Он с негодованием глянул на нее, стоя позади стола Совета. Внезапно, его взгляд поднялся, и он, раздражённо стиснув зубы, пришёл в движение. Он обогнул стол и стулья с высокими спинками, направляясь прямо к открытому дверному проему, его длинные красные волосы подпрыгивали с каждым шагом.
— Твоя наглость не знает границ! — прогрохотал он, останавливаясь на расстоянии вытянутой руки.
На мгновение Винн подумала, был целью домина что Чейн, но гнев Хайтауэра был обращён к ней.
— Это — вопрос Гильдии, — проворчал он. — Это дело не касается никого из посторонних!
Винн глянула на Чейна. Парень твердо смотрел сверху вниз на широкого домина.
— Тебе нужно уйти, — тихо сказала она. — Подожди в моей комнате.
— Нет, — прохрипел он.
Винн напряглась. В большинстве случаев она уже и не замечала, что его голос когда-то был искалечен. Но сейчас он умудрился вложить столько предостережения в одно-единственное слово… Чейн безучастно обвёл взглядом всех в палате, и от этого напряженность Винн только выросла.
Решение Чейна сначала принесло ей облегчение, но теперь лишь делало всё хуже.
— Ты должен уйти, — сказал ещё кто-то непререкаемым тоном.
Винн проследила за резко метнувшимся в сторону взглядом Чейна.
Премин Фридесвида Хевис из метаологов двинулась к ним плавной походкой, которая даже не заставила колебаться ее длинную тёмно-синюю мантию. Её карие глаза наблюдали за ними обоими из тени капюшона. Она остановилась через шесть шагов и теперь смотрела только на Чейна. Вместо гнева Хайтауэра, она излучала мягкую презрительность.
Чейн не двинулся — и Винн запаниковала. Что кто-либо из здесь присутствующих мог сделать, чтобы вынудить его?
— Хайтауэр, — произнесла Хевис.
Гномский домин сделал выпад и схватил Винн за руку, дернув ее через порог в палату.
Чейн сделал шаг:
— Отпусти её!
Резко сказанное заклинание пронзило воздух между стенами широкой палаты.
Винн повернула голову, чтобы увидеть его источник.
Глаза Хевис сузились, она топнула ногой по полу и выбросила вперёд раскрытую ладонь.
Эхо шагов Хайтеуэра разнеслось по полу вибрацией, и Чейн покачнулся, будто собирался упасть, его глаза расширились.
Пол под его ногами вдруг накренился. Его камни волной прокатились по палате. Он упал на спину и отлетел через открытые двери к дальней стене коридора. Хевис кинулась вперед и встала в проходе, спиной к Винн.
— Зачем вы сделали это?! — вскрикнула Винн и дернулась вперед, но не смогла вырваться из хватки Хайтауэра.
Два хранителя на страже схватили ручки двери, закрывая большие дубовые створки. Хевис выставила руку перед сужающимся промежутком.
— Винн! — прохрипел Чейн, пытаясь подняться на ноги.
— Подожди в моей комнате! — крикнула она.
Двери хлопнули, закрывшись и отрезав его от неё.
Хевис опустила руку вниз с ещё одним заклинанием.
Винн обмякла в руках Хайтауэра, потому что древесина двери начала течь и сливаться вместе, пока на месте двух створок не стала одна, будто бы вырезанная из цельного куска древесины.
Премин Хевис приложила пальцы к дереву и замерла, будто прислушиваясь.
Винн всё также оцепенело смотрела на дверь даже после того, как Хайтауэр отпустил её. Даже Чейну будет нелегко проложить себе путь через такую преграду. Несколько раз она слышала размышления домина Гассана Иль'Шанка о металогах этой миссии Гильдии по сравнению с его собственной. Во время этого он заявлял, что мало во что ставит даже умения премина Хевис.
Иль'Шанк сильно ошибался.
Все остальные в комнате в это время молчали.
Премин Хевис наконец повернулась и кивнула другим. Она скользнула к правому концу длинного стола. Но ее взгляд упал на Винн, когда она проходила мимо. В нём не было никакой злобы или гнева, просто холодный расчёт.
Члены Совета начали занимать свои места, и Винн повернулась лицом к тому, что ждало ее… в одиночку.
Хевис в тишине устроилась на одном из гладких стульев с высокой спинкой за правым концом длинного крепкого стола, который простирался через заднюю часть комнаты. Все стулья были теперь заняты пятью членами Совета Преминов.
Премин Адлэм, смуглый глава натурологов, сидел на дальнем левом конце стола. Перед Высоким Премином Сикойн, сидел полный премин Ренэлд из сентиологов в мантии лазурного цвета. Сикойн, в качестве главы Совета, сидела в центре стола в серой мантии каталогистов — ордена Винн. С правой стороны от неё на столе лежали локти премина Жака из канамологов. Его пальцы были сцеплены, и он положил на них высокий лоб, скрывая лицо.
И Хевис в дальнем правом конце все еще изучала Винн, почти не мигая. Ее обычно карие радужки теперь казались почти серыми как камни стен.
Винн стояла, прямо встречая этот пристальный взгляд, но она не могла удержаться и не взглянуть на шестого присутствующего здесь человека.
Как и в прошлый раз, когда ее вызвали сюда, домин Хайтауэр, ее непосредственный начальник-каталогист, стоял за спинами преминов. Он даже не взглянул на нее и уставился в одно из узких задних окон. Он, когда-то бывший любимым учителем, теперь стал ее самым жестоким, самым открытым противником, пытавшимся создавать помехи ей почти везде.
— Странница Хигеорт, — медленно проговорила премин Сикойн. — Мне даже трудно определиться, с чего же начать.
Винн встретила её взгляд.
«Леди» Тёргит Сикойн, когда-то мелкая дворянка соседней страны Файнер, была уже в возрасте, но оставалась высокой, прямой и гибкой как ива. Тонкая серебряная тесьма змеилась по краю ее капюшона и низу подола ее серой мантии. За ее обычным матерински спокойным выражением лица, она была такой же ненадежной, как и остальные. Впрочем, сегодня этого выражения не было.
Странно, но это избавило Винн от всякого стыда и страха.
Она не даст им ни малейшего шанса для перечисления длинного перечня ее нарушений. Она не подчинится отговоркам, скрытым под праведным негодованием, независимо от величины ее вины.
— Я прошу разрешения уехать на юг, — немедленно сказала она. — В Лхоинна, эльфийскую миссию нашей Гильдии.
Сикойн резко выпрямилась, как ива под внезапным порывом осеннего ветра. Потрясение лишь мелькнуло в её глазах, в отличие от премина Жака. Он поднял свою голову со сплетенных пальцев, и на мгновение его рот широко раскрылся.
— Ты не можешь ничего просить сейчас! — сказал он. — Ты должна ответить за свои действия!
Винн сжала челюсти.
Сикойн тихонечко откашлялась и поправила стопку бумаг. На самом верху лежало письмо странного вида, но Винн не могла разобрать его содержимое с того места, где стояла. Тогда она заметила связующую ленту цвета морской волны, лежащую около стопки. Она догадалась, что эта лента скрепляла королевскую печать на воске этого письма.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
