Читаем без скачивания Поцелуй смерти - Элис Вайлд

они присматривали за ним во время поездок. И чтобы возвращали его ко мне в целости и сохранности.

Я не знаю, сколько отца не будет дома в этот раз, и я бы все отдала, чтобы просто побыть с ним хотя бы мгновение, прежде чем он уедет. Всего несколько секунд – это все, что мне нужно, чтобы продержаться до его возвращения.

– Отпусти меня, – требую я, пытаясь сделать голос жестче, чем он есть на самом деле.

Его ухмылка становится только шире.

– И не подумаю.

Он произносит это, и в его глазах тут же появляется жуткий блеск, от которого у меня внутри все моментально переворачивается. Он крепко сжимает мое запястье, притягивая меня ближе, словно заявляя свои права.

Как будто я когда-нибудь буду ему принадлежать, ну конечно.

Во мне начинает разгораться гнев; я выпрямляюсь во весь рост, каким бы низким он ни был. Но Амадей все еще значительно выше меня, хотя и не настолько, чтобы возвышаться надо мной так, как ему хотелось бы.

Встретившись с ним взглядом, я гневно прищуриваюсь.

– Отпусти, или я закричу, – шепчу я. – Думаешь, они не услышат меня отсюда?

– И что? Можно подумать, они поверят тебе. Твое слово в сравнении с моим – ничто.

Услышав эти слова, я на мгновение теряю дар речи. Ведь это чистая правда. Правда, которая ранит сильнее ножа.

– Мне, по крайней мере, не нужно прятаться за мамкину юбку, чтобы заставить людей поверить мне.

– Я ни за кем не прячусь, – шипит Амадей; с яростным блеском в глазах он поднимает подбородок в попытке казаться еще выше.

Спустя секунду я решаю прикусить язык, осознав, что сейчас сделала себе только хуже.

– Я… я не то имела в виду… – начинаю я, но слова обрываются в тот момент, когда он подносит другую руку к моему горлу. Мои глаза расширяются от удивления, когда он толкает меня назад, все дальше и дальше в кухню, пока я не оказываюсь прижатой к холодной каменной стене со скрученными за спиной руками.

– Похоже, что я сейчас прячусь за чью-то юбку, а, сестренка? – усмехается он, скользя взглядом вниз. – Жаль, что ты не в моем вкусе. А то бы я такое с тобой сделал. Ты бы потом умоляла о продолжении.

Он сжимает мое горло еще сильнее и подается вперед; я издаю вздох и чувствую, как его причинное место касается меня. Мои щеки начинают гореть, а он, ухмыляясь, смотрит на меня сверху вниз. И тут я осознаю, что между нами нет практически никакого расстояния.

– …правда, Мерельда, – вдруг раздается раздраженный голос отца. Наше внимание тут же переключается на дверь, из-за которой доносится его голос. – Хейзел будет переживать, если я не попрощаюсь с ней.

– Чепуха, – говорит Мерельда с холодной насмешкой. – Она уже девочка взрослая. Ты своей чрезмерной любовью ее только избалуешь. Представь, какие у нее потом будут запросы к мужчинам! Пойдем, повозка уже готова. Вот лучше, возьми, это средство сотворит чудо с твоей кожей у глаз, когда предстанешь перед лордом. И поспеши, не заставляй тебя ждать.

– Ну, это займет всего минуту.

Мерельда топает ногой и издает недовольный звук. Я прямо вижу, как она стоит, надув губы и скрестив руки на груди, словно капризный ребенок.

Вот интересно, она знает, что Амадей сейчас здесь, со мной, или же просто хочет, чтобы отец убрался из дома как можно быстрее, чтобы она могла поскорее начать командовать?

– Неужели тебе недостаточно попрощаться со своей женой, Леорик? Разве меня тебе мало?

Голос Мерельды звучит так душно, что я вся съеживаюсь. Амадей, кажется, чувствует мой дискомфорт, ведь его ухмылка становится еще шире, и он еще плотнее прижимает меня к стене.

– Ладно, – вздыхая, произносит отец. – Хейзел! Я уезжаю, если ты меня слышишь, подойди попрощаться.

Я уже собираюсь ответить, но не успеваю: Амадей тут же затыкает мне рот рукой. Его пальцы впиваются в ямочки на моих щеках. Сердце разрывается, ведь отец ждет. Молчание затягивается на несколько секунд, но я не могу ничего сказать из-за этого отморозка рядом. Полная разочарования, я из последних сил пытаюсь сдержаться, чтобы не заплакать.

– Вот видишь, – говорит Мерельда, – девочка уже слишком взрослая для таких глупостей. А теперь давай уже, иди.

Проходит еще секунда, и я слышу, как открывается и затем закрывается тяжелая входная дверь. Отец уезжает, а я даже не попрощалась с ним.

Я извиваюсь, пытаясь выбраться из тисков Амадея, но он лишь издает легкий смешок и наклоняется ко мне – я чувствую на лице его горячее дыхание.

– Знаешь, – шепчет он, проводя большим пальцем по моей нижней губе, – теперь, когда мы, наконец, остались одни, может, ты все же и в моем вкусе.

Не в силах это терпеть, я пользуюсь шансом и кусаю его за руку.

Очень сильно.

– Ах ты сучка, – вскрикивает Амадей, отскакивая, и принимается рассматривать укус на руке. При виде этого мои губы растягиваются в довольной улыбке. Как вдруг раздаются шаги.

Мерельда распахивает дверь. Ее светлые с желтоватым отливом волосы уложены в высокую модную прическу. Она довольно молода и красива, но каждый раз при виде меня ее лицо становится таким перекошенным, что эту красоту и молодость сразу и не заметишь.

Едва взглянув на руку своего сына и красное пятно в форме зубов, Мерельда бросается ко мне через всю кухню. Я открываю рот, чтобы попытаться что-то объяснить, но не успеваю, как она со всего размаху лепит мне пощечину. Удар такой силы, что я падаю на колени. На глаза наворачиваются слезы.

– Как ты смеешь калечить его, ты, неблагодарная маленькая крыса, – выпаливает она. – Похоже, в последнее время я была слишком снисходительна к тебе. Заканчивай с завтраком – и бегом убираться в сарае. Ах да, и не забудь про огород, а то сорняки последние овощи задавят.

Сдерживая слезы, я с трудом сглатываю и киваю в ответ. Чем скорее я приму наказание, тем быстрее смогу уйти. Мерельда прищуривается, и на мгновение, пока мне кажется, что она раскусила мой план, я начинаю нервничать.

Но затем она разворачивается и направляется к кухонной двери.

– И не забудь, сегодня на ужин должно быть подано мясо, – добавляет Мерельда, останавливаясь, чтобы оглянуться на меня, прежде чем окончательно покинуть кухню.

Я морщусь, осознавая, что это значит потерю еще одной курицы, учитывая, что в ближайшее время вылупление новых цыплят явно не предвидится. И все же я, не теряя времени, поднимаюсь с колен, даже не думая о том, чтобы вытереть слезы со щек, и направляюсь к выходу