую шуструю химеру. В Королевстве Сагней содержать химер было модно. Дворяне отказывались от чистокровных лошадей в пользу этих выносливых созданий. Вытянутые морды и узкие глаза песочного цвета, блестящая чешуя, грива шипов, – всё это напоминало меринов, но более безупречных. Химеры развивали огромную скорость за счёт длинного костного хвоста и позволяли добираться до цели вдвое быстрее.
Герцог спешил. Он выскочил из парадного входа и уже нёсся на Брутуса. Андертон выглядел словно франт. На голове изысканная шляпа, от самого модного шляпника Королевства, с серебряной вышивкой и белоснежным пером. Чёрный камзол по последней моде, расшитый серебром, выгодно подчёркивал стройную фигуру мужчины. Тёмные бриджи и высокие блестящие сапоги из мягкой кожи довершали образ. Сбоку красивый и резной пояс, на который поверх цеплялись ножны и меч.
Андертон пронёсся, словно ветер, мимо слуги и вскочил в седло. Химера зафырчала, а герцог натянул поводья:
– Что там с «Берегом»?
– Как и предполагали, Ваша Светлость, виконт Лайл изволил ужинать в «Белом Береге» и будет вас ожидать, – слуга почтительно склонил голову.
– Хорошо, Брутус. Пока буду отсутствовать, упакуй личные вещи. Как только закончу дела с Лайлом, выдвинемся в Райдеро.
Сказав это, герцог тут же пришпорил химеру и понёсся в направление столицы, оставляя за собой облако пыли.
Андертон прибыл в «Белый Берег» за полчаса до назначенного времени. Этот мужской клуб собирал в своих стенах высшие умы Королевства и особ голубых кровей. Комнаты выполнены в пастельных тонах и уставлены дорогими побрякушками. В «Береге» были не только изолированные кабинеты, в которых вершились дела королевства, а также, игровые залы, где высшая знать развлекалась азартными играми. «Берегу» принадлежал личный ипподром, на котором проводились ска́чки. Редко мужской клуб устраивал свои знаменитые балы, на которые приглашения практически не достать. Потому то всё королевство мечтало, хоть однажды побывать на таком балу.
Велиус ловко спрыгнул с химеры и щёлкнул пальцами. Пыльный костюм преобразился. Довольно насвистывая, он зашагал к входу. Двери распахнули перед герцогом, и слуга поклонился так низко, словно хотел поцеловать землю, по которой его светлость изволила ходить.
Андертона хорошо знали в столице. Он происходил от древнего рода Наев и владел редким даром магии крови. Герцог был весьма честолюбив и планировал занять место в Совете Десятерых, в который входили могущественные маги и титулованные особы Сагнея. Правящий о́рган зорко присматривал за Королевством, и, естественно, не очень хорошо следил за членами совета.
– Сюда, прошу, Ваша Светлость, – почтительно пробормотал слуга, указывая на один из богато меблированных кабинетов, который в «Белом Береге», использовался не только для переговоров.
Андертон зашёл и совсем не по-герцогски плюхнулся в кожаное кресло цвета слоновой кости. Вкусные ароматы витали по комнате, заставляя его живот уныло бурчать.
Белоснежная скатерть стола уставлена разными блюдами: рябчики под сметанным соусом, окуни с ветчиной, чирята с оливками, пулярд с трюфелями. Глаза просто разбегались от изысканных кушаний. Ко всем этим блюдам подавался херес.
Велиус был в самом разгаре маленького пира, когда дверь тихо открылась и вошёл виконт Лайл. Сухой старик, одетый по последней моде, довольно улыбнулся. Его блёклые зелёные глаза блестели от удовольствия. Конечно, сам герцог Андертон почтил визитом.
– Добрый вечер, мой мальчик, – вежливо пробормотал старый господин, поправляя белоснежный парик.
– Вечер добрый, Лайл, – ответил также учтиво герцог.
Виконт Лайл приходился дядей и опекуном маркизе ла Косс. Леди его особо не интересовала. Он, конечно, присматривал за её образованием и делами поместья, но нехотя. И теперь старый виконт решился сбыть быстренько маркизу с рук, чтобы несносная девчонка стала головной болью мужа, а не его.
Виконт и герцог ужинали в тишине. Наконец, Лайл отложил нож и вилку и удовлетворённо откинулся на спинку кресла.
– Вы хотели поговорить, Андертон? – прищурился старик.
– Хотел бы знать, во имя Десятерых, что за брачный договор я получил? – зло бросил герцог, швырнув белоснежную салфетку на стол.
– А это, – протянул Лайл, пригубив терпкий херес, – мы вроде же с вашей матушкой все решили. Или я должен был отправить брачный договор сначала ей?
– Проклятие, Лайл, что вы себе позволяете? Я взрослый мужчина, – мрачно произнёс Андертон, – и сам решаю, когда и на ком мне жениться.
– О, вы не знаете? – довольно воскликнул старик.
– Чего?
– Что без жены вашу кандидатуру в Совет никто рассматривать не станет. Но ваша матушка позаботилась об этом, – виконт хитро посматривал на герцога, – и нужно сказать, девице ла Косс давно пора обзавестись мужем. Я, конечно, смотрю на её выкрутасы уже много лет сквозь пальцы, но… поверьте, вам она придётся по душе. А её происхождение и титул откроют вам дорогу в Совет. Уж я позабочусь об этом, если мы, конечно, породнимся.
– Проклятие! – недовольно выругался герцог.
– Рад, что мы поняли друг друга, – виконта забавляла реакция мальчишки. Наконец-то он поставил его на место. – Коли вопросов нет, я откланяюсь.
Виконт слишком бодро для старика вскочил со стула и отправился к выходу, но взявшись за круглую ручку двери, он обернулся:
– Свадьба назначена на конец лета.
Велиус проводил взглядом старика и ещё раз выругался. Но ничто не могло его остановить. Он должен войти в Совет. Любой ценой! Герцог потянулся за хересом и сделал глоток. Горько-пряный аромат будоражил кровь.
А что, если жениться и отослать девицу в самое далёкое имение? Куда-то на север Королевства?
Росалия останется в роли любовницы и станет согревать холодными ночами герцогскую постель, а будущая супруга будет жить в своё удовольствие подальше от него. Правда была маленькая сложность – наследники...
Тогда как только жена подарит сына, услать её в самые отдалённые земли?
Андертон сам себе
