— А ты предлагаешь это делать в интимной обстановке? В удобное для тебя время? И таким способом, каким ты привык? Я не хочу, чтобы со мной обращались так, как это делаешь ты. — Короче говоря, я не слишком хорошо обращался с тобой, — усмехнулся он.
— Можешь и так расценить причину нашего разрыва.
— Нет! — воскликнул Гари, и она явственно услышала в его голосе нотку испуга. — Послушай, давай проведем уик-энд вместе и все обсудим.
Гейби прекрасно знала, что это будет за обсуждение.
— Ты не хочешь ничего понимать. Гари, — горько произнесла она.
— Но дай мне последнюю возможность!
— Зачем?
— Нам же хорошо вместе!
Она не могла этого отрицать. Ее опять залихорадило при мысли о том, что она снова сможет заняться с ним сексом. Будет ли когда-нибудь в ее жизни такой любовник, как Гари?
— Езде раз. Дай мне всего несколько дней, Гейби.
Она медлила. Что могли изменить несколько дней?
— Давай встретимся у меня дома. Тебя там будет ждать сюрприз, — загадочно добавил он, словно почувствовав, что она начинает колебаться.
— Какой сюрприз?
— Это не будет сюрпризом, если я тебе скажу, — игриво произнес Гари.
Его смешок вернул ей утраченное было мужество. Он подумал, что может легко снова заполучить ее, но нет, дорогой, ничего не выйдет.
— Я не приду к тебе, Гари.
— Почему?
— Потому что ты хочешь затащить меня к себе в постель.
— Что ж, неплохая идея, — иронично произнес он, стараясь вложить в эти слова как можно больше сексуальности, дабы разбудить в Гейби прежние чувства. И это ему удалось. Она вспомнила его руки, его губы и…
— У тебя ничего не выйдет, — твердо произнесла Гейбриела, решив ни за что не поддаваться и не играть в навязываемую Гари игру, в которой нет никаких правил, кроме его собственных.
— Что мне сделать, чтобы ты изменила свое решение?
Да, следовало признать, что Гари Барт может пойти на многое, чтобы добиться своего. Это опасная черта в его характере.
— Ничего, упрямо ответила Гейби.
— Кроме?
— Кроме чего?
— Всегда существует что-то «кроме». Будь милосердна, моя маленькая Гейби, и скажи, что есть «кроме», потому что я совсем не могу себе представить жизнь без тебя.
Он, конечно, имел в виду эти выходные без нее. Гари — человек, который всего добился своей головой и своими руками, сам себя сделал и, как многие из ему подобных, был законченным эгоистом. Ничего не терять и все приобретать. В этом был весь Гарет Барт. Он не собирался прислушиваться к мнению Гейби, а для долголетних отношений одной ее любви явно недостаточно. Но для нескольких дней…
Слабая, подумала она. Слабая и глупая, потому что позволяю ему подчинить себя, хотя ясно осознаю, что это ни к чему хорошему не приведет. Он никогда не любил меня по-настоящему, а я снова позволю использовать себя, потому что… Потому что хочу, чтобы у меня осталось еще одно воспоминание о том, как хорошо было с ним.
А затем пойду своей дорогой по жизни. Без него.
— Я встречу тебя в аэропорту, — сказала она.
— Но я не знаю, каким самолетом прилечу.
— Перезвони, когда узнаешь, — не уступала Гейби, стараясь не позволить ему в очередной раз настоять на своем.
— Но почему бы тебе не приехать прямо ко мне?
— Потому что я должна сначала поговорить с тобой, и, если то, что я услышу, меня не устроит, я к тебе не поеду.
— Хорошо, — согласился Гари, ворча. — Я прилетаю в девятнадцать ноль пять.
2
Гейби старалась справиться с напряжением, которое сковало все ее тело. Не ее вина, что совещание продлилось так долго и закончилось около шести часов. Затем у нее оказались срочные дела в офисе, а теперь, ко всему прочему, она попала в автомобильную пробку.
Если он дойдет до того, что начнет упрекать за слишком позднее появление, тогда она… она… Горестная усмешка тронула ее губы — Гейби понимала, что не сможет ничего сделать. Настоящая же причина ее нервозности состояла в том, что Гари мог не дождаться ее. Как только он решит, что она не придет встречать его…
Гейби ненавидела себя за свою слабость. Ей следовало бы просто повернуть машину назад и отправиться домой.
Она бросила взгляд на светящийся циферблат часов на панели приборов — двадцать три минуты восьмого. Ее руки еще крепче вцепились в руль в ожидании, когда красный свет светофора сменится на зеленый. Гейби с силой нажала на педаль акселератора. Ей потребуется по меньшей мере еще пятнадцать минут, прежде чем она доберется до аэропорта.
Допустим, он дождется ее. И что тогда? Во всяком случае, она не поедет к нему, Гейби больше никогда не будет удовлетворять все его прихоти.
Но они так хорошо проводили время вместе. Ведь у них был целый год на то, чтобы узнать, как доставлять друг другу наслаждение.
Дорога в аэропорт заняла больше времени, чем она могла себе представить. Было уже без пяти восемь, когда удалось наконец найти место для парковки. И еще через пять минут она вошла в аэровокзал, где Гари должен был ждать ее.
Если он, конечно, все еще был там… Ее глаза судорожно забегали по лицам, людей. Зал ожидания был заполнен людьми или только что прилетевшими, или готовящимися улететь. Если Гари наблюдал за входом, то он наверняка заметил ее первый, поэтому Гейби остановилась и стала дожидаться, пока он подойдет к ней. Но она увидела его раньше.
Как всегда, ее сердце ёкнуло при виде возлюбленного, а затем учащенно забилось. Сердцу, как говорят, не прикажешь, и ему было все равно, что Гари Барт эгоистичный человек и просто глупо любить его. Оно любило. Теплые волны прокатывались по всему телу, когда она смотрела на Гари. Казалось совершенно невозможным придать своему голосу ледяные нотки.
Барт вышел из толпы. Во внешности Гари было нечто, выделявшее его из окружающих. Прохожие невольно косили глаза на этого эффектного мужчину, а некоторые даже оглядывались на него. Женщины вообще не могли спокойно пройти мимо Гари. Помимо того что он был красив, вся его мощная высокая фигура казалась воплощением мужественности.
Волосы, густые и черные, отливающие голубоватым блеском. Широкие брови вразлет. Темные глубоко посаженные глаза, поблескивающие золотистыми искорками. Римский нос — наверное, самое большое достоинство его лица, впрочем, как и выдающаяся вперед крепкая челюсть. Красиво очерченный рот.
Белая шелковая сорочка небрежно расстегнута до половины груди, обнажая черные завитки волос и загорелую кожу. Руки засунуты в карманы черной кожаной куртки — очень дорогой. Идеально выглаженные брюки прекрасно сидят на нем. Ансамбль дополняют итальянские кожаные ботинки ручной работы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
