все ходы и выходы были мне известны. Надавив на один из множества камней в кладке стены, я заставила решетку канализации бесшумно отъехать в сторону. Проход открылся, был он узким, мне предстояло проделать путь в пару километров вприсядку, но зато я выйду прямо во дворе дворца.
Погладив кота по голове, я еще раз позвала:
— Пойдем со мной, кис-кис-кис!
Но кот сел возле входа и, нетерпеливо махнув хвостом, отвернулся от меня.
— Никому я не нужна, даже тебе, — вздохнула, прекрасно поняв кошачий намек. Мой спаситель рыкнул, как бы возражая, но так и не взглянул на меня.
Вздохнув, я полезла по проходу домой. Я помнила, что упала и ударилась об угол стола, помнила, как засверкали искры в глазах и острая боль резанула сначала по голове, а потом и по сердцу, но сейчас, согнувшись в три погибели, я двигалась бодро и легко.
— Как же мне повезло, что этот чудо-кот меня вытащил на берег и вылечил. За что мне такое счастье?
Какими же глупыми мне показались эти слова буквально через несколько часов.
Я никем не замеченная добралась до своей комнаты. Приняла горячую ванну, смывая липкое чувство предательства.
— Нати, сделай мне прическу, — попросила я свою личную служанку. Она была мне ровесница и сколько я себя помню, всегда была рядом. Милая, скромная девушка, сирота. Мой отец был добрым королем, он организовал несколько сиротских домов по всей стране, и часто приезжал туда с проверками. Если ему нужны были слуги, он обращался именно к воспитанникам этих домов, они были благодарны ему за хлеб и кров, преданнее людей сложно найти, а научить можно всему, было бы желание учиться!
Нати улыбнулась мне и принялась расчесывать мои светлые, почти белые локоны.
— Ваше Высочество, откуда у вас на виске этот шрам? Еще вчера его не было! — удивилась девушка.
— Отлежала, наверно, — отмахнулась я, а про себя подумала: «Какая она глазастая! И какой все-таки волшебный кот мне попался…»
Когда у меня на затылке красовалась идеальная кичка, и я выбирала между темно-синим и коричневым платьями, в мою комнату влетел начальник стражи и потребовал:
— Принцесса! Вам нужно срочно покинуть замок. На нас напали!
Сильный мужчина, закованный в прочные латы и с гигантским мечом в крепкой руке, выглядел испуганным. У меня не возникло и тени сомнений в его словах. Я схватила первое попавшееся платье и с криком «Я сейчас…» побежала одеваться. Нати помогала мне как могла, но у нее так тряслись руки, что она скорее мешала.
— Сэр Уолт, а кто на нас напал?
— Горенцы! Они каким-то образом проведали про наши тайные ходы и ворвались прямо на двор замка. Нам нужно торопиться, пути отступления могут быть перекрыты. Ваш отец сейчас со всем дворцовым гарнизоном сражается с ними в районе парадных залов. Он просил меня позаботиться о вас…
Сэр Уолт говорил на бегу, а я, услышав про тайный ход, замерла как вкопанная.
«Неужели это я?! Я навела врага на тайный ход. Они видели меня ночью, поняли, что по тайному проходу можно пробраться в город, и воспользовались эффектом неожиданности для победы над нами», — едва сдерживая рыдания, обдумывала я слова начальника стражи. И это промедление спасло мне жизнь. Потому что господин Уолт продолжил бежать по коридору и, завернув за угол, наткнулся на меч. Я увидела, как его пронзила острая сталь, и красная кровь обильными каплями заструилась на каменный пол.
«Еще миг, и враг выйдет из-за угла, и мне конец», — запаниковала я, крепко сжав руку Нати, все это время верно бегущей со мной рядом. И тут она проявила чудеса хладнокровия, потому что затолкала меня в нишу у опорной колонны за гобелен. Еще и рот мне зажала.
— Замок зачищен. Стражи не осталось. Наши караульные заняли свои места. Нужно доложить повелителю. Харн будет доволен. Мы быстро управились, — услышала я низкий мужской голос и лязг металла.
Мимо прошли двое, а может, и трое мужчин. Эхо их шагов стихло, а мы с Нати все еще стояли, прижавшись к стене и боясь шелохнуться. Но рука служанки мешала мне дышать, и я слегка отклонила голову, давая ей понять, что пора меня отпустить. Она оказалась действительно сообразительной девушкой и тут же отступила от меня на шаг, отвесив низкий поклон.
— Простите, Ваше Высочество…
— Перестань извиняться. Ты только что спасла мне жизнь. Что же нам теперь делать?
— Нужно бежать из дворца! — решительно заявила Нати.
— Я не могу бросить отца, — возразила я и посмотрела в сторону парадных залов. Сейчас оттуда отчетливо слышались крики и шум.
— Мы слабые девушки. На войне мужчины рискуют только жизнью, а мы еще и честью. Оказаться в лапах врага — участь куда страшнее смерти, — очень убедительно и искренне заявила Нати, будто знала, о чем говорит.
Я чуть было не смалодушничала, но вспомнила теплые, искрящиеся любовью глаза папы и решительно шагнула в ту самую нишу, где мы прятались минуту назад. Там нажала на нужный камень, зашуршал хорошо смазанный механизм, и в стене появился узкий проем.
— Я не оставлю отца. Вдруг в моих силах будет его спасти!
Не раздумывая, нырнула в мрачный тайный ход, и только когда дверь за мной закрылась, поняла, что не одна здесь.
— Я пойду с вами, Ваше Высочество, — прошептала рядом Нати, — Вы всегда были добры ко мне. Я в долгу перед вашей семьей!
Мы шли как мышки, с каждым шагом звуки борьбы становились все громче, лязг мечей все пронзительнее, а крики боли — отчаяннее. Неожиданно все стихло. Я тоже замерла, в страхе прислушиваясь.
«Неужели все наши умерли?» — подумала с ужасом и зажала себе рот, чтобы сдержать рыдания.
Нужно было узнать точно, что за этой тишиной кроется. И я пошла в тронный зал. Именно в нем объявлялись главные решения для королевства, и я надеялась, что даже завоевателям будет удобно в этом просторном и торжественном месте. Ведь именно там были спрятаны щели для глаз в одной из картин на стене за королевским троном.
Когда мы дошли до нужного места, у меня уже тряслись коленки от беспокойства. В зале кто-то был, низкий гул голосов был хорошо слышен, но слов я не могла разобрать. Заглянув в отверстия, я с облегчением выдохнула. Отец сидел на троне. Я видела только его макушку без короны, но все-таки он был жив. Это уже стало огромным облегчением. Рядом толпились горенцы, все они были как на подбор высокими, мощными мужиками. На них были черные кожаные штаны и
