что ж, голубчик, давай-ка посмотрим, что там с твоей памятью, — сказала знахарка, подойдя ко мне и положив руку на мою голову.
Сначала ничего не происходило, но потом она начала произносить слова. Я вроде бы слышал их, но смысл ускользал от меня. Её ладонь начала нагреваться, и тепло перетекало в мою голову.
Внезапно я почувствовал резкую боль, а бабка отдёрнула дрожащую руку, словно её ужалило насекомое.
— Интересно, — проговорила знахарка, разминая морщинистую руку.
Бабка неспешно вернулась на своё место, сначала посмотрела на Ханну, потом на меня.
Да давай уже, чего гоблина за тестикулы тянешь? Говори, что там с моей памятью!
— Твоя память запечатана! — серьёзно проговорила она. — И запечатана как минимум девятым кругом.
Ханна удивлённо ахнула.
И? Это плохо? Хорошо? Нормально? На этот счёт в моей голове ничего не всплыло — лишь пустота. На что-то моя память реагирует, а на что-то нет. Как же это бесит!
А ещё бесит, что мне никто ничего не объясняет. Вы случайно не забыли, что у меня, вообще-то, память запечатана? Может, посвятите и меня в подробности — я с удовольствием вместе с вами поахаю.
— И это плохо? — спросил я, барабаня пальцами по ноге.
Ответила на мой вопрос Ханна:
— Да, это точно нехорошо. Сила магов измеряется магическими кругами, которые они создают вокруг сердца. Чем больше магических кругов, тем могущественнее человек. Девять кругов — это максимум, на который способны все расы, кроме драконьей. Но у них магия измеряется совершенно другими масштабами, — она положила руку на моё плечо и, немного помедлив, продолжила:
— Снять такую печать может только маг того же уровня или выше. По всему миру их насчитывается не больше двенадцати. Но в нашем королевстве есть только один такой маг, и это Даниэла Кристенсен, королева. О других же ничего не известно.
Хмм, вот и приплыли. Если мне не изменяет память, а она изменяет мне настолько часто, что даже эльфийская куртизанка позавидовала бы, королева — это типа хозяйка целого королевства с армией и огромным замком? Класс, просто класс.
Ну что ж, тогда дело за малым: прихожу к королеве и прошу её запульнуть в меня каким-нибудь заклинанием по типу "Печати-снимателя", и вуаля — моя память возвращена, я счастлив, королева счастлива, все счастливы, и мы празднуем это событие массовой оргией.
Стоп. А что если…
Я нахмурился, и это заметила знахарка. Каким-то образом она догадалась, о чём я думаю.
— Нет, сомневаюсь, что это королева запечатала твою память. Это не в её стиле. Она бы скорее, просто обезглавила тебя, — уверенно сказала Вельма.
Не стану спрашивать, откуда знахарка из какой-то отдалённой деревни, название которой я так и не узнал, знает, что в стиле королевы. Что-то я сомневаюсь, что они лучшие подружки, которые каждую субботу ходят в таверну, напиваются элем и потом держат друг другу волосы. Но она говорит настолько уверенно, что я ей верю. Значит, остаётся лишь один вопрос.
— Какие есть варианты? — спросил я серьёзно у старушки.
Бабка ухмыльнулась, достала трубку и, подкурив её горящей щепкой, глубоко затянулась. Выдохнув облако сладкого дыма, от которого у меня сперло дыхание, она продолжила:
— У тебя лишь один вариант, и это гильдия искателей приключений, — видя моё непонимающее лицо, она выдохнула новую порцию дыма и продолжила:
— Гильдия искателей приключений — это наёмники, что выполняют самые разные задания, от уборки улиц до покорения драконов.
Она снова сделала паузу и затянулась из трубки.
Снаружи моё лицо оставалось неизменным, но внутри… Мне очень хотелось подойти к ней, затолкать эту трубку ей в горло и насладиться её испуганным взглядом. Не из-за злости — вовсе нет. А как урок. Как смеет эта жалкая букашка смотреть на меня свысока?
Тебе повезло, что ты полезна и дорога той, у кого я сейчас живу.
Несмотря на плескающееся в голове безумие, я не позволю себе поддаться минутному порыву. Это ничто. Именно я управляю своим телом и эмоциями. Нужно улыбаться? Буду улыбаться. Нужно быть рубахой-парнем? Буду просто душкой. Нужно будет пролить кровь? Наполню море.
Старуха же продолжала:
— У авантюристов есть ранги силы, от медного до адамантового. Последний вручается лично королевой как сильнейшим воинам её королевства. Конечно, это будет небыстро, но иначе тебе с ней не встретиться. Да и шанс, что она исполнит твою просьбу, будет выше, — закончила рассказ знахарка, вытряхивая трубку в костёр.
Долго? Да. Это плохо. Не только потому, что я, видимо, ещё не скоро верну свои воспоминания. Но и потому, что вряд ли медному рангу платят много. А это значит, я ещё не скоро стану самостоятельным. Теперь я точно некоторое время буду зависим от Ханны.
Я посмотрел на неё. Она заметила мой взгляд, и наши глаза встретились.
Сейчас она жалеет меня из-за моей памяти. И я ей явно нравлюсь. Думаю, самый верный вариант — стать с ней ближе. Настолько, насколько это возможно. Начну прямо сейчас.
— Ханна, мне неловко тебя просить, но могу ли я пожить у тебя ещё немного? — сказал я кротким, обеспокоенным голосом.
Она положила руку на моё плечо и тепло улыбнулась.
— Конечно, ня. Ты можешь оставаться сколько хочешь, ня.
Я положил свою руку поверх её. Она слегка дрогнула.
— Спасибо тебе. Ты моя спасительница, — сказал я ласковым, бархатным голосом.
Ханна залилась краской и поспешно отдёрнула руку.
— Н… не за что, ня, — ответила она, пряча взгляд в сторону.
Знахарка, до этого молча наблюдавшая за нами, обратилась к нам обоим:
—Раз уж он не помнит своего настоящего имени, думаю, вам стоит выбрать временное. Не ходить же ему безымянным.
Ханна хлопнула себя по лбу и воскликнула:
— Точно! Имя, ня! Совсем об этом забыла, ня, — девушка посмотрела мне в глаза, забыв про былую смущённость, и, вцепившись в мои плечи, проговорила: — Можно я выберу тебе имя, ня? Ну пожалуйста, ня! — трясла она меня за плечи.
Для меня это не особо важно. Какая разница, как меня будут временно называть? Но раз уж ей так хочется…
— Я буду рад, если именно ты выберешь мне имя! — уверенно проговорил я.
Её лицо засияло, будто у ребёнка, которому наконец подарили игрушку, о которой он так давно мечтал.
— Я уже знаю, какое имя тебе подойдёт, ня! Оно пришло мне в голову, как только я тебя впервые
