Однако пустоты в душах не было. В обществе формировался культ знаний. И это гораздо лучше, чем сегодняшний культ доллара».
При этом нельзя не отметить роль отца в формировании любви к знаниям. Он выписывал для своих детей журнал «Знание-сила». Братья всегда с нетерпением ждали каждый номер. Читали ребята его от корки до корки. Именно этот журнал подтолкнул Сергея к участию во всесоюзном конкурсе судомоделистов. Своими руками по журнальным эскизам он изготовил действующую модель парового глиссера. [2, с.23]
Обращает на себя внимание и тот факт, что мальчишки в детстве также конструировали и оружие. Пушку, например. Притащили от пакгауза ось старого плуга с двумя колёсами. Водопроводную трубу обрезали, один конец сплющили.
Снаряд использовали неразрывной. Дети же! Картечь была охотничья, но доску на расстоянии двадцати метров разбивала в щепки. [2, с.20]
Время выбора
В 1938 году Сергей Непобедимый успешно сдал выпускные экзамены и получил аттестат о среднем образовании. Пришло время дальнейшего выбора. У парня возникло твёрдое решение поступить в Московский Краснознамённый механико-машиностроительный институт имени Н.Э. Баумана. Наскоро попрощавшись с родными, Непобедимый отравился в столицу. Он вспоминает:
«Я надел свой лучший и единственный тёмно-синий костюм. Ботинок не было, обулся в спортивные тапочки. Такое сочетание в те годы было не в диковинку – нехватка товаров лёгкой промышленности была повсеместной».
Перед выходом сына за порог отчего дома Павел Фёдорович обнял Сергея и вложил ему в руку тридцать рублей. По тем временам это были не слишком большие деньги, однако Сергей Павлович отлично знал, каким трудом они достались отцу.
В столичном институте имелось шесть факультетов – три военных и три гражданских. Каждый военный факультет имел соответствующую буквенную индексацию: «Н» – факультет боеприпасов, «О» – бронетанковый, «Е» – артиллерийский. Непобедимый выбрал факультет «Н». Вступительные экзамены пришлось сдавать по семи предметам: русский письменный, сочинение по литературе, математика, физика, химия, история ВКП(б) и иностранный язык. Испытания шли в течение месяца, отбор был жёстким и строгим. Отсеивалось восемь из девяти претендентов. Среди поступивших «везунчиков» и оказался Сергей Павлович Непобедимый.
После размеренной жизни в провинциальных Щиграх Сергею было очень трудно приноровиться к московским расстояниям, к столичному темпу жизни. После первого курса он вместе с другими студентами отправился на Украину на производственную практику. Проехав по железной дороге станции Харьков и Дебальцево, Сергей оказался в Донецке, где его определили на работавший на окраине города «номерной» завод, производивший боеприпасы. За дни практики студенты факультета «Н» в совершенстве освоили весь цикл создания изделий, познакомились с новыми станками, появившимися на предприятии в результате тесных экономических связей с Германией. В записках Непобедимого можно найти описание одного случая в цехе:
«У меня никак не получалась незначительная операция на производственной линии. Это вызывало раздражение на самого себя. Старший участка заметил неловкость и потом разъяснил: «Не считая вас – практикантов – у нас на этом месте работают только женщины. Мы уже давно поняли, что там, где требуется кропотливость и терпение, поможет только женский характер».
После окончания второго курса будущий конструктор был отправлен на практику на механический завод в городе Невьянске, расположенном в Свердловской области. Кроме учебных навыков, эта поездка дала возможность повидать легендарные уральские места. Сергей Павлович писал:
«Скажу без преувеличения – учебный процесс в институте организован был великолепно. Продуманно сочетались практика и теория. Я, парень из провинции, смог увидеть страну».
Война
Устоявшийся ритм жизни Сергея Непобедимого разрушила война. 22 июня 1941 г. группа Сергея Павловича сдавала один из последних экзаменов по теории резания. По радио прозвучали тяжёлые, как камни, слова Молотова о вероломном нападении фашистской Германии и призыв к защите Отечества. На второй день после начала войны Непобедимый подал записку с просьбой зачислить его добровольцем в армию. Было ему тогда неполные двадцать лет. Уверенный в том, что его призовут, Сергей Павлович собрал вещи, попрощался со своим младшим братом Виктором, также учившемся в Москве, и отправился в Бауманский райком. Однако там ему объяснили, что касательно студентов правительство примет специальное решение. Действительно, через несколько дней вышло распоряжение Сталина, объявляющее, что в действующую армию призываются учащиеся первого и второго курсов института. Третий курс оставляли для продолжения учёбы, а старшекурсники направлялись на промышленные предприятия для работы по специальности в качестве инженеров. [2, с.30]
До начала нового учебного года оставалось два месяца. Однако Сергей Павлович и его одногруппники жаждали активности, всем хотелось что-нибудь сделать для Родины. Такая возможность вскоре представилась: из трёхсот учащихся Бауманского института был организован специальный стройбат, направленный в прифронтовую зону. Уже 30 июня студенты оказались под Ельней, где по реке Десне в составе специального батальона строили, так называемую, Вторую линию обороны Москвы.
Вместе с другими студентами Сергей был высажен посреди леса в десяти километрах от станции Снопоть у села Загляжья Слобода. Их задача заключалась в строительстве основной линии обороны вдоль Десны. Разместили парней в деревенских ригах, как здесь называли сараи. Точно такие же риги, стоявшие на окраине деревни, разбирали по брёвнышку и использовали при сооружении деревоземляных огневых точек. Затем ДЗОТы сдавали военным, и они проводили пристрелку. Самыми тяжёлыми, по воспоминаниям Сергея Павловича, были земляные работы. Батальон, состоявший из студентов, скальпировал берег реки – убирал все кусты и ветки, строил противотанковый ров. Распорядок дня был жёстким: в четыре утра подъём, в одиннадцать вечера отбой. Сначала норма на человека была по семь кубометров земли, затем она выросла до десяти. Часто руки не держали лопату, однако командиры подгоняли – наступали немцы очень быстро. Охрану батальона осуществляли сами ребята. Оружия ни у кого из них не было, однако рядом было расположено армейское подразделение, при необходимости готовое прийти на помощь.
Когда лето стало близиться к концу, участок обороны стройбатом был завершён. С запада уже отчётливо слышалась канонада. Подвоз продуктов из столицы прекратился, стали вводиться ограничения, а на позиции принялись налетать фашистские самолёты. Сергей Павлович вспоминает:
«Нас бомбила и обстреливали «мессершмитты» с высоты всего 20 метров: я видел лица лётчиков, они развлекались – стреляли по живым мишеням. Мы хоронили ребят. Я узнал, что такое быть беззащитным перед атакующим самолётом врага». [2, с.33]
В последующем борьба с бронированными машинами стала смыслом его жизни и работы потому, наверное, что он видел от них много горя. С начала войны фашистские танки и самолёты стали его личными врагами. [3]
К великому сожалению, в настоящее время нередко в СМИ, в выступлениях некоторых молодых людей
