Он кивнул.
- Мне нужна расписка. Напишите.
Я написал расписку. Все снова-здорово. Аптекарь заверил расписку, сунул печать в ящик и отвернулся. Эксар отсчитал шесть двадцаток и одну пятерку из здоровенной пачки банкнотов, которые хрустели, как накрахмаленные. Сунув пачку в карман брюк; он вновь направился к выходу.
- Может быть, еще кофе? - спросил я его. - Или хотите супу?
Он озадаченно поглядел на меня и даже вроде бы передернулся.
- С какой стати? Вы что-нибудь еще хотите продать?
Я пожал плечами.
- А вы покупаете? Скажите, что именно, и мы обстряпаем это дельце.
Время шло, но я не жалел. Я сделал сто сорок долларов за пятнадцать минут. Точнее, немного меньше - ведь я уплатил аптекарю и еще за кофе и суп. Впрочем, это необходимые издержки, так положено. Я не жалел.
Может, теперь подождать, что у них дальше по сценарию. Они спросят, что я держал в уме, продавая Эксару все это. Я объясню, и на меня посыпятся призы: и холодильники, и ювелирные изделия лучшей фирмы, и...
Пока я витал в облаках, Эксар сказал что-то. Что-то совсем непонятное. Я попросил повторить.
- Пролив Эресунн, - повторил он. - Между Данией и Швецией. Я плачу за него триста восемьдесят долларов.
Я ничего не слыхал о таком проливе. Я поджал губы и на секунду задумался. Кругленькая сумма - триста восемьдесят долларов. За какой-то идиотский пролив. Я попытался схитрить.
- Четыре сотни - и по рукам.
Он сильно закашлялся и в этот момент выглядел совсем больным.
- В чем дело? - выдавил он из себя между приступами кашля. - Разве триста восемьдесят долларов - плохая цена? Это маленький пролив, один из самых маленьких. Всего-то две с половиной мили. А знаете его максимальную глубину?
- Уж никак не мельче других, - с умным видом сказал я.
- Двенадцать футов, - закричал Эксар. - Всего двенадцать футов! Где вы получите больше за такой пролив?
- Спокойней, - сказал я, похлопывая его по грязному плечу. - Давайте ни вашим, ни нашим. Вы говорите - триста восемьдесят, я прошу четыре сотни. Как насчет трехсот девяноста?
На самом деле мне было все равно: десять долларов больше или меньше. Но мне было интересно, что будет дальше.
Он успокоился.
- Триста девяносто долларов за пролив Эресунн, - пробормотал он, боясь, что я натягиваю ему нос. - Но мне нужно только море; я не прошу в придачу чего-нибудь еще.
- Вот что я вам скажу, - я поднял руки. - Дайте мне триста девяносто, и я отдаю вам побережье бесплатно. Идет?
Он задумался. Он засопел. Он вытер нос рукой.
- Хорошо, - сказал он наконец. - Идет. Пролив Эресунн за триста девяносто долларов.
Бац! Шлепнулась печать аптекаря. Дело пошло на лад. Эксар дал мне шесть пятидесятидолларовых купюр, четыре двадцатки и десятку - все из той же пачки новеньких банкнот, которую он держал в кармане брюк.
Я подумал о пятидесятидолларовых банкнотах, которые остались в пачке, и почувствовал, что у меня текут слюнки.
- О'кей, - сказал я. - Что дальше?
- Вы все еще продаете?
- По сходной цене, разумеется. Что вы хотите?
- Очень многое, - вздохнул он. - Но стоит ли сейчас этим заниматься? Вот я о чем думаю.
- Конечно, стоит, раз есть такая возможность. Позже - кто знает? меня может не быть рядом, найдутся другие люди, которые взвинтят цены, что угодно может случиться. - Я сделал паузу, но он продолжал хмуриться и кашлять. - Как насчет Австралии? - предложил я. - Может быть, вы купите Австралию долларов, скажем, за пятьсот? Или Антарктиду? Антарктиду я уступаю по дешевке.
Он явно заинтересовался.
- Антарктиду? Сколько вы за нее просите? Нет, больше покупать в розницу я не буду. Здесь кусочек, там кусочек. Получается слишком дорого.
- Вы, милый, покупаете по бросовым ценам. Оптом обычно дороже.
- А если я куплю оптом? Сколько за все?
- Простите, не совсем понял, - я покачал головой. - Что оптом?
Он сгорал от нетерпения.
- Все. Весь мир. Землю.
- Ого, - сказал я. - Это много.
- Я устал покупать по частям. Назначайте оптовую Вену - я покупаю все сразу.
Я мотнул головой - не утвердительно, не отрицательно, ни да, ни нет. В руки шли деньги, и большие, Но, пожалуй, вот тут-то я должен был рассмеяться ему в лицо и уйти. Однако я даже не улыбнулся.
- Конечно, вы можете узнать эту цену. Но что это значит? Я хочу спросить, что вы, собственно, собираетесь покупать?
- Землю, - сказал он, придвинувшись так близко, что я ощутил его дыхание. - Я хочу купить Землю. Целиком и полностью.
- Только хорошо заплатите. Продам все на корню.
- Я за ценой не постою. Ведь это настоящая сделка. Плачу две тысячи долларов. Я получаю Землю - всю планету - с правами на полезные ископаемые и клады. Идет?
- Вы получаете чертовски много.
- Я знаю, что много, - согласился он. - Но я и плачу много.
- За то, что просите, - не много. Дайте мне подумать.
Это была большая сделка, большой приз. Я не знал, сколько денег ему дали на телевидении, но был уверен, что две тысячи долларов - только начало. Но как назначить разумную цену за мир и не промахнуться?
Я не должен выглядеть на телевидении мелкой сошкой. Надо угадать высшую цену, названную Эксару режиссером.
- Вам действительно нужно все? - спросил я, поворачиваясь к нему. Земля и Луна?
Он выставил вперед свою грязную пятерню.
- Только права на Луну. Остальное можете оставить себе.
- Все равно это слишком много. За такую кучу недвижимости вам придется выложить больше двух тысяч.
Эксар поморщился и дернулся всем телом.
- Насколько... насколько больше?
- Ладно, давайте без дураков. Дело крупное! Мы ведь не толкуем больше о мостах, или реках, или морях. Вы покупаете целый мир и часть другого в придачу. Придется раскошелиться. Готовьте деньги.
- Сколько? - казалось, его тело так и ходит ходуном под грязным костюмом. Люди оборачивались на нас. - Сколько? - прошептал он.
- Пятьдесят тысяч. И это еще чертовски дешево. Сами понимаете.
Эксар весь обмяк. Его страшные глаза, казалось, запали еще глубже.
- Вы сумасшедший, - пробормотал он упавшим голосом. - Вы не в своем уме.
Он повернулся к двери с таким измученным видом, что мне стало ясно я хватил через край. Он даже не обернулся.
Я сильно потянул за полу его пиджака.
- Эксар, послушайте, - быстро проговорил я, а он тем временем вырывался. - Я понимаю, что заломил слишком много. На вы можете дать больше двух тысяч. Я хочу знать самую высокую вашу цену. Иначе какого черта я трачу на вас время? И кто еще станет возиться с вами?
Он остановился. Потом поднял голову и закивал. А когда мы пошли бок о бок, я отпустил пиджак. Все началось сначала!
- Ладно. Вы уступаете мне, а я - вам. Поднимем немного цену. Ваше последнее слово! Сколько вы можете дать?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
