Он похоронил сына больше года назад, в октябре шестьдесят восьмого, когда получил из «Беллоны» официальное извещение о смерти Матвея. Тело старшего лейтенанта Гумилева не нашли, обряд проводили, что называется, «заочно». В орбитальном храме Святого Николая-чудотворца прошла церемония отпевания, и родовое кладбище Гумилевых на Луне пополнилось скромным обелиском из черного лабрадорита.
Горе придавило Степана Николаевича, точно чугунная плита. Все валилось из рук, мысли путались, перед глазами стоял туман. Бессонными ночами он смотрел на звезды и представлял сына в боевой рубке корвета «Скорпион». Представлял — и не мог до конца поверить, что Матвея больше нет.
Чтобы как-то избавиться от депрессии, Гумилев-старший прошел курс психореабилитации и с головой погрузился в работу, благо ее хватало. Но мотаясь по Венере, совершая как минимум трижды в день перелеты с орбиты на поверхность планеты и обратно, он все равно не мог перестать думать о Матвее. Что-то, невыразимое в словах, подсказывало ему: сын жив. И тогда Степан Николаевич вызвал начальника Службы безопасности корпорации «Кольцо» и отдал приказ начать поиски.
— Теперь у нас уже нет сомнений, что приговоренный к казни Максим Верховцев и Матвей — одно и тоже лицо, — закончил свой рассказ Степан Николаевич. — Так что ты можешь гордиться собой: тебе удалось то, чего не сумел, точнее, не успел сделать я.
— Спасти Матвея? — уточнила Анна.
— Именно. Мои люди слишком поздно добрались до Марса и не успели помешать казни. А ты — успела. Спасибо.
— И вам спасибо…
— Мне-то за что?
— Ну, что не сдались… — Анна смешалась, сделала еще глоток из бокала и с надеждой спросила: — А вы знаете, где он теперь?
Гумилев помрачнел.
— Сложный вопрос. И однозначного ответа на него у меня нет. Мы примерно представляем, где находится сейчас Максим Верховцев. Но это, как ты сама убедилась, не Матвей, а всего лишь физическая оболочка, в которой живет личность Верховцева. Где личность Матвея — мы пока не знаем.
— А где… оболочка? Ну, я хотела сказать — Верховцев?
— Наши агенты, внедренные в ряды этих так называемых «звездных борцов», сообщают, что Верховцев ныне занимает едва ли не лидерские позиции в верхушке экстремистов. Что-то они там такое замышляют… К сожалению, самого лучшего «крота» мы потеряли — их контрразведка тоже не дремлет. В общем, пока вот так.
— А нельзя как-то ускорить… ну, все это? — спросила Анна.
— Поверь, девочка, — Гумилев прижал руку к груди, сминая накрахмаленную салфетку. — Поверь, мы делаем все возможное. Матвей стал главным фигурантом какой-то очень сложной игры, и мы еще не до конца выяснили, кто тут диктует правила… Там открылось такое! Похоже, если копнуть всерьез, аукнется всему человечеству…
— Матвея в это втянули! — твердо сказала Петровская. — Он не виноват.
— Возможно… А на счет вины, — Степан Николаевич задумчиво побарабанил пальцами по белоснежной скатерти. — Скорее всего, то, что им не удалось сделать с тобой — я имею в виду внедрение суррогатной личности — получилось с Матвеем.
— Но его можно вернуть? Сделать прежним, нормальным?
— Два научных отдела нашей корпорации работают над этой проблемой, — без оптимизма в голосе произнес Гумилев.
У Анны, чутко уловившей смену тона, задрожали губы.
— И результат обязательно, слышишь, обязательно будет! — твердо, но чуть поспешно заверил ее Гумилев.
Девушка промолчала, наклонила голову. Слезы закапали в бокал с «Игристым месяцем» — лучшим вином Лунной Ривьеры.
— Ну, ну, девочка! — Степан Николаевич поднялся, обошел стол и погладил Анну по волосам. — Не надо плакать. Мы вернем его. Обещаю! Кстати, тебе неплохо было бы посетить наш медицинский отсек.
Подняв заплаканное лицо, Петровская покачала головой.
— Ни к чему, Степан Николаевич. Я как бы здорова…
— Вот именно что «как бы». Все, без разговоров! — по-отечески твердо, но заботливо сказал Гумилев. — Ты столько пережила. Не волнуйся, у нас очень квалифицированные специалисты…
В этот момент зазвучал тревожный зуммер и на гигантском обзорном экране, установленном под потолком зала приемов, возникло взволнованное лицо диктора новостного канала «Солнечный».
— Передаем экстренное сообщение! Только что стало известно о взрыве на борту водного дредноута «Австралия», входящего в единую систему противокосмической обороны Луны. Поступающие данные противоречивы, но речь идет о десятках погибших. Следите за нашими выпусками, канал переходит на режим новостного вещания нон-стоп…
Эпизод 2
«Надежда»
Орбита Венеры, станция «Амур», штаб-квартира корпорации «Кольцо», борт корабля «Надежда»
Обнаженная, Анна лежала на диагностическом подиуме медицинского отсека станции. Сияли лампы, помигивали огоньки приборов, по экранчикам ползли разноцветные кривые. Дежурный врач, немолодая уже женщина с чудным именем Ефросинья Северьяновна, хмурила подведенные бровки и печально качала головой, считывая информацию. Повинуясь ее команде, серебристый металлический осьминог медкомплекса забрался Петровской на грудь, и девушка почувствовала, как тончайшие иглы инъекторов вонзаются в кожу.
— Я прописала вам витамины и курс транквилизаторов, — сказала женщина. — Можете одеваться. И еще… Милочка, вам надо отвлечься. Побольше положительных эмоций, понимаете? И здоровый, продолжительный сон.
Анна в ответ мрачно усмехнулась, натягивая блузку.
У дверей медицинского отсека их ждал Гумилев. Ефросинья Северьяновна взяла его под локоть, отвела в сторону.
— У девушки сильное нервное расстройство, осложненное психической травмой неясного происхождения, — негромко сказала она Степану Николаевичу.
— Что вы рекомендуете?
— Я уже сказала ей: положительные эмоции, новые, но обязательно позитивные впечатления, побольше спать. Вообще я бы посоветовала отправить ее на курорт, на Лунную Ривьеру. Месяц, а то и два, солнца, моря, свежего воздуха…
— Увы, — Гумилев вздохнул. — Это исключено. Там сейчас такое…
— Да, я слышала, — кивнула врач. — Эти ужасные пираты обнаглели настолько, что отважились совершить налет на Луноград. Надеюсь, их уже поймали?
Гумилев снова вздохнул. Он только что получил сообщение, что «ужасных пиратов» возглавляет его собственный сын, и что, похоже, «Армия пробуждения» совершила отнюдь не налет. Говорить об этом Анне президент корпорации «Кольцо» не стал, а врачу ответил:
— Информация противоречива. Следите за новостями. Всего хорошего.
— И не оставляйте ее одну! — сказала в спину Гумилеву Ефросинья Северьяновна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
