пустите меня, ведь вы знаете, он запретит мне идти… Он ведь и вас никогда не пускает в обитель… Я буду вечным вашим молитвенником… Дайте мне свое благословение», — ответил Алексей. Акилина сняла свой крестик и благословила им сына. Спросила, вернется ли он. «Не знаю… Как Матерь Божия устроит», — ответил Алексей и поспешил на вокзал.
Он прибежал туда как раз к прибытию поезда, едва успел взять билет и впервые в жизни сел в вагон. В вагоне он уступил место старичку, который оказался паломником, решившим побывать в Глинской, Петропавловской и Софрониевой пустынях, поклониться святыням. Он согласился проводить Алексея до Глинской пустыни. В 1906 году Алексей впервые переступил порог обители.
Глинская Рождество-Богородицкая пустынь находилась в двенадцати верстах от города Глухова Черниговской губернии (ныне Сумская область Украины), на живописной равнине, на правом берегу реки Обесты, недалеко от впадения ее в Корсунь. Обитель возникла в первой половине XVI века, после явления в лесу на этом месте иконы Рождества Пресвятой Богородицы. Название обитель получила, по-видимому, от князей Глинских, которым предположительно принадлежала местность, занимаемая пустынью. Своего расцвета обитель достигла в XIX веке, в пору игуменства преподобного Филарета (Данилевского). Он был воспитанником Киево-Печерской лавры и Софрониевой пустыни. Его наставником был архимандрит Феодосий (Маслов), друг и сотаинник преподобного Паисия (Величковского). В это время в обители подвизался иеромонах Василий (Кишкин), друг и последователь преподобного Паисия, наставник преподобных Льва и Макария Оптинских. Благодаря этим двум подвижникам Глинская пустынь стала одним из очагов распространения учения преподобного Паисия (Величковского), породившего возрождение многих монастырей России. При них в обители было восстановлено старчество, был введен строгий устав, основанный на Афонском и легший в основу уставов многих других российских монастырей.
Братия обители произвела на Алексея впечатление ангелов. Он опустил великую радость и воззвал в безмолвной молитве к Царице Небесной, прося принять его в число иноков, обещая служить Ей, все переносить и пребывать в обители до конца дней, после чего ощутил в сердце радость и надежду на милосердие Богородицы.
Братия проводили Алексея к монаху Иоанну, келейнику настоятеля, которому было адресовано письмо странника. Отец Иоанн ласково принял Алексея, напоил его чаем и проводил к настоятелю.
В это время настоятелем обители был архимандрит Исаия (Гомолко), впоследствии схиархимандрит Иоанникий, ныне прославленный в лике святых. Монах строгой духовной жизни, он начальствовал с 1888 до 1912 года и сделал чрезвычайно много для внешнего и внутреннего развития монастыря: строил и восстанавливал церкви, корпуса, расширял монастырское хозяйство. При нем существенно увеличились капитал и земельные наделы. Монастырь занимался широкой благотворительностью: держал больницу, странноприимницы, дом трудолюбия (в котором крестьянским детям-сиротам давали начальное школьное образование, обучали их различным ремеслам), помогал крестьянам хлебом и деньгами. Монастырь занимался и просветительской деятельностью: издавал листки и литературу духовно-нравственного характера, содержал миссионерский кружок имени святого апостола Иоанна Богослова в составе тридцати человек, которые освобождались от всех прочих послушаний и занимались проповедью, беседами с миссионерско-просветительскими целями и борьбой с сектантством. Однако основной заботой отца Исаии была духовная жизнь братии. Он личным словом и примером наставлял братию, собрал прекрасную святоотеческую библиотеку, устрожил порядок старчества: отныне каждому брату со дня поступления в обитель назначался старец (прежде поступавшие сами выбирали себе старцев), которому ежедневно следовало открывать свои помыслы и поступки, ничего не предпринимая без его благословения. При отце Исаии было много старцев высокой духовной жизни, в том числе схимонах Лука (Швец), схимонах Архипп (Шестаков), ныне прославленные в лике святых; под его началом сформировался целый сонм святых подвижников — в их числе схиархимандрит Серафим (Амелин). Для духовно преуспевающих отец Исаия устроил Спасо-Илиодоровский скит. При его создании игумен пользовался уставами Оптинского и Софрониевского скитов, наставлениями святителя Феофана Затворника. Словом, в пору поступления Алексея в Глинскую пустынь обитель находилась на одном из высших этапов своего духовного и материального развития.
Поклонившись до земли, Алексей попросил настоятеля принять его в число братии. Отец Исаия, испытывая его, ответил, что живут они бедно, послушания у них тяжелые. Алексей обещал безропотно переносить все трудности. Тогда отец Исаия передал его паспорт отцу Иоанну и велел зачислить его в списки братии.
Жизнь глинских иноков проходила в послушаниях, посте и молитве. В это время в обители действовал устав, принятый еще преподобным Филаретом. Повседневное утреннее богослужение начиналось в полночь. После утренних молитв и полунощницы совершалась утреня, которая в простые дни продолжалась три часа. После кафизм и по 6-й песни канона читались святоотеческие поучения и Пролог. По окончании утрени бывала лития по усопшим. В шесть часов совершался повседневный акафист Богородице, в восемь — Божественная литургия. Вечерня начиналась в шестнадцать часов, по окончании которой — лития по усопшим, после чего расходились по кельям. В восемнадцать часов читались повечерие с тремя канонами, вечерние молитвы и вседневный помянник. Затем все с пением стихиры «Иже крестом ограждаеми» прикладывались ко кресту, вынесенному из алтаря, и расходились по кельям. В воскресные и праздничные дни ночью совершалось бдение, продолжавшееся четыре-пять часов. Кроме того, братия исполняли и келейное правило, назначенное старцем. По уставу у братии не было никакой собственности, братия сама выполняла все черные работы. Женщинам вход был воспрещен всюду, кроме храмов. С родственниками можно было видеться только в гостинице по благословению настоятеля, в кельях не разрешалось принимать никого. Послушания были разнообразны: клирос, чтение Псалтири, пономарство, бондарня, портняжная, гостиница, трапезная.
Первоначально Алексию определили послушание в гостиничном корпусе, как было принято в Глинской пустыни для вновь поступивших.
К началу XX века обитель ежегодно принимала до шестидесяти тысяч человек, размещавшихся в гостинице. Здесь трудилось около двадцати насельников, из них двое-трое — послушники, находившиеся на предварительном испытании. Обязанности гостинника были определены в 23-й главе устава «О гостеприимстве»: он должен был устроить прибывших богомольцев, определить им порядок питания, пребывания в обители; брать деньги с приезжающих гостиннику запрещалось.
По общим правилам послушание в гостинице продолжалось шесть месяцев, затем новоначальному давали подрясник с поясом, скуфью и четки. Алексий нес это послушание три месяца, после чего ему назначили послушание в прачечной и поручили его под руководство иеромонаха Аристоклия (Ветра). С этого времени Алексий включается в собственно монастырскую жизнь, начинает приобщаться к традиции старчества.
Старцем, по разъяснению святителя Игнатия (Брянчанинова), называется в монастырях инок, руководствующий и наставляющий других иноков.
Духовное руководство берет свое начало в первохристианские времена. С появлением в III веке монашества, которое организует и углубляет духовную жизнь, старчество также принимает более или менее организованный вид, формируется как особое аскетическое делание в комплексе всего духовного подвига монаха и как особый
