бочонки с порохом.
Глаза старого ополченца снова заблестели:
— Бенвенучи амико! Тёплого приёма не обещаю, но согреться помогу!
* * *
Мэрия столицы.
Батя уже в пятый раз обходил все помещения, окна которых выходили на площадь. На всякий случай, он повторял ополченцам порядок действий. А за одно — проверял их оружие и отгонял от окон самых любопытных. Не хватало ещё засветиться раньше времени.
Оказавшись на третьем этаже, наёмник и сам прильнул к щели между занавесками. Но небо пока было чистым. Никакого корабля не видать!
Ожидание напрягало похлеще нытья мэра.
Чтобы успокоить разыгравшиеся нервы, Батя вернулся на первый этаж и занялся проверкой мушкетов стрелков.
— Да что ты как целка в первую брачную ночь? — пробубнил Даджой. Кстати, он тоже остался в мэрии.
Вообще, резиденция правительства считалась основным направлением удара противника. Там разместили самых подготовленных бойцов. Им предстояло встречать штурмовую группу пустынников. Само-собой, личный пример им подавал мэр Ренато.
Пушки там разместили по той же причине. Вот попрёт толпа из корабля, а им — картечью в хлебальн…
Раздался пронзительный свист.
Батя с Джоем оторвались от размышлений и оба прильнули к щели в занавеске.
Сигнал мог значить только одно — визуальный контакт с врагом.
Прошло ещё несколько минут, прежде чем корабль стало видно с первого этажа мэрии.
— Вот это бандура! — удивился Батя, а сам непроизвольно поднёс к губам и свой свисток.
Именно он должен был подать второй сигнал. По нему предписывалось открывать огонь пушкам, а затем уже и всем остальным.
В помещении раздались щелчки кремневых замков. Ополченцы неправильно поняли жест своего командира.
— Куда?! А ну-ка убери палец со спуска! И ты тоже! — мгновенно отреагировал старый наёмник. — Далеко ещё!
И в самом деле: размеры не пошли на пользу маневренности судна. Прежде чем хотя бы начать спуск, оно ещё около четверти часа пыталось зависнуть над центральной площадью.
Даджой взволновано помотал головой. Затем, снял шлем и подставил ухо в окно.
— Шо такэ? — шёпотом уточнил Батя. Ему, наконец, стало не по себе, когда до начала войны, в прямом смысле, остались считанные метры.
— Голоса.
— И шо говорят?
Прежде чем ответить, великан ещё несколько секунд вслушивался в тихий ветер снаружи.
— Молятся. — наконец бросил он и вернул шлем на голову.
Сомнений не осталось вовсе.
* * *
Корабль медленно опускался на твердыню…
Десять метров.
Пять.
Один.
ГУ-ГУХ! ГУХ!
Плоское днище ударилось о площадь, и конструкция замерла. Воцарившуюся тишину нарушало только мерное гудение котлов, где-то внутри судна.
Вот что-то коротко скрипнуло. Ещё раз. И ещё.
В следующее мгновение, борта баржи дрогнули и завалились на брусчатку. По откинутым аппарелям, наружу хлынул настоящий человеческий поток!
Все, с ног до головы, закованы в железо. Первые ряды вооружены прямоугольными металлическими щитами. Кто за ними — несут на изготовку ружья…
Макс выглянул на шум и… Остолбенел.
Неисчислимая вооружённая рать ступала на чужую землю. Наверняка, именно так, с близи и выглядела высадка чёрных налётчиков на его родине.
Вот только с одной существенной разницей: там их не ждали!
* * *
Вопреки топоту сотен ног и сквозь лязг доспехов, от мэрии донёсся надрывный свист.
Толпа пустынников замерла…
Глава 2
Пустынников совершенно не смутило отсутствие, как встречающих, так и горожан вообще. В конце концов — был рабочий день. Народ наверняка трудился в полях.
Дно ударилось о камень, аппарели распахнулись…
Из чрева десантной баржи хлынул плотный строй воинов. Они сразу же собирались со своими отделениями и бросались к мэрии.
Уверенные в себе! Наглые!
В первых рядах никто и не подумал поднять щиты. Хотя бы просто так, на всякий случай!
Даже когда раздался пронзительный свист — лишь считанные бойцы сбились с шага. Сзади на них тут же налетели более расторопные товарищи.
Построение получилось — плотнее некуда! Лучшего момента для залпа больше не представится…
Понимая это, Батя уставился на артиллеристов. И как раз вовремя, чтобы увидеть, как один срывает штору, а другой воспламеняет порох.
ДУХ!!!
Пушка оглушительно рявкнула, и на площадь устремилось целое ведро картечи!
Свист! Гул! Звон ломающегося и мнущегося металла! Искры рикошетов рубленного железа от брусчатки!
И первые крики…
ДУХ!!!
Первые крики утонули во втором раскате грома всего через секунду!
Во мгновение ока, в элитном штурмовом подразделении образовались глубокие просеки.
Погибшие и покалеченные лежали чуть ли не друг на друге. А над ними остолбенели их соотечественники. Никто из них и представить себе не мог, что какие-то фермеры не просто окажут сопротивление, а устроят засаду!
Среди уцелевших, нашлись несколько толковых сержантов и офицеров. Они сориентировались, что произошло, и принялись выводить подчинённых из шока. Одним хватило громкого приказа, других пришлось пинать и подталкивать.
Но местные не позволили собрать хоть какое-то подобие атакующих порядков.
Мэрия ощетинилась из окон мушкетами! И в тот же миг фасад расцвёл ярко-жёлтыми вспышками выстрелов!
И снова по рядам бедуинов прошлась невидимая смерть! И снова свист и рикошеты!
Правда, на этот раз, элемента неожиданности больше не было. Одни успели упасть навзничь, другие попробовали закрыться щитами. Несколько человек даже открыли ответный огонь из положения лёжа.
Вот только, меткости не способствовало слишком много факторов! Это и пороховой дым перед окнами, и корчащиеся и орущие раненые перед самыми глазами…
Да ещё и другие счастливчики мельтешат на линии огня.
Хотя… Кажется, «счастливчики» уже отмучались. Для остальных же — всё только начиналось.
В следующие секунды, десятки разрозненных выстрелов загрохотали сразу со всех сторон!
Круговой обстрел лишил актуальности тяжёлые щиты. Да и бронированные тела погибших тоже перестали быть укрытиями.
То тут, то там, падали всё новые сражённые пулями. Раненые заходились воем и визгом. Самые тяжёлые пытались хвататься за ноги бегущих мимо. Те валились. Об них тут же спотыкались следующие…
Но словно и этого было мало — с неба посыпались стрелы!
Старший офицер бросил попытки организовать людей. До него, наконец, дошло, что оставаться на открытом пространстве или собираться в строй — верный путь к гуриям! Подавая личный пример, он заорал во всю глотку:
— Свет велик!!! — и бросился через площадь к мэрии.
Первыми его поддержали младшие офицеры и сержанты. Вопя вразнобой, размахивая кривыми мечами и стреляя на ходу, они рванули в атаку!
Уже через миг, отвагой вдохновилось почти всё воинство:
Первый красавец и легендарный стрелок своей родной твердыни — молодой Абдель, поднялся с брусчатки и вскинул пятиствольный мушкет! Раз за разом он взводил курок, проворачивал блок стволов и производил новый выстрел! И не
