Поэтому теперь она так рьяно пыталась найти работу. Хоть какую-нибудь.
Саша украдкой стряхнула с табуретки пыль и села, наблюдая, как неуверенно мужчина перемещается по кухне, ополаскивает чашки над горой грязной посуды, как ставит на огонь чайник. Руки чесались взять все под свой контроль, но Саша усилием воли держала их при себе.
— В этом вы, пожалуй, правы. — Самарин вытер руки о полотенце, казавшееся на удивление чистым, и подошел ближе. — Покажите еще раз. Нет, этот номер мне не знаком.
Он неловко перепечатал его и поднес телефон к уху, но даже Саша со стороны прекрасно слышала всем знакомый женский голос: "Абонент временно недоступен, попробуйте позвонить позднее".
— Наверняка, фэйковый номер, — предположила Саша. — Была еще электронная почта.
Она быстро отыскала переписку и тоже показала Глебу. Некто "Самарин Г." писал ей с адреса wsamarin.gleb68 <собака> yandex.ru. Писатель нахмурился, всматриваясь в дисплей ее старенького смартфона.
— Почти как моя, — заметил Самарин. — Вы можете мне это как-нибудь перекинуть?
— Да, могу сбросить на вашу почту.
Пока закипал чайник, Саша отправила ему все, что нашла, в том числе и переслала сообщения, которые писал ей фальшивый Самарин. Попутно она еще раз удивилась продуманности этой аферы, слишком уж старательно для простой шутки, хотя откуда ей знать, какие друзья у писателя?
— Мне даже угостить вас нечем, — посетовал Глеб.
— Ничего страшного. Меня, кстати, Саша зовут. Александра Сорокина. А что вы пишете? Я не видела вашего имени на полках, — Саша обняла ладонями горячую кружку. Было бы неплохо пообедать, но теперь она сможет сделать этого не раньше вечера, если хочет сэкономить деньги. Купит пирожок в магазине, на крайний случай.
— Вы и не могли его видеть. Я издаюсь под псевдонимом.
— А почему? — заинтересовалась Саша. Все, что связано с литературной деятельность, по-прежнему вызывало у нее интерес.
— Когда-то давно редактор настоял, что детективы будут лучше продаваться под англоязычной фамилией. Правда, секрета в том, что Генри Росс на самом деле никакой не иностранец, нет.
— Генри Росс? — Саша на секунду оторопела. Это имя она знала хорошо, даже лучше, чем хотелось бы. Он не только писал отличные детективы, но и нередко выступал судьей на литературных конкурсах для новичков, о чем она-то знала не понаслышке. Припоминать об этом вслух Саша не стала, слишком растерялась. — Я читала ваши книги…
— Правда? Мне приятно. Вообще-то, об этом знают… — Глеб осекся, замер, но уже через мгновение сменил тему. — А почему вы решили стать ассистентом писателя? В мире полно разной другой работы.
— У меня гуманитарное образование и я люблю книги. А еще проблемы с жильем, поэтому я заинтересовалась этим вариантом.
Самарин смерил ее сочувствующим взглядом, но Саша знала, как жестоко он может припечатать человека в беседе. В душе бушевали самые разные чувства, поэтому она все никак не могла ни разозлиться как следует, ни расстроиться.
— Знаете, может, это все и к лучшему. Писатели в основном непростые личности, оно вам надо? Людям, далеким от литературного процесса, все равно слишком долго придется все объяснять.
Саша с громким стуком отставила чашку.
— А вы не можете разобраться с бардаком на собственной кухне. Я бы вас научила, но человек далекий от домашней работы, просто так не сможет с ней разобраться.
Она встала. Сама не знала, что на нее нашло в эту минуту. Когда-то давно она мечтала стать писателем, возможно, поэтому и выбрала в учебе из доступных вариантов самый близкий — учитель русского языка и литературы. В столе хранились тетради с рассказами и кучей идей на так и ненаписанные романы, а потом было участие в конкурсе на одном литературном портале. Том самом конкурсе, где Генри Росс читал и разбирал работы новичков. И вся критика к ее рассказам сводилась тогда к одному — она женщина, а значит, детективы не умеет писать априори.
