деморализованная сама запуталась в своих вопросах. — Где я? Вот самый важный вопрос.
— Ну тогда начнём с главного, — тут же важно ответил мне голос, хотя говорившего я так и не увидела.
Так я и сидела на чужой кровати, вцепившись руками в плед и прикрываясь им, хотя вроде одета, но это инстинкт, так спокойнее.
— Ты в замке Кощея Бессмертного, — продолжил говорящий, — одна из невест его Бессмертия, — пафосно повысил голос неизвестный и добавил гораздо тише и со вздохом сожаления: — Хотя после того, что ты вчера наворотила, я сомневаюсь в твоём статусе…
Мне стало как-то нехорошо, даже голова закружилась. То есть мои смутные воспоминания вполне реальны? Или?..
— Поздравляю, Даша, ты сошла с ума, — нервный смешок вырвался у меня помимо моей воли.
— Спорить не буду, — тут же отреагировал мой собеседник, — умной тебя не назовёшь, да и красотой не блещешь, а ещё пованивает от тебя…
— Слышь, голос моего поехавшего рассудка, можно быть подобрее ко мне?
— Так я и так добрый, — возмутился голос. — Вон, кофе тебе сварил и даже простил… — на мгновение его речь прервалась. — Ну почти простил за то, как ты меня гоняла. Совсем у тебя совести нет, так на маленьких и несчастных кидаться…
— Маленьких? Кто маленький? У кого маленький? — я не поняла, в чём это меня обвиняют. — Я вообще никого не трогала, не наговаривай. Ну Кощею неудачно попала промеж… Ох, так вот ты о чём?
— Дура! Ты хоть сама поняла, что ляпнула?
— А? — моя голова, честно говоря, работать вообще отказывалась, все мысли как-то выветрились и возвращаться точно не хотели. — Ну, а кого я ещё могла обидеть? Я, конечно, не разглядывала, задачи иные стояли, а там, ну…
— Даже не знаю за кого мне обидеться. За Кощея, что ты походя унизила его мужское достоинство. Или за себя, что приняла меня за детородный орган, или посочувствовать твоему отсутствию мозгов, — язвительно продолжил голос. — С кем, по-твоему, ты разговариваешь?
— Да я уже не знаю, что и думать. Если я в гостях у сказки, да ещё и у Кощея, то тут кто угодно может говорить, — меня понесло: — Вон, у Бель в сказке вся мебель разговаривала, и не только она. У Маршака умывальник тоже живой и бодрый дядечка был, а у Белоснежки мачеха с зеркалом болтала «за жизнь». Так что не надо наговаривать, покажись уже, чудовище аленькое!
— Ты на себя в зеркало посмотри, — собеседник не купился на мой экспрессивный словесный поток. — А я вполне себе привлекательный мышь, в самом расцвете сил.
Мышь? В смысле, мышь? Мыши разговаривают?
— А где ты? Покажись хоть, — позвала я, желая убедиться то ли в своей умственной неполноценности, то ли…
— Драться не будешь? — очень тихо и робко поинтересовался мышь.
— Не буду, — вздохнув отозвалась я. Вспомнилось, как любимую швабру вчера вырвали из моих рук, — да и нечем, швабры под рукой нет.
— Да тут я, — позвал голос, видимо видя, как я озадаченно оглядываюсь, — на тумбочке у кровати.
Тут же глянув в указанном направлении, я увидела вчерашнего знакомца, и рука неосознанно дёрнулась к затылку. Я вчера должна была знатно головой приложиться, когда на зёрнах поскользнулась. Но шишки не обнаружила, а вот спутанный комок волос имелся.
— Ты разговариваешь? — и вспомнив, я добавила: — А ещё умеешь варить кофе?
— Ну как сказать… — замялся мышонок, переплетя передние лапки перед собой и даже задней лапкой поводил.
Этакая поза девочки — ромашки «Хвалите меня».
— Попробуй для начала, — похлопал он по кружке, стоящей рядом с ним, — но я, правда, старался и, надеюсь, получилось вкусно.
Кружка, надо сказать, была с него ростом, отчего гримаса скепсиса на моём лице не сходила, пока я тянулась за ней и принюхивалась к содержимому. Видя, как от моей руки шарахнулся в сторону мышь, а потом буравил меня своими глазками бусинками, я решилась и сделала маленький глоток.
— Ммм… А это, действительно, вкусно, — допивая кружку, я с улыбкой на лице похвалила мелкого пакостника. — Ты молодец! Правда сам варил?
— Ага! — радостно улыбнулся мне мышонок.
Бррр… совсем кукуха поехала у меня, с мышами разговариваю, да ещё и мимику им вполне человеческую приписываю.
— Слышишь, — нерешительно оглянулся рыжик на двери, — ты бы сходила умыться что ли, а то скоро придут за тобой.
— В смысле, «придут»? — удивилась я, ставя пустую кружку на тумбочку и спуская ноги с кровати, мне всё равно нужно было найти уборную, организм требовал.
— Ну на завтрак всех невест собирать будут, там, вроде, повторное знакомство пройдёт, так как вчера ты сорвала мероприятие.
Упс!
— А где тут умыться можно? — спросила, оглядываясь. Из комнаты, где я находилась, вели три двери, и куда идти непонятно.
— Вон там, — указал лапкой мышь, — ванная и гардероб, а там, — ткнул на одиноко стоящую дверь на противоположной стороне, к которой он ранее оборачивался, — выход в коридор.
— Спасибо, Веник, — я мстительно улыбнулась своим мыслям и поспешила в ванную комнату.
— Эй, почему веник? — удивился рыжий проказник.
— Нарекаю тебя Вениамином, в простонародье — Веничкой, или Веником, — я улыбнулась и быстро закрыла дверь, чтобы не слышать возражений.
Ну а что, символично? Попала я в этот дурдом из-за любимого начальника, да и чем-то похож этот рыжий проказник на Веничку. Опять же мстя…
Глава 2
Из зеркала на меня смотрело чучело, которое я уже видела, проходя мимо прихожей. Потёкшая тушь, размазанные остатки помады и гнездо на голове. М-да… Красавица, жених, наверное, в восторге был. От воспоминания какими глазами смотрел на меня тот парень на троне, нервно захихикала. «Не всё коту Масленица, будет и Великий пост» — в памяти всплыла с детства знакомая пословица и смех усилился.
Смывать водой косплей панды пришлось долго, но я справилась. И вот на меня уже смотрит не чучундра, а вполне себе милая, розовощёкая, с красными глазами вампира от попыток смыть тушь без пенки, девица.
— Красавица! — сказала вслух своему отражению, так как тишина меня немного пугала. — Хоть сейчас под венец
