носу с личем. Выбеленный череп казался отполированным, зубы заменены на драгоценные камни, в глазницах сияет фиолетовое пламя. Фиолетовый кристалл в груди скелета пульсировал распространяя некротику по округе.
Лич скрежеща зубами осмотрелся по сторонам выставив перед собой посох словно пытался им защититься. Но ничего не было видно. Вокруг только чёрный дым, отделяющий нас от внешнего мира.
— Ты в моих владениях смертный. Тебе конец. — Прошипел лич и судя по всему удивился, так как не услышал ни единого голоса, который подхватил бы его слова. — Убейте его! — Громогласно завопил он и ничего не произошло.
— Я вижу ты до сих пор не понял что случилось. Давай ка я тебе объясню. — Усмехнулся я. — А лучше покажу. Клювик, убери, пожалуйста, эти облака. — Попросил я и тут же услышал пронзительный крик коршуна.
Клювик спикировал с небес и завис в десяти метрах от земли. Мощные крылья рубанули по воздуху создав волну ветра, которая отбросила дымку на десятки метров назад. Из дыма показалось войско лича. Мертвяки безучастно смотрели на своего господина, а по их телам расползлись тонкие лозы, контролирующие каждое их движение.
— Убейте его! — Заверещал лич срывая глотку, но армия мёртвых не двинулась с места.
— Увы, теперь я король мёртвых, а не ты. — Хищно оскалившись, я развернул Михалыча и поехал в обратную сторону.
Мертвяки сомкнулись за моей спиной плотным строем, и неспешно двинули к своему создателю.
— Именем Морены, богини мёртвых заклинаю вас! Разорвите этот кусок мяса в клочья! — Лич потянулся к некротике, зачерпнув её без меры, но чёрная волна прошла через меня не причинив никакого вреда. Не зря же я украл у Никодима Евграфовича гримуар? Там было много защитных заклинаний.
Нанести второй удар, личу я уже не позволил. Гремя костями, армия мёртвых захлестнула бывшего короля. Трупы кололи его мечами, рубили, пытались вырвать посох из рук и мерзко шипели.
Лич разбрасывал своё войско как будто оно было слеплено из песка. Удар! И в воздух полетели десятки переломанных костяков. Ещё удар! Пылью осыпаются пять магов смерти. Да, лич по-прежнему силён. Красавец мужчина… Хммм. Или женщина? Увы я не смыслю в половой принадлежности костей.
Вернувшись к подножью Иггдрасиля, я отозвал Михалыча и облокотился спиной на ствол мирового древа. Зелёные ветви коснулись моего лица, и я позволил другу увидеть всё пережитое мной за время пока мы не виделись.
Иггдрасиль вздрагивал, отдёргивал ветви не веря что он мог превратиться в Игдру пожирателя всего живого. Но после продолжал смотреть воспоминания. Я же наслаждался зрелищем развернувшимся прямо перед глазами.
Мертвечина зараженная спорами грибов полностью подчинилась моей воле и больше не откликалась на зов своего создателя. Вместо этого трупы неумолимо набрасывались на лича. Молотили по его морде стальными клинками оставляя выщербины на черепе, булавами выбивали драгоценные зубы, перчатками ломали лицевые кости.
Один из рыцарей смерти разогнавшись до предела, снёс лича и протащил десяток метров по земле. Когда лич собирался подняться, сверху на него наступил костяной дракон на шее которого сидел мой учитель. После такого удара любой бы скелет превратился в труху. Увы противник оказался не из простых и тварь, которая в будущем могла стать Игдрой, всё продолжала вставать раз за разом.
Фиолетовый барьер с треском появился отбросив дракона назад, а вместе с этим он расщепил все кости которые его коснулись. Лич спрятался за магическим куполом переводя дух. Наивный. Думаешь сможешь долго прятаться от своего же войска?
— Эй! Костлявый! Ты не бойся, выходи. Твои ребятки просто хотят поговорить. Бить если и будут, то только сильно! — Выкрикнул я забросив руки за голову.
Зашипев, лич рванул ко мне расщепляя защитным полем всех встреченных на пути мертвяков. Вот только бежать ему было далековато. Фиолетовый барьер касался столпившихся мертвяков, заставляя их тела рассыпаться в прах. Но трупов было огромное множество. Умирали тысячи, на их место приходили сотни тысяч.
Да, не удивительно что этот выродок сумел уничтожить Руиндар. Магия смерти страшная сила. Ладно. Хватит этих игр. Я потянулся к мане и заставил прорости лозы из тел скелетов стоявших ближе всего к личу.
Лозы зарылись под землю и сделав подкоп под защитный барьер, костлявого вынырнули обвив его ноги. В следующую секунду случилось два события. Одна лоза потянула лича за ноги под землю, а вторая вырвала у него посох, заставив барьер исчезнуть.
Костяшку протащило под землёй и по огромной дуге размазало о землю. Я надеялся что от такого удара он потеряет все зубы. Но он оказался крепче чем, казался. Пришлось призвать дубовые листья. Божественный дар возник перед моим носом и с жужжанием рванул к личу.
Пока листья летели, я использовал артефакт Зуброва, попутно наложил усиление Урфина. Листья даже не встретили сопротивления, когда врезались в тело лича. Руки, ноги и голова, улетели в разные стороны, а я подхватил падающее туловище лозой и подтащил к себе.
В груди лича пульсировал кристалл источая фиолетовое свечение. Кристалл в котором скрывалась жизнь костяшки. Насколько помню этот камень называется филактерий. В нём некроманты заточают свою душу, чтобы стать бессмертным. Занятная штука, но если её не разрушить, этот выродок не подохнет и будет вечно возрождаться.
Потянувшись к хранилищу, я призвал меч света. Яркое свечение озарило всё вокруг, а Иггдрасиль отдёрнул ветви чтобы мне не мешать. Без замаха ткнул клинком в кристалл. Сталь звякнула о камень, но на нём не осталось ни царапины. Ну и ладно. Попробуем приложить немного больше силы.
Использовал покров маны, усиление Урфина и артефакт Зуброва на себе. Мощь заструилась по моему телу давая чувство, что в такой форме я способен расколоть пополам даже само мироздание. Лич тоже это почувствовал. Из далека донёсся его шипящий голос:
— Пощади! Я уйду. Навсегда оставлю Руиндар в покое… — Взмолился он, но я его перебил.
— В покое? Так ведь ты и упокоил в моём мире каждое живое существо. Настало время и тебе узнать что значит покой.
Оскалившись, я размахнулся и нанёс колющий удар в центр кристалла. По нему побежала сетка трещин, которые с каждой секундой становились всё больше. Из проломов хлынул фиолетовый свет заполняя собой всё вокруг.
— Не-е-ет! Будь ты…
Что там я будь, я так и не узнал. Камень взорвался на тысячи осколков, оставив после себя одну вещицу. Вещицу увидев которую я истерично захохотал.
— Да иди ты! Не может быть. Ну что я могу сказать? Видимо это судьба и мы снова должны были встретиться.
Нагнувшись, я поднял с земли чёрное пульсирующее сердце. Оно было похоже
