И все же с определенного расстояния тамошние деревья выглядят точь-в-точь как земные (к цвету я адаптировался довольно быстро), тем более что произрастают столь привычными нам купами, рощами, лесами и джунглями по всему главному континенту. Странность — если вы коллекционируете странности — заключается в том, что ни одна из разновидностей не занимает доминирующего положения ни в купах, ни в рощах, ни в лесах или джунглях, хотя некоторые статистические отклонения, безусловно, есть. Словом, все они мирно сосуществуют в радостном братском единении по всей планете; а что же еще может порадовать душу профессионального Выживателя, как не подлинно братское единение?
Для своих деревьев Дерево предусмотрело шесть массивов суши: четыре из них, вместе взятые, — немногим более Ки-Уэста, пятый — размером с Макаллан на Оке III, чуть крупнее Северной Америки, шестой же… Это действительно БОЛЬШАЯ территория, невольно наводящая на мысль, что планета просто расшиблась в лепешку с целью продемонстрировать случайному визитеру, как распрекрасно умеет выращивать континенты в самых лучших традициях, дабы обозреватель, не приведи Господи, не вздумал судить о ней на основании робких ученических попыток.
Именно на главном континенте процветает львиная доля местной флоры и фауны, за исключением, понятно, подводных созданий, хотя вряд ли можно назвать водой жидкость, покрывающую две пятых этого мира, равно как и воздух не слишком походит на земной, и пускай он пригоден для дыхания и не вызывает ни головокружения, ни тошноты, его процентный состав не совсем такой, как на Земле. Впрочем, тут нет ничего удивительного, так как планеты вполне могут быть родными сестрами, но никак не идентичными близнецами, и все же я не советую вам биться по сему поводу об заклад, ибо еще никому и никогда не удавалось предугадать, на что будет похожа следующая.
В океане, как обычно, бодро резвились хищники и жертвы, то и дело меняясь местами, но все они прекрасно могли подождать до лучших времен, поскольку моя первостепенная задача состояла в том, чтобы со всей доступной мне точностью выяснить, как следует жить на суше.
Я взял с собой портативный дом. Не полотняный тент и не пластиковую палатку, а самовозводящееся строение, которое делает это чрезвычайно быстро, что и составляет его главную прелесть, ведь мой Тотум и выводок Робби не могут участвовать в тестировании планет, сам же я слишком ленив, чтобы построить бревенчатую хижину исключительно собственными руками (нуднейшее занятие, не выдерживающее никакого сравнения с мытьем посуды, не говоря уж о вдохновенных процедурах изысканной кулинарии).
Я также прихватил кое-какое оружие. Вообще-то Дерево отнюдь не выглядело так, словно собирается напустить на меня что-нибудь безумно опасное: обычные животные, чаще небольшие, изредка на удивление крупные, укомплектованные самыми обычными когтями, зубами, клювами, рогами и прочей легко предсказуемой амуницией. К тому же основная масса живности на любой планете не станет есть нечто абсолютно незнакомое. Не исключено, что такая штуковина окажется ядовитой. У нее может быть отвратительный вкус. В конце концов, она сама способна сожрать покусившегося.
К сожалению, статистические данные свидетельствуют, что в большинстве случаев животные могут изрядно покалечить тебя и даже убить, прежде чем окончательно убедятся, что ты как раз и есть та самая АБСОЛЮТНО НЕЗНАКОМАЯ штучка. И дабы избавить их от соблазна откусить от меня кусочек, чтобы в итоге обнаружить, что я все-таки совершенно несъедобен (какая бездарная трата времени для уважающей себя зверюги!), я вынужден был подобрать очень и очень недурную коллекцию оружия. Были у меня в запасе и другие сюрпризы, но думаю, здесь не место и не время проводить тотальную инвентаризацию моего оборудования.
Итак, я воздвиг облегченный вариант домашнего очага, занес туда свое тяжелое вооружение и приступил к выполнению первого и самого
главного пункта программы: СЪЕДОБНЫЕ ВЕЩИ. В самом деле, ты можешь быть вооружен до зубов и не испытывать ни малейшего недостатка в кислороде и воде, но если при этом на планете нет ничего такого что пригодно для отправки в желудок помногу и регулярно, то никакой ты не колонист, а самый тривиальный турист.
Трутни среди всего прочего проанализировали химические свойства флоры и фауны Дерева, обнаружив несколько чрезвычайно ядовитых образчиков преимущественно растительного происхождения. В списке числилось также диковинное животное вроде жирафа с длинными-предлинными ушами, стреляющее в жертву какой-то хлорированной гадостью посредством свернутого в трубочку длинного языка; матушка-природа все-таки непрочь почудить. Сверх того, как и на всякой новой планете, в потенциально съедобных субстанциях были обнаружены: а) нехватка определенных микроэлементов, которую колонистам придется компенсировать, то ли выращивая привезенные с собой растения, то ли получая данные вещества промышленным способом; б) избыток других микроэлементов, от которого колонистам придется избавляться либо посредством строгой диеты, либо путем специальной химической обработки. Впрочем, это не слишком сложные проблемы, которые уже решены на других мирах, а следовательно, с ними можно справиться и на Дереве.
Итак, для начала я имел довольно длинный список наиболее вероятных пищевых ресурсов, которые в принципе безопасны или МОГУТ СТАТЬ безопасными для человека, если мне удастся отыскать соответствующий способ кулинарной обработки. Последнее не всегда очевидно, а между тем большая часть самой обычной земной пищи становится таковой лишь в процессе варки, жаренья, паренья, тушения, запекания, копчения, высушивания или вымачивания, каковые процессы могут длиться от десяти секунд до десяти лет.
В моем распоряжении был стандартный год, а это не так уж и много, чтобы составить сборник КУЛИНАРНЫХ РАДОСТЕЙ для совершенно новой планеты с новешенькими растениями и животными, принимая во внимание неизбежные перерывы, вызванные обстоятельствами, которые я не в силах предугадать.
И разумеется, я никак не мог предугадать, что первый же перерыв отберет у меня семнадцать часов жизни!
* * *
Я как раз находился в своем быстровозводимом домике, стилизованном под бревенчатую хижину. Единственная комната была укомплектована кухонным блоком, очистительной установкой, доводящей местную жидкость почти до консистенции Н2О, туалетной кабиной с душем, кладовкой, большим окном и несколькими окошками поменьше из великолепного небьющегося глассекса, который, как мне сказали, выдерживает абсолютно все, кроме конца света. Разглядывая пучок корней, смахивающих одновременно на пупырчатую морковь и раздутые ярко-оранжевые початки кукурузы, я никак не мог решить, что с ними следует делать: сварить или запечь? В большое окно лился мирный свет послеполуденного солнца, в лесу покрикивали, свистели и кряхтели разнообразные мелкие, а эпизодически и крупные животные, и хотя в тот момент я не обращал ни малейшего внимания на лесные шумы, но способность запоминать детали, которых я даже не замечаю, является одной из моих самых сильных сторон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
