коробки, и присесть негде, кроме как на полу, но рано или поздно тебе придется с ними познакомиться, и, вероятно, лучше раньше, чем позже, ведь мы будем делить один задний двор, тебе не кажется?
Я вдруг пожалел, что не уделил ему немного больше внимания, когда он переезжал. К нему переехали девушки? И не только одна. Девушки, множественное число. Либо он был самым везучим сукиным сыном в городе, либо отцом-одиночкой.
- Девочки?
- Да. Ну, технически, две девочки. Один мальчик.
- Э-э-э...
- Если только у тебя нет аллергии на собак или чего-то такого.
- Собаки?
Его улыбка исчезла, сменившись внезапной озабоченностью.
- Ты ведь не такой, правда? Я имею в виду, аллергия? Или боишься их? Потому что на самом деле они отличные собаки. Хотя Бонни при каждом удобном случае залезет в твой мусорный бак, так что ты захочешь оставить его в гараже. Ты хранишь его в гараже? Но не на заднем крыльце, верно? - Он оглядел крыльцо, на котором, по сути, не было никакого мусора. - Хорошо. Это хорошо. В остальном, обещаю, они не доставят тебе ни малейших хлопот. И не беспокойся о дворе. Я буду содержать его в чистоте, так что тебе не придется беспокоиться о минах или о чем-то подобном.
- Минах? - Глупо было цепляться за это слово, но он говорил так быстро, а я не привык общаться с людьми лично. Электронная почта была мне больше по душе.
Он рассмеялся, как будто я пошутил.
- Верно. Так как?
Я недоуменно уставился на него, пытаясь понять, о чем он меня спросил. Несколько вопросов, и теперь я не был уверен, на какой из них ответить.
- Извини, - сказал я, чувствуя себя дураком. - О чем именно ты меня спрашиваешь?
Он улыбнулся мне, и я без всякой причины начал краснеть. К моему удивлению, он тоже покраснел.
- Я говорю очень быстро, да?
Я рассмеялся, почувствовав облегчение, что не только я.
- Вроде как, да.
- Я иногда так делаю. Особенно когда устаю. - Он провел рукой по волосам, что говорило скорее о нервозности, чем о тщеславии. - В любом случае. На самом деле вопрос в том, не хочешь ли ты спуститься и познакомиться с собаками? Может, потусоваться и выпить пива?
Потусоваться и выпить пива. Такая простая идея, и все же от нее защемило сердце.
- Я бы с удовольствием, - сказал я и сам удивился тому, насколько серьезно это произнес.
СОБАК звали Бетти, Берт и Бонни. Бетти была лохматой белой собачкой размером с небольшого золотистого ретривера. Она бегала кругами вокруг моих лодыжек. Берт был гигантским, плотным, желтым лабрадором. Он стоически сидел передо мной, постукивая по полу толстым хвостом. Бонни была ростом примерно по колено, окраса как доберман, но сложена, как пони-бочонок на палочках от эскимо.
- Общество защиты животных считает, что она наполовину овчарка, наполовину бигль. Ты можешь в это поверить? - Ник улыбнулся и покачал головой, глядя на нее сверху вниз. Она была единственной, кого я не интересовал. Казалось, ее гораздо больше интересовало обнюхать каждый дюйм кухни. - Она может перепрыгивать через пятифутовые заборы, не сбиваясь с ритма, и она умнее, чем может быть любая собака, вот что я тебе скажу. Это заставляет меня немного больше ценить тупиц, понимаешь? - Он убрал коробку с кухонного стула и жестом указал мне на нее. - Садись.
Я послушался, и головы Берта и Бетти тут же оказались у меня на коленях. Я протянул правую руку и позволил им обоим обнюхать меня. Я погладил Берта по голове, затем потянулся к Бетти. Когда я это сделал, Берт прижался головой к моей левой руке. Ему было все равно, что не было руки, поэтому я погладил его по шее округлым концом культи, поглаживая Бетти.
- Ты будешь их новым лучшим другом, - сказал Ник.
Я вдруг почувствовал на себе его взгляд. Осознал, что сижу перед ним, демонстрируя свою величайшую незащищенность. Обычно я не выходил из дома без длинного рукава, прикрывающего культю, и вот теперь я здесь, не только с непокрытой рукой, но и использовал ее так, словно это была целая, полезная конечность. Это часто заставляло людей чувствовать себя неловко, но когда я поднял на него глаза, он не смотрел на мою искалеченную руку. Он также не делал того, что делало большинство людей, так сильно стараясь не смотреть на нее, что я почти чувствовал запах их дискомфорта. Вместо этого он покачал головой, глядя на своих собак.
- Идите, прилягте, ребята!
- С ними все в порядке.
Он рассмеялся.
- Это ты сейчас так говоришь, но они будут заставлять тебя ласкать их всю ночь. - Он повернулся, достал из холодильника пиво, открутил крышку и протянул бутылку мне. - Вот. Выпей. Пожалуйста. Ребята принесли в день переезда, но не допили. Кто-то же должен его выпить.
- А ты?
- Я не пью.
Я посмотрел на открытую бутылку пива в своей руке, думая о том, как Ник, не колеблясь, открыл ее. Каждый раз, когда кто-нибудь протягивал мне пиво, они делали это с закрытой крышкой. Я мог прижимать бутылку к телу левой рукой и открывать ее правой, но это всегда приводило к тому, что они либо извинялись и предлагали сделать это за меня, либо отворачивались и делали вид, что не замечают моей неловкости. Только не с Ником. Он не колебался ни секунды, пока размышлял, как поступить в сложившейся ситуации. Возможно, он открыл бы его кому угодно. Возможно, тот факт, что у меня была только одна рука, не имел к этому никакого отношения.
В любом случае, почему это так важно?
Я отхлебнул пива, пока Ник расчищал место для другого стула, чтобы сесть. Его руки сгибались, когда он перекладывал коробки. Из-под рукавов выглядывали следы чернил татуировки. Когда он наклонился, футболка немного задралась на спине. Его брюки были недостаточно низкими, чтобы это смущало, но я мог видеть изгиб его спины, то, как мягкая плоть боков опускалась к позвоночнику. Я мог себе представить, каково было бы чувствовать этот кусочек кожи своей рукой.
Я сделал глоток пива и отвернулся от него, когда он повернулся, чтобы сесть, чтобы не быть пойманным за разглядыванием. Кухня была маленькой и заставленной коробками. С того места, где я сидел, было видно помещение, которое могло бы быть столовой, только вместо стола и
