Среди Надиных знакомых были всякие. Сегодня они собрались в своём любимом баре, чтобы отметить начало нового семестра, поделиться друг с другом историями про летние каникулы и подумать о планах на будущее. Лора отказалась пойти, сославшись на какие-то дела.
— Я в этом году возьмусь за ум и буду посещать все занятия, — клятвенно пообещала Аня — студентка из Украины, которая уже второй год никак не могла продвинуться дальше элементарного уровня в изучении китайского.
— Ой, да ладно, — засмеялась Надя. — Значит, прощай карьера модели и большие заработки?
— Надь, ну ты как всегда в меня не веришь, — обиделась Аня.
Ещё в первый год пребывания в Китае девушке предложили подработать моделью. Работа эта для студентов-иностранцев была нелегальная, но платили за неё прилично. Китайцы любили, чтобы их фирму на рекламе или подиуме представляло «белое лицо». В этом был свой шик и статус. Условия работы для нелегальных моделей были ужасными, часто их гоняла миграционная полиция, штрафовали и даже депортировали, но мало кого это останавливало. Многим девушкам, которые в своей стране, никогда бы не смогли пробиться в модельный бизнес, в Китае везло, и работодатели расхватывали их, как горячие пирожки. Аня была одной из таких.
— Ань, ты сама прекрасно знаешь, что для учебы ты не создана.
— Да уж, но не могу же я вечно учиться на языковых курсах. Меня скоро и из универа попрут.
— Поступишь в другой, — улыбнулась Надя.
Тут в разговор вмешался Дамир — ещё один студент из России:
— Девочки, хорош грузиться. Мы пришли отмечать начало учебного года! А что это значит? Правильно! Никаких разговоров об учебе.
— Давайте ещё по коктейлю и споём в караоке, — предложил кто-то из присутствующих.
Когда принесли коктейли, Дамир сказал:
— Пьём залпом до дна. Чей бокал последним окажется на столе, тот идёт петь!
Последней оказалась Надя. Заглатывать алкоголь, как змея, огромными порциями девушка была не мастак. Зато она умела и любила петь.
В отличие от традиционных китайских караоке, где каждая компания уединялась в отдельной комнате, в этом баре пели во всеуслышание. Хозяин заведения любил, когда иностранцы добирались до микрофона, ведь это привлекало и китайских клиентов, любивших поглазеть на заморские лица. Однако он был не из тех наглых продуманных бизнесменов, который, притворяясь «хорошим другом», пытался эксплуатировать иностранных студентов, при их помощи рекламируя своё заведение. Это было ещё одним плюсом, позволившим Наде и ее друзьям полюбить «Счастливые времена».
Девушка наконец-то оказалась у микрофона и решила спеть одну из своих любимых песен Эллы Хэндерсон «Yours». Мотив был простой, а потому ей не составило труда подыграть себе на синтезаторе, которым она неплохо владела. Слова песни проникали в самую душу и настраивали на романтический лад.
Когда Надя пела последний куплет, вдруг в толпе она выловила внимательный взгляд того самого мужчины, который вызвал в ней бурю негодования пару недель назад. На мгновение их взгляды встретились. Девушка опешила и даже слегка сбилась с ритма. Вот уж не думала увидеть здесь этого нахала снова!
Допев песню и сорвав немало аплодисментов, Надя вручила микрофон диджею и начала прокладывать путь в толпе, окружившей сцену. Сегодня желающих послушать или что-нибудь исполнить было чрезмерно много.
Вдруг девушку кто-то схватил за локоть.
— Надия, привет! — прокричал ей на ухо владелец бара, произнося ее имя на китайский манер. — Сто лет не виделись.
— Джан Вэй, рада встрече, — улыбнулась Надя в ответ.
Они были знакомы уже почти 3 года, и Джан Вэй ей искренне нравился. Он был относительно молод, лет тридцати, хотя выглядел гораздо старше. Излишние возлияния и сигареты брали своё. Он был ненавязчив, но всячески поощрял ребят посещать его бар, делая им большие скидки и иногда угощая бесплатной выпивкой. Так уж повелось, что все свои сабантуи они отмечали в заведении Джана Вэя и были с ним на короткой ноге.
— Слушай, Надия, хочу тебя познакомить с одним своим старинным приятелем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ой, ну нет, не стоит, — закатила глаза девушка.
