ним, он бы не стал соглашаться пить сам, хотя и правда замерз. Сделав еще один глоток вина, он внимательно посмотрел на собеседника.
— Для чего вы пригласили меня?
— Вы удивились, когда Зайд не дал упасть вашей сумке, правда?
— Что это было? Вы скажете мне?
— Он увеличил темп своей жизни на это мгновение.
— Он ра-норм или это доспехи?
— Это определенно не доспехи, мой новый друг.
— Сколько он может находиться в этом в таком…темпе? Что происходит потом?
— Скажем так-теперь он может прыгать в мир повыше…или пониже, это как посмотреть на вопрос. Если бы вы только знали, через что ему пришлось пройти…Вы бы лишились рассудка. Да…Даже вы. Названный знаток людских сердец.
— Я наслышан о ваших юнитах — услышав похвалу, к журналисту стала возвращаться уверенность.
— Йохан, я хочу задать вам вопрос…как вы думаете, почему Адам и Ева вкусили то яблоко?
— Вы говорите о первых людях? Вы пригласили меня порассуждать о религии?
— Я пригласил вас поговорить. Мы говорим.
— Но…Я даже не знаю…У них был выбор? Они были заинтригованы — деловито заметил гость.
— Конечно, у них был выбор — язвительно ответил человек в костюме, и, присаживаясь за рабочий стол, продолжил:
— Выбор есть у каждого по сей день. Они выбрали попробовать яблоко и лишились Эдема. Почему?
— Потому что хотели.
— Да. Они проявили Волю. Теперь мы с вами находимся тут. Забавно, не правда ли…
— Скорее, грустно, Иеру. Посмотрите на наш мир, мы… — Йохан был выбит из колеи.
— …сами сделали его таким. Разве не так…?
“Тому миру, что за окном, помог стать таким ты…” —подумал журналист, но благоразумно промолчал, ругая себя за такие мысли.
— Все люди разные — буркнул человек в очках.
— Я говорю о нашем мире в целом.
— Я думал, мы будем говорить о вашем открытии!
— О нем говорить не так интересно, оно уже сделано.
— Но… что оно сделало с миром…Иеру — сузив глаза, спокойно сказал журналист ученому, затем продолжил с нажимом в голосе:
— Богатые стали богаче, бедные стали беднее, половина планеты погружена в конфликты… Десятки войн ведутся одновременно. Миллионы смертей…!
— Обвиняете меня в том, что я создал "райе"? Сдается мне, вы игнорируете потенциал этого вещества? — Иеру откровенно забавлялся замешательством человека. На мрачном лице чаще начала мелькать тень улыбки.
— Конечно нет… простите, если я обидел вас, вы…великий ученый… — судорожно взглотнув, Йохан заерзал на мягком стуле и попытался взять в себя в руки. Какого черта он делает? А если бы его выкинули прям сейчас с этого этажа вниз головой…? Перед ним был самый могущественный человек планеты, а он вел себя, как полный профан, признаться, Иеру прекрасно вел диалог и Йохан чувствовал, что он никогда не сможет быть ведущим в их дискуссии.
— Я всего лишь позволил миру испытать себя еще раз, дружище — от этих слов его передернуло.
— Вернемся к нашей проблеме.
— Я не очень религиозен. Адам и Ева вкусили яблоко, потому, что они люди — немного подумав ответил журналист.
— Очень удобный ответ для всех нас — смотря в одну точку шепотом произнес ученый, затем наклонил прозрачный стакан в сторону журналиста, как бы соглашаясь с ним.
— Мы такие, какие есть. Со всем вытекающим.
— Все люди разные, вы сами сказали это. Такие, какими создал нас Бог?
— Я не верю в Бога. — после этих слов человек в плаще услышал сдержанный, но искренний смешок. Кажется, это было первое истинное проявление эмоций от этого странного человека, природу которого он так и не мог понять, хотя в силу профессии отлично разбирался в людях. Перед ним был один из величайших умов в области химии и физики, но он кардинально отличался от образа высокого ученого. “Что — то тут не так” —репортер продолжал вглядываться в лицо собеседника, пытаясь понять, почему смех затих так быстро, уступив место всепоглощающей печали.
— Разве Бог допустил бы того, что творится сейчас? — поинтересовался Йохан, принявший правила игры.
— О, так мы беспомощные создания, которых нужно спасать от самих себя?
— Наверное, нет!
— Что вы спросите у Бога, когда окажетесь перед ним?
— А что спросите вы, Иеру? — журналист был уверен, что выбрал правильный ответ.
— У меня будет всего один вопрос, мой друг. Я задам его, даже зная ответ — беспросветный мрак снова отражался в голосе.
— Очень интересно, скажите, пожалуйста, что спросите у нашего Создателя?
— Удалось ли у меня.
— Что именно?
— Остаться человеком.
Йохан откинулся на спинку стула и поправил очки. Разговор шел совсем не в том направлении, в каком ожидалось. Когда в их компанию пришло письмо с печатью Иеру Кври’О о том, что их старшего сотрудника просят явиться в самое пекло локального конфликта, в личную резиденцию этого странного человека, который зачем — то посещал любую мало — мальскую войну, его начальник так сильно вылупил глаза на него, что на секунду ему показалось, будто они сейчас вылезут из орбит. Он и сам был сильно удивлен, ведь их организация занималась, в основном, освещением преступлений и скандалов и Йохана знали, как профессионала своего дела, он брал интервью у известных преступников и эстрадных звезд, совмещая сразу несколько направлений, и уже давно принял решение уйти из своей компании, но все никак не мог выбрать момент сделать это. Перед поездкой он основательно подготовился к этой встрече, ведь его пригласил сам Иеру Кври’О! Создатель и интегратор вещества “райе”! Вещества, которое породило в мире бесконечное количество войн и смертей, обрушило экономику во одних государствах и возвысило ее в других, породило сотни криминальных синдикатов, мгновенно сменивших предмет своей теневой торговли, создало огромное количество полезных изобретений.
Кври’О не любил журналистов, после эйфории от презентации своего открытия он отказался от любых наград и мероприятий в свою честь будто зная заранее, что будет дальше. В дальнейшем он дал несколько аудиенций высоким ученым и политическим деятелям, постепенно снижая интерес к своей кандидатуре, объяснился, что всегда был