Она столько слез из-за этого пролила, а теперь сидит со своим “врагом” лицом к лицу и не знает, что еще ему сказать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Спасибо за кофе.
— Я вас чем-то обидел? — не понял Глеб.
На мгновение Саше стало стыдно, уж больно жалко выглядел этот Самарин, но фактов это не меняло.
— Да. Я не глупая девочка, которая не способна научиться элементарным вещам. Никто не рождается писателем, сантехником или инженером, всему нужно учиться. А вы… Вы, не зная меня, просто взяли и оскорбили.
— Ну, знаете, — растерялся Глеб. — Какое еще оскорбление? И не сравнивайте, пожалуйста, писателя и сантехника. Писателем действительно надо родиться, а уже потом обучаться. Нельзя просто прийти с улицы и… или по объявлению!
Он немного повысил голос в конце. Резко поднялся, подошел к чайнику и, схватив за ручку, зашипел от боли.
— Ай! И нормальная у меня кухня. Мне все нравится!
Саша всплеснула руками.
— Вы невыносимы. Опустите руку под воду, а то ожог останется. Вашу нормальную кухню скоро отсюда вынесут тараканы. Тот, кто сочинил за вас это объявление, явно знал, что вам требуется помощь. Видимо, только вы этого не видите.
— Это возмутительно! — воскликнул Глеб. — У меня нет и никогда не было тараканов! Спасибо за интересную беседу, но вам уже пора. У меня по расписанию время работать.
— Если не наведете на кухне порядок, тараканы скоро появятся, — рыкнула Саша, накинула на плечи сумку и направилась к выходу. — Всего доброго.
Глеб сунул руку под ледяную струю, обрызгался с ног до головы, фыркнул и зло закрутил кран.
— До свидания!
В прихожей Саша споткнулась о пыльные сандалии и едва не выбила дверь лбом. Надо же было так вляпаться. Мало того, что с работой пролетела, так еще и встретила человека, сломавшего ее писательскую карьеру еще до ее начала. И до чего же невыносимый человек! Самодовольный, эгоистичный, недалекий индюк!
Пыхтя от гнева, Саша быстрым шагом миновала одну автобусную остановку, потом вторую, третью, и только тогда ее немного отпустило. Зря она о нем так, книги же у него хорошие.
Впрочем, сейчас у нее помимо моральных страданий были реальные проблемы. Идти было просто некуда. Точнее, было куда, но все эти варианты казались ей подобными смертной казни. Вернуться обратно к уже бывшему парню? Он радушно позволил ей пожить у него "столько, сколько нужно", но после того оскорбления, что он ей нанес, она просто не могла себе позволить жить с ним под одной крышей. Возвращаться к подруге, у которой остановилась на время, тоже неудобно. Она ни капли не сомневалась, что ее кандидатура идеально подойдет на роль ассистентки, а, по словам фальшивого Самарина, других и вовсе не было. Одна только дура сыскалась.
И теперь Саше предстояло позвонить подруге и сообщить ему неприятную новость. Она вздохнула, села на скамейку и набрала номер.
— Алло, Кристина? Привет. Можно я поживу у тебя еще пару дней?
Глава 2
Глеб
Глеб не очень любил выходить из дома, не любил зеленый чай и не любил, когда его называли по фамилии. И все это в полной мере обеспечивал ему Леонид Медянский — друг и по совместительству блогер, критикующий, то есть, обозревающий, литературные новинки.
Сейчас он сидел напротив за их столиком в кафе и пил свой молочный улун, который якобы полезен до омерзения. Глеб с тоской посмотрел на свою чашку, пытаясь призвать на помощь всю свою писательскую фантазию, чтобы представить кофе на месте зеленовато-желтой бурды. Девушки за соседними столиками в кофейне посылали голубоглазому Леониду призывные взгляды, не зная, естественно, что половина юных писателей, попавшим к нему в блог, готовы были лично освоить вуду, чтобы от него избавиться. Но, несмотря на это все, Леня был старым другом Глеба, хотя их отношения за последние два года претерпели некоторые испытания. Наверное, именно поэтому Глеб не стал рассказывать ему про визит странной рыженькой девушки, яркой, как рисунок из комикса.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