У Джана Вэя было много знакомых, которые просили его, как владельца бара, познакомить их с иностранцами. Джан Вэй редко соглашался, понимая, что тем самым он нарушит границы, а чрезмерная навязчивость просто-напросто отвадит от «Счастливых времён» студентов, приходивших сюда расслабиться в своей компании и не желавших заводить сомнительные знакомства. Тем не менее некоторые из друзей хозяина бара были весьма настойчивы, и иногда он уступал.
— Да нет, Надия, он хороший парень. Просто ему очень понравилось, как ты пела.
— Ага, и сейчас он начнёт мне заливать про то, что он музыкальный продюсер.
Джан Вэй засмеялся.
— Нет, он совсем не такой. Просто познакомимся, выпьем вместе, поболтаем. Расскажешь, как лето прошло.
— Окей, — сдалась Надя. — Но ненадолго, меня ребята ждут.
— А мы их тоже потом позовём.
— Мне кажется, их уже не дозовешься. Дамира вообще пора скоро будет уносить.
Джан Вэй снова рассмеялся. Дамира знали все. Он жил в Даляне лет пять, отлично говорил по-китайски, но при этом почти не появлялся в университете. Язык он выучил благодаря вечным тусовкам и куче китайских друзей.
Тем временем Джан Вэй подвёл Надю к столику, за которым и сидел его друг.
— Надия, знакомься. Это Джейк Ли.
— Ты? — опешила девушка. Джейк оказался не кем иным, как давешним знакомцем Нади.
— Вы что знакомы? — непонимающе уставился на них Джан Вэй.
— Мы встретились здесь пару недель назад, но не успели толком познакомиться, — усмехнулся Джейк. — Хотя очень хотели.
— Вот и отлично, — снова заулыбался Джан Вэй. — Сейчас принесу нам выпить. Надия, тебе чего?
«Мне бы, пистолет, чтобы застрелить этого самодовольного ублюдка», — подумала девушка, однако вслух произнесла:
— «Маргариту».
— Отлично, вы пока поболтайте, я скоро вернусь.
Джан Вэй ушёл, и Надя почувствовала, что готова убить и его тоже, за то, что оставил ее наедине с этим Джейком Ли. Ей снова захотелось сбежать, но он наверняка только бы посмеялся над ней. А потому она села за столик напротив Джейка. Он снова окинул девушку оценивающим взглядом. На ней было простое чёрное платье с расклешенной юбкой и неглубоким круглым вырезом на груди. В Китае девушки никогда не носили одежду с глубоким декольте. Даже в XXI веке это считалось некрасивым и неприличным. Она ждала, что мужчина напротив, этот хамоватый тип, что-нибудь брякнет по поводу ее внешнего вида, но ошиблась.
— Ты классно поёшь, — нарушил тишину Джейк.
— Только не говори, что все это я снова подстроила, чтобы тебя заарканить.
— Некоторые девушки весьма изобретательны, — засмеялся Джейк.
Смех у него был на удивление приятным. Это взбесило Надю ещё больше.
— И по-китайски ты классно говоришь, почти как китайцы.
— А ты неплохо говоришь по-английски. Для китайца.
Джейк снова рассмеялся:
— А ты остра на язычок.
На английском они общались в прошлую встречу, а сегодня перешли на китайский, что Джейка весьма приятно удивило. Он никогда не встречал иностранцев, столь бегло говорящих на его родном языке, почти без акцента.
— Ты специально попросил Джана Вэя нас познакомить? Зачем?
Он не успел ответить, так как к их столику поспешно вернулся Джан Вэй, принеся Наде «маргариту» и виски для себя и Джейка.
— Ребята, давайте быстренько выпьем за знакомство и я побегу дальше. Гостей сегодня много, нужно со всеми поздороваться.
Они чокнулись. Джан Вэй залпом выпил свой виски, Джейк лишь пригубил. Надя сделала вид, что тоже выпила. Пить ей сегодня больше не хотелось, особенно в присутствии этого заносчивого человека.
— Ну, я побежал. Я ещё обязательно к вам подойду.
Джан Вэй снова их оставил, и Надя подозревала, что нарочно. Вот уж не ожидала от него такого предательства. Она подумала, что и ей пора сматывать удочки.
