всё-таки понимал меня.
- Я пришёл сюда после того, как перепробовал все остальные места. Предыдущий Администратор позволил всему прийти в настоящий беспорядок, поэтому я столкнул его с лестницы, несколько раз, и взял всё на себя…
Хок и Фишер тогда точно знали, что я сделал, но они дали мне шанс. Сказали, что у меня есть шесть месяцев, чтобы проявить себя, иначе они попросят Преподавателя Магии превратить меня в маленькую зелёную прыгающую тварь. Мне понадобилось меньше трёх. Теперь, спустя сорок лет, я всё ещё здесь, и буду здесь до тех пор, пока меня не вынесут ногами вперёд.
- Ты счастлив здесь? - спросила Фишер.
Администратор некоторое время смотрел на неё, как будто не совсем понимая вопрос. - Я никогда не хотел ничего другого. Я - часть легенды, и мне этого достаточно.
- А ты никогда не хотел брака, семьи, детей - всего этого? - спросил Хок.
- Брак не для всех, - твёрдо сказал Администратор. - Просто люди мешающие мне, когда у меня есть важные дела, которыми я должен заняться. Мои коллеги по персоналу - это вся семья, в которой я когда-либо нуждался или о которой мечтал. Он задумчиво посмотрел на Хока и Фишер. - Вы здесь уже десять лет? Как Хок и Фишер? И раньше вы никогда не проявляли интереса к моей личной жизни. Так почему сейчас?
- Потому что пришло время перемен, - ответил Хок. Он окинул взглядом равнину. - Посмотри на Древо. Разве оно не великолепно?
Администратору хотелось сказать очень многое, но разговор казался достаточно важным, и он решил подыграть. На данный момент. Все они смотрели на открытую равнину, на единственную важную вещь, которую она содержала: древний и могучий Тысячелетний Дуб. Самое большое дерево в мире; высотой в тысячу футов, а возможно, и больше, со стволом почти вдвое меньшей ширины и массивными ветвями, простирающимися гораздо дальше, чем задумано природой. Это лишь один из многих признаков того, что Тысячелетний Дуб - волшебное дерево. Его потрескавшаяся и сморщенная кора светилась тусклым золотистым светом, как и его массивная ощетинившаяся листва. Древо доминировало над ландшафтом, как будто его подавляющее присутствие высасывало большую часть жизни из сухой и пыльной равнины. Оно поднималось всё выше и выше в небо, его самые верхние ветви исчезали в облаках. Были известные альпинисты, покорившие все горы мира, но они не осмелились бы попытаться штурмовать Тысячелетний Дуб. И не только из-за его высоты. У дерева было своё присутствие и, возможно, даже характер, и оно не желало, чтобы на него взбирались.
Так и было.
Вокруг Тысячелетнего Дуба на многие мили простиралась сплошная равнина, пустынная и нетронутая. Если пройти достаточно далеко на запад, можно было попасть в дикий лес. Совершенно обычные деревья, что теснились друг к другу, всех естественных оттенков коричневого и зелёного, вплотную подступали к краю равнины, словно деревья упирались в невидимую ограду. Все виды диких животных бродили по лесу, но никто из них никогда не выходил на равнину. Они знали, что это не принесёт им пользы. На востоке, ещё на много миль, тянулась горная гряда - Драконий хребет, высокая и рельефная местность, обозначавшая границу между Герцогством Ланкр и Лесным Королевством. Об этих горах ходило множество историй. Говорили, что когда-то драконы устраивали свои лежбища в пещерах на всём протяжении хребта. Давным-давно. Пещеры всё ещё были там, неестественно большие и тревожно тёмные, но никто не видел дракона уже много веков.
- Первые Хок и Фишер первым делом проверили эти пещеры, - сказал Администратор. - Никаких драконов они не нашли. Выглядели они весьма разочарованными, по крайней мере, так мне сказали. Конечно, это было задолго до меня. Существуют песни и рассказы о войне с демонами, в которых говорится, что Принцесса Юлия поехала на драконе в бой против полчищ демонов. Это последняя встреча с драконом в мире людей.
- Нельзя доверять менестрелям, сказал Хок. - Ещё не было барда, который не пожертвовал бы фактами ради подходящей рифмы.
- Существует проклятая уйма историй о происхождении Тысячелетнего дуба, - сказала Фишер. - Некоторые из них настолько древние и странные, что в них даже есть доля правды. Когда ветер гуляет между ветвями, листья словно живут собственной жизнью, и иногда это похоже на голоса.
Что-то, что Древо слышало давным-давно. Но слова эти принадлежат языку, на котором никто больше не говорит и даже не узнаёт его. Язык народа, который больше не существует. Поэтому никто теперь не может понять, что именно вспоминает Древо. Древо старое…
- Птицы всех видов прилетают сюда со всего мира, - говорил Хок. - Всех форм и размеров, всех цветов, какие только можно придумать, включая некоторые виды, которые давно считались вымершими… просто чтобы расположиться на золотых ветвях и петь Древу. Они поют тысячи разных песен, но каким-то образом они всегда гармонируют.
- Хотя вы никогда не увидите дятла, - сказала Фишер. - Я думаю, они чувствуют, что им не рады.
- Никому из них не рады, когда они первым делом по утрам тараторят за окном моей спальни, - прорычал Администратор. - Проклятый рассветный хор. Мне пришлось трижды переносить свою спальню. Клянусь, эти проклятые твари преследуют меня. Он посмотрел на Хока. - Мы уже достаточно предались своим прихотям? Могу ли я просто сказать, что мне абсолютно наплевать на всё это, чтобы мы могли наконец перейти к делу?
- Тысячелетний Дуб - это изумительное чудо, - твёрдо сказал Хок. - Разве вы никогда не задумывались, кто изначально выдолбил внутреннюю часть Древа, чтобы сделать сотни комнат, залов и соединяющихся коридоров, так давно, что никто уже не помнит, кто и зачем? Семьдесят пять лет Древо является домом для Академии, а мы до сих пор не заняли и половины имеющихся комнат. Древо с городом внутри. Кто бы мог подумать?
- Не забывая о городе палаток, который его окружает, - сказала Фишер. - Всё студенчество, выстроившееся в ряды вокруг ствола. Отсюда я вижу дюжину различных флагов, из стран ближнего и дальнего зарубежья, гордо развевающихся на ветру… Хотя я рада, что все следуют традициям, и ни один флаг не поднят выше другого. Я бы не хотела спускаться туда и вразумлять кого-то. Мне бы очень не хотелось…
- А мне понравилось, когда ты подпалила последний флаг, который пытался нарушить традицию, - торжественно произнёс Хок. - И то, как ты подпалила владельца флага, когда он возражал.
