При этих словах Снейп поднял глаза. Значит, он просто хотел нагрубить и не понял, что Гарри — гей.
Тогда, к искреннему замешательству юноши, Снейп принялся его рассматривать.
Весьма недвусмысленным образом.
Покраснев еще сильнее, Гарри попытался дрожащими руками поднять кружку. Что угодно, лишь бы не отвечать на этот внимательный взгляд. Снейп! Его! Разглядывает! Черт побери!
— Не поздно уже стесняться? — спросил зельевар. Еще и поддразнивает!
Гарри опустил кружку и взглянул мужчине в лицо. Черные глаза смотрели оценивающе. Сердце юноши бешено билось, по телу прокатывались жаркие волны. Снейп отвел взгляд и снова равнодушно зарылся носом в книгу. Гарри трясущимися пальцами вытащил из бокового кармана сумки пару журналов и, обливаясь потом, решил, что сейчас самое время раздеться. Он попытался встать, но встроенная в стенку кабинки скамья располагалась слишком близко к столику и не позволяла выпрямить ноги, поэтому он устроился спиной к стене, уперся коленом в скамейку и потянул края свитера кверху. Он знал, что Снейп, в случае чего, сможет его прикрыть, но поклялся никогда больше не покупать свитеров — а также прочей одежды, которую нужно надевать через голову — до тех пор, пока не закончится война. Слишком рискованно было даже на минуту лишиться обзора и очутиться перед врагом беззащитным.
К несчастью, свитер, словно банный лист, пристал к футболке, и Гарри невольно потащил вверх и то и другое. С закутанной головой и животом, выставленным на всеобщее обозрение, он чувствовал себя преглупо. Глубоко вдохнув, он выпятил грудь и попытался стянуть идиотский свитер, когда почувствовал, как великоватые по размеру джинсы сползают с бедер. Гарри с ругательством сдернул с себя свитер вместе с футболкой, отодрал их друг от друга и поспешно напялил футболку на себя. Снейп без тени смущения наблюдал за процессом, и юноша покраснел пуще прежнего. Он подтянул джинсы, жалея, что утром не надел ремень. Или хотя бы трусы.
— И снова мой ответ — «нет», — прокомментировал это представление Снейп. — Худший стриптиз на моей памяти.
— А вы их много повидали? — красный, как свекла, рявкнул Гарри.
— Ни одного на таком дилетантском уровне, это уж точно.
— Больше я флисовых свитеров не покупаю, — смущенно пробурчал Гарри. Надо же было выставить себя таким идиотом!
Снейп рассмеялся. Выпучив глаза, Гарри улыбнулся в ответ.
— А вот татуировка у вас славная, — заметил зельевар, наклоняясь, чтобы взглянуть на нее еще раз.
Неужели джинсы сползли так низко? Черт побери!
— Спасибо, — выдавил Гарри, пытаясь принять беспечный вид. Подняв журнал о квиддиче, купленный на входе в бар, он углубился в одну из статей. Второй журнал выпал случайно, и юноша запихнул его назад в карман сумки. Это было издание о зельях, приобретенное ради статьи, которую Гермионе наконец удалось опубликовать. Хоть и под псевдонимом — она считала, что идеи магглорожденной школьницы не вызовут большого интереса; они здорово веселились вечерами, придумывая ей nom de plume в гостиной Гриффиндора, и Гарри неимоверно гордился «Гербертом Грейстоком», выбранным среди множества отвергнутых вариантов, потому что это имя повторяло инициалы Гермионы и было по-стариковски скучным и почтенным. Он очень обрадовался, что понимает кое-что из содержания статьи, пусть даже благодаря подруге, которая зачитывала им отрывки из своих исследований и много месяцев подряд только об этом и говорила. Гарри с интересом обнаружил, что в «Ежемесячных практических зельях» был и труд Снейпа, но тот оказался сложной обработкой предыдущей статьи зельевара с вереницей предшествующих ей заметок и ссылок. Остальные публикации выглядели либо чересчур витиеватыми, либо излишне дотошными, и Гарри беспокоился, что четкая, внятная статья Гермионы покажется читателям не глотком свежего воздуха, а неудачей в достижении нужной степени занудливости.
— Мистер Джонсон! — это была жена Тома. Гарри всегда звал ее «миссис Том», так как никогда не слыхал ни ее имени, ни фамилии ее мужа. Тот обыкновенно называл ее «женой» или «начальством». Обращаясь к ней «миссис Том», Гарри всегда надеялся, что его поправят, но супругам это понравилось, и они не спешили его просветить. — Как вы, птенчики мои? — весело спросила она, ставя перед мужчинами исходящие аппетитным парком тарелки.
— Хорошо, спасибо, миссис Том, а вы как? — вежливо привстав, ответил Гарри.
— Ах, милый, садись и принимайся за ужин! Не знала, что вы с профессором Снейпом знакомы, — добавила она, переводя взгляд с одного посетителя на другого.
— Мы просто сели за один столик. У вас сегодня людно, — улыбнулся Гарри.
— Начало учебы в Хогвартсе на носу, — согласилась женщина. — Поэтому вы здесь, профессор?
— Дела в городе, — уклончиво отозвался Снейп. — Боюсь, что произошла ошибка, мадам. Я не заказывал ужина.
— Знаю, дорогуша; Том сказал, что мистер Джонсон заказал ужин для профессора Снейпа, представляете? Это мое фирменное блюдо, уж он-то помнит, как оно хорошо, — заговорщическим тоном сообщила Снейпу хозяйка, кивая на Гарри. — Ты у него учился, милый? — спросила она юношу. — Решил отплатить добром бывшему преподавателю, а? Какой славный, — женщина улыбнулась и покинула их, не дожидаясь ответа.
Гарри поглядел на Снейпа.
— Не ешьте, если не хотите, — тихо сказал он. — Хотя ее бифштекс с сырным пирогом восхитительны. Кроме того, я не отходил от стола и никак не мог отравить еду.
— С чего вы решили, что меня можно захотеть отравить? — с опаской спросил Снейп.
Ох, скользкая тема.
— Ну, вы же зельевар; подозреваю, что вы всегда начеку. Так мне показалось после пива, — уточнил Гарри.
— Откуда вам известно, что я — зельевар? — не прикасаясь, в отличие от Гарри, к своим приборам, поинтересовался Снейп. — Я уверен, что вы не из числа моих бывших учеников — у меня прекрасная память на лица.
Что ж, он и в самом деле не был «бывшим» учеником.
— В «Практических зельях» есть ваша фотография, — нашелся Гарри, указывая на журнал в кармане сумки.
Снейп с удивлением посмотрел на издание.
— Вы интересуетесь зельями? — со смесью подозрения и любопытства в голосе спросил он.
— Признаюсь, большей части статей мне не понять, — покаялся Гарри. — Ваша основана на таком количестве ранее опубликованных догм, что я запутался.
Фыркнув, Снейп снова внимательно взглянул на Гарри, пометил недочитанную страницу и, опустив книгу на стол, взялся за нож и вилку.
Гарри почувствовал себя по-дурацки счастливым.
— Боже, как вкусно, — простонал он несколько минут спустя. Блюдо миссис Том было выше всяких похвал. Густой соус, расплавленный сыр с островатым привкусом и хрустящая корочка пирога буквально таяли на языке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
