Потом Фиона вернулась во Францию и сняла виллу рядом с Каннами, где к ней присоединился де Мари. Но сразу после Нового года было объявлено, что она подала на развод.
Вскоре после развода молодая миллионерша серьезно заболела. У нее случился нервный срыв, и только недавно она возобновила нормальный образ жизни, курсируя между двумя континентами, собирая старинные безделушки, катаясь на горных лыжах в Швейцарии, обедая в студии «21» в Нью-Йорке, принимая солнечные ванны на модных пляжах Ривьеры, и, наконец, прилетела в Лондон.
Фред не мог заставить себя отвести взгляд от нее. Он увидел, как Фиона сказала что-то своему спутнику и поднялась из-за стола. К его удивлению, миллионерша направилась к их столику.
— Это так ужасно с моей стороны. Я сразу узнала ваше лицо, но никак не могу вспомнить, кто вы, — обратилась она к Фреду. Она говорила словно спеша, низким голосом, в котором едва угадывался американский акцент.
— Боюсь, вы ошиблись, — поднялся Фред. — Мы никогда не встречались.
— О, простите. — Она вгляделась пристальнее. — Теперь я вижу, что ошиблась. Но на расстоянии вы мне напомнили кое-кого. Просто я… я ужасно близорука.
Фред почувствовал, как болезненно сжалось его сердце. Лиз тоже страдала миопией, но он не мог заставить ее носить очки на людях!
— Ничего страшного.
Он криво улыбнулся, а Фиона заговорщически подмигнула миссис Дюран:
— Может, вы оба выпьете со мной шампанского в знак того, что не подумали, будто я воспользовалась одной из старинных женских уловок, чтобы познакомиться с вами, мистер…
— Гардинер. А это моя тетя, миссис Дюран. Тетя Роза, это графиня де Мари, — представил он их друг другу, надеясь, что поступил правильно, назвав имя ее последнего мужа.
Если не считать восторга тети Розы, когда она будет рассказывать подружкам за игрой в бридж, как пила шампанское с потрясающей Фионой Бартон, это знакомство не принесет ничего хорошего, решил Фред.
Подойдя к своему столику, она, смущенно посмеиваясь, сообщила розоволицему молодому человеку с ущербным подбородком:
— Смотри, кого я привела, Бобби! Мы никогда не встречались с этим джентльменом. Бобби Ивс, миссис Дюран, мистер Гардинер, — представила она их.
Фред навострил уши. Бобби Ивс не мог быть не кем иным, как достопочтенным Робертом Ивсом, который был беден как церковная мышь. Он недавно продал машину, так как нечем было платить за нее. Глядя на приятное, но безвольное лицо этого джентльмена, Фред подумал: «Фиона, и где ты только их находишь!»
Глава 2
— Бобби, ты можешь поторопить с шампанским? Нет, отложите их, мистер Гардинер. Я настаиваю, чтобы вы попробовали мои сигареты. Они совершенно особенные, — приказала Фиона, когда Фред стал вытаскивать портсигар. Покопавшись в сумочке, она вытащила золотой портсигар с выложенными сапфирами и рубинами инициалами «Ф.Б.». — Считается, что они не вызывают рака. Их готовят для меня в магазине на Пикадилли.
Она протянула портсигар сначала миссис Дюран. Та покачала головой:
— Я не курю.
— Я привык к своим сигаретам, если вы не против, — упрямо произнес Фред.
— Как бы мне хотелось убедить вас съесть хоть что-нибудь, — убеждала она миссис Дюран, признавшуюся, что они с Фредом уже поужинали. — А вы, мистер Гардинер? Я уверена, вы не откажетесь от какой-нибудь закуски?
— Ничего не нужно, спасибо.
Подошел официант с блюдами, и миссис Дюран, вся сияя, стала уговаривать:
— Прошу вас, ужинайте, не обращайте внимания на нас с Фредом.
Официант поставил перепелок в желе в маленьком гнездышке из латука перед Фионой. Выбор Бобби — необъятный стейк, окруженный жареным картофелем, грибами и фасолью, — наследница объяснила так:
— Бедняжка ничего не ел с самого утра. Я заставила его заказать что-то существенное.
— Как я всегда говорю, мужчин надо кормить! — промурлыкала миссис Дюран. — Я полагаю, мистер Ивс, вы также трудитесь весь день, как и мой племянник, забывая о еде. Все вы мужчины одинаковы!
— Портной так долго не отпускал Бобби. У бедняжки не было времени даже перехватить сандвич перед тем, как он встретил свою тетю-старушку и отвел ее на дневной спектакль, — щебетала Фиона. — А в перерыве старая скряга даже не напоила его чаем.
— Это еще не самое страшное, милая, — осклабился Бобби. — Что действительно вывело меня из себя — так это то, что я околачивался в клубе, ожидая Виктора, а когда он наконец появился, оказалось, он уже пообедал. И даже не предложил мне выпить.
— Лорд Куорли — это брат Бобби. Он такой скупой, — осуждающе заметила Фиона.
— Лорд Куорли участвовал в моей экспедиции на Ближний Восток, хотя я не встречался с ним, — заметил Фред.
— Я уверена, что он обращался со своими солдатами, как с галерными рабами, — провозгласила Фиона.
— Мне не хотелось бы разочаровывать вас, графиня, но лорд Куорли был одним из самых популярных офицеров в то время.
— Старина Виктор может быть обаятельным, когда он этого захочет, да, — завистливо заметил Бобби, вгрызаясь в стейк.
Фиона сухо заметила Фреду:
— Не называйте меня графиней.
— Тогда как? — Он вежливо взглянул на нее.
— Фиона. Легко запомнить.
Миссис Дюран допила шампанское и с сожалением заявила, что ей пора. Нужно успеть на утренний поезд до Волверхэмптона, а она еще не собрала вещи.
— О, но я не хочу, чтобы вы уходили. Завтра вечером я пригласила несколько человек на коктейль, и я надеялась, что вы с мистером Гардинером сможете прийти, — взмолилась Фиона.
Миссис Дюран и сама ужасно этого хотела. Но она была из тех, кто, решив, что они должны успеть на определенный поезд в определенный день, могли изменить свое решение только в случае опасной болезни или смерти. Она печально вздохнула:
— Мне жаль. Но это совершенно невозможно. Я должна завтра быть дома.
— Я могла бы отправить вас на машине до Волверхэмптона после вечеринки, — предложила Фиона.
Можно подумать, усмехнулся про себя Фред, британские железные дороги прекращают работать с наступлением темноты.
Но миссис Дюран оставалась непреклонной:
— Я на самом деле должна быть дома к обеду. Хотя я так ценю ваше любезное приглашение, Фиона, дорогая. Фред, ты не мог бы рассчитаться с нашим официантом и позаботиться о такси?
Фред рассчитался, вытащив пачку банкнотов, которую тетя сунула ему в руку перед выходом в свет. Он очень надеялся, что Фиона забыла о своем приглашении, но, когда он вставал из-за стола, молодая богатая наследница напомнила:
— Я буду ждать вас около половины седьмого, мистер Гардинер. Между прочим, я остановилась в «Ритце».
