монастырей — семьсот двадцать два. Храмы закрытых монастырей часто передавались близлежащим приходам. Монахов изгоняли из обителей, многих арестовывали, казнили.
Не миновала эта участь и Глинскую пустынь. В 1918 году было значительно сокращено монастырское землевладение. В 1921 году у обители отобрали последнюю мельницу. В 1922-м проходило изъятие монастырских ценностей (в рамках соответствующей кампании по всей Церкви), так что на весь монастырь осталось лишь три причастные чаши. В октябре 1921 года была создана комиссия по ликвидации монастырей Курской епархии, в конце августа 1922 года — комиссия Путивльского уездного исполкома по ликвидации Глинской пустыни. Извещенный о готовящемся закрытии обители, епископ Павлин сразу поехал в Глинскую, где беседовал с настоятелем отцом Нектарием и со старцами, укрепляя их в покорности воле Божией. В течение сентября 1922 года обитель была ликвидирована. В ее строениях был размещен детский городок имени Ленина, имущество разграблено, монахи изгнаны.
Впоследствии схиархимандрита Серафима (Амелина) спрашивали, как монахи пережили закрытие обители, как переносили боль сердца при виде общей разрухи. «Воля Божья», — спокойно и кротко ответил преподобный.
Глава 2. Мытарства
Служение при епископе Павлине (Крошечкине)
Закрытие Глинской пустыни отец Андроник пережил, по его собственным словам, как событие страшное. Ему пришлось найти квартиру в Путивле, куда он забрал свою престарелую мать и где жил до 1925 года. В этот период он был чернорабочим на путивльской мельнице. Подворье вместе с монастырем было упразднено, но мельница продолжала работать. Впоследствии и ее ликвидировали.
В 1925 году епископ Курский Павлин (Крошечкин) по совету отца Нектария (Нуждина) взял монаха Андроника себе в келейники. Монах Андроник, давший обет послушания, был готов на всякое благословение. Ему пришлось проститься с матерью. С глубокой скорбью он отвез ее к своему брату Иоанну, прося относиться к ней с должным почтением. Затем он возвратился в Курск в распоряжение епископа Павлина.
В это время владыке было сорок шесть лет. Выходец из крестьянской семьи, с шестнадцати лет он подвизался в монастырях — в Саровском, Николо-Бабаевском (где занимался самообразованием под руководством жившего там епископа), ростовском Спасо-Яковлевском, московском Новоспасском (в последнем был пострижен в монашество). Заочно окончил Московскую духовную семинарию и академию. В 1921 году стал епископом Рыльским, викарием Курской епархии. Объезжая епархию, часто посещал приходы и монастыри, много проповедовал. Его простые проповеди воспламеняли сердца слушателей, возбуждали в них стремление к праведной жизни и покаянию. В декабре 1922 года епископ был арестован и около года провел в заключении, в одиночной камере одной из московских тюрем. Там он сделал крест из хлебного мякиша, молился перед ним, за что подвергался оскорблениям и побоям тюремщиков. К концу года был освобожден, вновь служил Церкви в епископском сане.
Монаху Андронику поначалу не хотелось быть возле епископа: он боялся роскоши, высоких людей. Однако, на его счастье, владыка Павлин был очень скромен, отличался аскетической жизнью. Он был прост и доступен в обращении, незлобив и кроток, любим детьми. Много читал, собрал большую библиотеку. Очень любил простой русский народ, раздавал бедным большую часть своего имущества — деньги, продукты, несмотря на то что сам нуждался. Любил всякую живность: в своем садике сделал мостик через дорожку, по которой проложили тропку муравьи. Послушание у него келейником наложило глубокий отпечаток на душу отца Андроника, способствовало его духовному возрастанию. В свою очередь владыка видел в лице отца Андроника искреннего и преданного сына, который служил ему по келейным обязанностям и прислуживал иподиаконом в храме.
По рассказам отца Андроника, епископ Павлин совершал богослужения почти во всех храмах епархии. Настоятели храмов любили его. Благочинные жаловались на недостаток священнослужителей, и он иногда посылал иеромонахов или иеродиаконов служить в приходских храмах. В это время владыка предложил отцу Андронику посвящение в сан иеродиакона. Отец Андроник отказался, считая себя недостойным, а также боясь, что владыка поставит его на приход, на котором ему потом, в случае перемещения владыки, придется остаться совсем. Видимо, выросший и воспитанный в монастыре, он не мыслил себя в приходской жизни. Однако епископ отвечал ему: «Не для служб тебя посвятить я хочу: ты мой келейник и прислужник как иподиакон. Мне нужно что-то с престола подать или положить на святой престол митру или панагию — вот для этого я и посвящаю тебя». И 23 января 1925 года монах Андроник был посвящен в сан иеродиакона.
Являясь послушником активного, деятельного епископа, отец Андроник был вовлечен в сложную церковную политику того времени. На Благовещенье 1925 года умер патриарх Тихон. По его завещанию местоблюстителем стал митрополит Крутицкий Петр (Полянский). Два других преемника — митрополиты Кирилл (Смирнов) и Агафангел (Преображенский) — находились в ссылке.
Митрополит Петр активно боролся со сторонниками соглашательских реформ — обновленцами и 10 декабря был арестован. По его распоряжению заместителем местоблюстителя стал митрополит Сергий (Страгородский). В результате возникла путаница в отношении того, кто будет возглавлять Церковь до законных выборов патриарха. Появились кандидаты и органы, альтернативные митрополиту Сергию, в частности — Временный высший церковный совет во главе с архиепископом Григорием (Яцковским), митрополит Агафангел, «своевременно» возвращенный властью из ссылки. Эти нестроения активно подпитывались советской властью, заинтересованной в расколе Церкви.
Осенью 1926 года среди епископата появилась идея провести тайные выборы патриарха. Их инициаторами были архиепископ Корнилий (Соболев) и епископ Павлин, назначенный 14 октября 1926 года на Полоцкую и Витебскую кафедру. Митрополит Сергий, хотя и с сомнением, согласился на проведение этой акции. Епископ Павлин взял на себя ее практическое осуществление. Для этого посланники епископа Павлина объезжали православных архипастырей и собирали сведения о том, за кого из кандидатов на патриарший престол они отдали бы свой голос. Среди этих посланников — иеромонах Таврион (Батозский), отец и сын Кувшинниковы (миряне из купцов). Предполагают, что был также четвертый помощник, имя которого осталось неизвестным. Судя по всему, это был именно отец Андроник. Подавляющее большинство опрошенных епископов высказалось в пользу митрополита Казанского Кирилла (Смирнова). Об этих выборах быстро стало известно ГПУ, их единодушие вызвало раздражение органов. В декабре были арестованы епископ Павлин, отец и сын Кувшинниковы, иеромонах Таврион. По стране прокатилась волна арестов архиереев, участвовавших в выборах; был арестован и заместитель местоблюстителя патриаршего престола митрополит Сергий. Вскоре он составил Декларацию 1927 года — послание «Об отношении Православной Российской Церкви к существующей гражданской власти».
Епископ Павлин находился в тюрьме до апреля 1927 года, после чего был освобожден (скорее всего, по ходатайству митрополита Сергия). Об участии в выборах отца Андроника властям, по-видимому, осталось неизвестно, и на этот
