class="p1">График работы всё ещё был кошмарный, но казался мне сказкой. Я вновь могла спать, и вернула обратно десять килограммов веса, но стрессы и нервные срывы решили, что мне необходимо добавить ещё десять. Здоровый цвет кожи, отсутствие мешков под глазами и улыбка, мелькавшая изредка на моём лице, сломали меня ещё больше, сведя с состоятельным посетителем клуба.
Костя занимался перекупом автомобилей, был неплохо сложен, романтичен и трахал так, что я избавлялась от всех полученных за смену стрессов. Он забирал меня с работы каждый день, дарил цветы не реже чем раз в неделю и обновил весь мой деревенский гардероб на стильную качественную одежду. Спустя четыре месяца отношений я переехала в его дом, обставила интерьер на свой вкус по его настоянию и просыпалась каждое утро со счастливым глубоким вдохом. Сказка закончилась с первым синяком. Было поздно бежать – он сделал меня зависимой и беспомощной, разучил решать личные проблемы.
Спрятав под двумя слоями пудры и тонального крема синяк на челюсти, я впервые вышла на смену в должности директора ночного клуба. На работе я чувствовала себя королевой. Я решала столько вопросов и управлялась со столькими обязанностями, что начала верить в себя. Пришла однажды зимним утром домой и сказала Косте, что ухожу. Уже спустя полчаса я была убеждена, что уйти от него могу только на тот свет, а спустя час я искренне надеялась, что вот-вот туда отправлюсь. Но нет. Он избил меня так, что я дважды потеряла сознание. Затем посадил в одну из машин, что ждала ремонта в его гараже после аварии, и врезался в дерево, хорошенько помяв ту сторону, где сидела я.
Проведя три месяца в больнице после «аварии», я потеряла интерес к жизни. Больше физической боли меня убивала только идеальная картинка, которую видели все остальные со стороны. Костя приходил каждый день, когда сам выписался после ДТП. Приносил цветы, мои любимые блюда – пасту с беконом и тирамису, которые сейчас я ненавижу до тошноты. Заботливо поправлял подушку на моей больничной койке, как тот идеальный мужчина из сериалов на канале «Россия». Своей галантностью заставлял медсестёр кидать завистливые взгляды, и они добивали меня.
Как только смогла стоять на ногах, я обратилась в полицию. Костя откупился и сломал мне руку, которая к тому дню только успела срастись.
Эта ситуация накрыла меня, сдавила так, что я смирилась. Сказали бы мне, что такое возможно, и я бы покрутила у виска. На деле же, это быстро стало моими буднями. Я существовала бы в этом аду и дальше, но вселенная дала мне чересчур убедительный толчок для побега.
20 августа, вс
Волнение было вещью мне практически не свойственной. Я всегда считала это своей суперспособностью. Вот и сейчас, твёрдо шагая шпильками по Москве, я пробиралась с окраины к центру. Вооружившись навигатором и облачившись в лучшее своё платье, я следовала к месту, в котором надеялась начать новую жизнь.
За десять минут до назначенного времени я вывернула от остановки общественного транспорта на широкую теневую улицу. В самом её начале я даже не могла предположить, где спрятался тот самый клуб, но пройдя двадцать метров, наткнулась на лестницу, уходящую вниз. За чередой широких и невысоких ступеней, облачённых в чёрную плитку, пряталась в тени непроницаемая стальная дверь. Ни рекламных объявлений, ни таблички с часами работы, ни пресловутой наклейки «Объект под охраной». Лишь фасад в пять этажей и на самом верху угловатые буквы свинцового цвета: «Опиум».
Я наступила на верхнюю ступеньку и лестница под моими ногами подсветилась. Сделав шаг обратно на тротуар, я выудила из лакированной чёрной сумки телефон и набрала номер, который дала мне Ира.
– Да, – ответил звонкий живой голос в трубку.
– Привет! Это Рита, я от Иры.
– Привет, ты на месте?
– Я возле лестницы к цокольному этажу, мне сюда?
– Сюда, подожди пару минут. – Парень отключился, а я продолжила осматриваться.
Мимо проходили люди, некоторые спешили и широко шагали по серой плитке, другие мелкими шагами плыли по стороне, на которую падал краешек обеденного солнца. Припаркованные машины выстроились в безупречные ряды, словно танки на параде. Ни одного свободного местечка я не нашла, насколько могла просмотреть улицу с высоты своих 175 сантиметров. Лишь напротив входа в Опиум пустовали три клочка асфальта, хоть никаких запрещающих цепей или указателей их и не охраняло.
Я снова обводила взглядом череду белых окон на тёмно-шоколадных фасадах, когда дверь запищала. Молодой парень, на вид не старше двадцати пяти, лениво поднялся по ступеням:
– Привет, ещё раз! – бодро произнёс он, совсем не похоже на свои медлительные движения. На смуглом, круглом лице проявилась улыбка, при этом уголки пухлых губ смотрели вниз. – Миша, – протянул он руку, до запястья обёрнутую в белую рубашку.
– Рита. – Я невольно улыбнулась и ответила на рукопожатие.
– Я запросил гостевой пропуск у охраны, через пару минут будет готов. – Парень поправил на бедрах ремень и ладонью проверил на безупречность заправленную рубашку.
– Ладно, спасибо, – я, хмурясь, снова посмотрела вниз на лестницу. – Настолько строго?
– Ага, думал, Ира тебя посвятила. У нас здесь нельзя войти без карты или членства. – Парень вытянул из-под ворота карту, висящую на чёрной ленте, а затем указал на вход. – За этой дверью ещё одна.
– Ирины рассказы весьма специфичны. Она много говорила, но такие детали предпочла опустить.
– Хм, у нас вообще-то запрещено разглашать информацию, но думаю, её это не останавливало. – Весело ухмыльнулся Миша. – В общем, персоналом у нас занимается Павел Александрович. – Парень взглянул на электронные часы на левом запястье. – Его ещё нет, будет к открытию.
– Ладно. Он менеджер по персоналу?
– Нет. Он заместитель директора. Все работники устраиваются только после одобрения. – Миша поднёс ладонь к губам, и, делая вид, что почёсывает щетину на бороде, произнёс: – Характер у него сволочной, предупреждаю. Ладно, идём внутрь.
***
Пройдя через тяжёлую дверь, вы оказались бы в просторной комнате. Темные тона разлились по всем стенам, полу и даже потолку. Несколько диванчиков, зеркальная стена и стойка для хостес – миловидных представительных девушек, которые встретили бы вас с улыбками. Пока вы осматриваетесь по сторонам, вам предложили бы пройти в гардеробную, а затем прислонить свою ключ карту к панели на стене и нырнуть за очередную дверь в тёмные воды.
Стен вы не увидите. Они настолько далеко и настолько темны, что затерялись в остатках клубного дыма, скрылись за отвлекающими вас огнями и, поверьте, вы тут же забыли бы о поиске стен и потолка. Окна всего здания
