напугана поведением того, кого считала единственным другом, не стала плакать в ожидании, что он одумается. Она пихнула его ногой, вскочила с кровати и бросилась к выходу, но Люсьен успел схватить ее за локоть, потянул к себе, но девушка упиралась, этот яростный отпор ошеломил горе-любовника и он выпустил жертву из рук. Миниатюрная принцесса от неожиданности потеряла равновесие и упала прямо на угол стола, а затем рухнула на пол.
Люсьен, тяжело дыша, с ужасом наблюдал как из рваной раны на виске принцессы, пульсируя, течет кровь. Губы и лицо девушки быстро побледнели. И как ни старался парень, привести ее в себя не получалось.
— Черт! Я ее убил! Отец меня выпорет! А если кто-то узнает, то меня и вовсе казнят, — схватился за голову соблазнитель-неудачник, — Какая же она дура! И чего сопротивлялась. Лежала бы тихонечко на кровати, пока я дело свое делал, потом бы поженились. Я бы ее иногда навещал, чтобы не скучала… Что же теперь делать?
Лужа крови под головой принцессы становилась все больше, безнадежно испортив ковер.
— Ковер! Точно! — обрадовался Люсьен.
Замотав тело принцессы в ковер и кое-как перевязав его разодранной простыней, парень выглянул в окно. Оно выходило на боковой забор. Преступник, заметающий следы, выскочил наружу, нашел свободного крестьянина и уговорил его подогнать в этот тихий проулок лошадь с пустой телегой. На дне телеги еще было немного соломы, прихваченной для лошади, остальное добро фермер удачно продал на столичной ярмарке.
Люсьен вернулся в номер и выкинул принцессу прямо в телегу. Кулек из ковра с глухим шлепком шмякнулся в солому, и вознице пришлось успокоить лошадь, которую растревожил этот звук. Люсьен попросил подкинуть его к городской стене у западных ворот. Те ворота в последнее время всегда были закрыты, именно от них шла дорога в Горению. Король опасался внезапного нападения в ответ на его неудачный поход против замкнутых соседей.
Люсьен волоком затащил тело принцессы на крепостную стену. Хорошо уже стемнело, и караул мирно дремал в башне. Никто не видел, как парень скинул объемный кулек вниз. Тот с тихим всплеском упал прямо в мелкую речку, что протекала вдоль города, создавая естественную защиту от внезапных набегов. Люсьен с облегчением выдохнул и бросился бежать к розовощекой прелестнице. После таких душевных потрясений ему нужно было отвлечься. Он решил, что даже отцу ни за что не признается, что убил принцессу. Впрочем, она сама виновата!
Глава 1. Вторжение
Богиня заглядывала прямо в душу, а в ее глазах было столько любви и нежности, что хотелось утонуть в них, но что-то щекотно терлось о щеку. Прекрасное видение начало растворяться в боли, и мне пришлось открыть глаза. Прямо надо мной висел бледно-желтый блин луны, и чернело ночное небо.
«Где я?» — с трудом соображая, подумала и вздрогнула, потому что на меня уставился огромный серый кот. Нет, даже не так, в лунном свете он казался серебряным. И его внимательные серые глаза сверкали мистическим блеском. Кот разглядывал меня с таким же интересом, как и я его.
Не знаю, сколько бы мы еще играли в гляделки, но у меня заныли спина и ягодицы, про голову вообще молчу. Ощущения были, будто из меня готовили отбивную. Попыталась сесть, но смогла лишь приподнять руку. Голова закружилась, стало дурно, и я снова закрыла глаза. Тошнота тут же отступила.
Неожиданно я почувствовала, как шершавый язык лижет мне висок, старательно и методично. Вообще, кошачий язык не очень приятно чувствовать на коже. Но от прикосновений этого дикого кота мне становилось легче, отступала боль и появлялись силы.
«Может, он хочет меня сожрать?» — вдруг подумалось мне. Но я прогнала эту мысль. Все равно сделать что-то сейчас у меня не хватит сил, а чего тогда зря беспокоиться?
Не знаю, сколько я так провалялась. Да и где я валялась наедине с моим усатым и пушистым спасителем? Кажется, я снова задремала. Проснулась оттого, что холодный, мокрый нос тычется мне в шею.
— Эй, киса! Щекотно! — захихикала я и села. Кот мурлыкнул. Хотя это больше напоминало рычание.
Я протянула руку к его широкому лбу с интересным узором на шерсти и погладила. Судя по удивленному взгляду животного, он никак не ожидал от меня такой фамильярности.
— Ты спас меня, малыш! Спасибо! — улыбнулась я своему странному лекарю. С малышом я, конечно, погорячилась… И тут меня накрыли воспоминания. Люсьен, его грубость и настойчивость. Я запоздало испугалась. До меня дошло, что все его поступки были обманом, он специально заманил меня в ту таверну.
«Неужели хотел надругаться? — не веря очевидному, подумала я, — А что, если он осуществил свой план, пока я была без сознания?!»
В панике осмотрела себя. Руки были в синяках, грудь все еще обнажена. Но дискомфорта или боли в том самом месте не было. Судорожно натянув на плечи рубашку, я осмотрелась. Ноги были замотаны в грязный ковер, мокрый насквозь, как и мое платье. Рядом валялись обрывки простыни и ковра. Неужели котик смог вот так разодрать ковер? Какого же размера у него когти? Сидела я на берегу речушки, что протекала мимо моего родного города, столицы Цветинии.
— Этот подонок выкинул меня из города! — ошарашенно прошептала я. — Но зачем?
Кот с интересом склонил голову набок.
— Видимо, он решил, что убил меня, и в панике избавился от трупа. Негодяй! Как я могла только подумать, что влюблена в него? — бормотала я себе под нос, вызволяя из плена свои ноги, — Отец говорил мне, что верить никому нельзя. Все они притворяются. Кто-то хочет разбогатеть, кто-то хочет власти. Всем от нас что-то нужно! А я не верила. Думала, Люсьен не такой. А он еще хуже! Хотел вынудить отца отдать меня ему в жены! Я принцесса и выйду замуж по расчету! Ради процветания родного королевства.
Я шла к крепостной стене, и сама не замечала, что разговариваю с котом, который трусил рядом, нервно дергал хвостом из стороны в сторону и время от времени рычал. Возможно, он отгонял каких-то хищников. Рядом с ним мне было спокойно.
— Знаешь, котик, я раньше переживала, что мне, как принцессе, не суждено выйти замуж по любви. А теперь вижу, какой глупой и наивной я была. Нет никакой любви! Пойдем со мной? Я позабочусь о тебе… — позвала я своего спасителя, потому что как раз подошла к тайному ходу в город. Я все свое детство изучала дворец и крепость, поэтому
