об оставленной вахте.
— Я тут подумал… Такой диковинки у меня на корабле еще не бывало, мы ее себе оставим. Ты девчонку вытащил, тебе за нее и отвечать.
Байл облегченно вздохнул и закивал головой. Отдавать младенца в приют была не самая хорошая идея, да и семью, где будут рады странному ребенку, найти сложно. Разве что к волшебникам обратиться… Капитан поднял на него глаза, внимательно разглядывая. Байл в свою очередь уставился на капитана, его мозг лихорадочно подбирал слова, чтобы высказать Ветру свою идею.
Все же капитан у них был… странный. Команда была уверена, что он умел читать мысли. Был он достаточно молод на вид, бледен лицом и хорош собой, но никто не сомневался, что Северный Ветер куда старше, чем выглядит. Глаза порой выдавали его возраст, становясь глубоким омутом, а порой, в минуты гнева, как например сейчас, светлели до золота, как у волка или дикой кошки.
— Ты что же, решил, что я могу невинное дитя погубить? — вкрадчиво вопросил он.
Когда капитан начинал вот так тянуть слова, переходя на горский говор, ничего хорошего ждать не приходилось.
— Да нет, — пробормотал Байл, поняв, что попался. — Я подумал, что команда недовольна будет… Что вы ее на берег отдадите кому…
— Я же не Кровожадный! Он бы отдал, да… А скорее всего продал бы, да еще аукцион устроил, — кажется, Ветер успокоился. — Так что я тебя частично от вахт освобожу, будешь присматривать за девчонкой. Ты да Моррия — вот и будете отец с матерью.
Капитан коротко хохотнул. По людским меркам Моррия была настолько уродлива, что рады были ей лишь в цирке. Никто не знает, где подобрал ее Северный Ветер, но верна она ему была по-собачьи. Прикажи ей капитан бросится в море — не задумываясь сиганет. Прикажи глотку порвать кому угодно — порвет в тот же миг. На корабле Моррия выполняла женские обязанности — помогала коку, штопала мелкие вещи, немного шила, и самое главное, врачевала многие болезни. Но при этом еще и сильна была неимоверно, и бочки тягала наравне с мужиками, и в драке была страшна. Впрочем, не приведи отсутствующие боги дожить до того дня, когда бабе придется выйти в бой.
Байл, видя, что глаза капитана перестали светиться, решил выразить свою точку зрения на происходящее.
— Позвольте с вами не согласиться, решительно сказал матрос. — Вы не думайте, я за ребенком с радостью присматривать буду, но только я ведь простой мужик, а она — чудо. Это ведь не простое дитя, а крылатое. Ни на одном корабле такого нет, да что там — я и не слышал о крылатых людях, а слышал я многое. Вырастет, летать будет — представляете, какие возможности? Передавать сообщения, наблюдать за противником, да даже сверху сеть накинуть — за такого бойца тот же Кровожадный Морган руку отдал бы. Только у Моргана мозгов на это бы не хватило, он бы девочку в бордель продал, как дочку свою когда-то, тут вы правы, а потом локти бы кусал. Что ни говорите, а малышка — лакомый кусочек. Неизвестно еще, как она в море оказалась. То ли ее так спасти хотели, то ли погубить… А ведь она тоже будет людям уродцем казаться, даже наши матросы ее хотели выкинуть. То-то у нас мбат да кошколюд с корабля поодиночке не уходят. Будь она простым дитенком матроса — ее и обидеть любой сможет, и похитить. А постарше станет — такие как Кровожадный много чего надумать могут. Ей тут статус нужен. Да и учить я ее мало чему могу, я ж даже читать нормально не умею. Так что, капитан, либо вы за нее сами отвечаете, либо уж ничего особенного не ждёте.
Капитан долго молча смотрел на Байла, так что Одноглазый даже начал нервничать, а потом заговорил — медленно, подбирая слова.
— Мистер Трикс, знаете ли вы, почему я взял вас на корабль?
От такого вопроса Байл похолодел. В таком обращении он не видел для себя ничего хорошего, болезненно ощущая свою молодость, кою почитал все же недостатком.
— Никак нет, капитан, — сглотнул он, чувствуя, что слишком зарвался.
— Мистер Трикс… Вы заявились ко мне в секретной бухте, о которой, я полагал, знали лишь избранные, и назвали меня по имени, которое давно людьми было забыто… Я видел лишь глуповатого мальчишку, совсем простачка, салагу, но у этого салаги было досье на каждого известного пирата наших краев едва ли не до численности команды и количества монет у них в карманах… сколько вам было, 16? Я принял вас на корабль, потому что у вас большое будущее, Байл. Вы удивительно наблюдательны, и у вас отменный аналитический ум. Вы одним глазом видите больше, чем я двумя. Вы умеете слушать и слышать. Вы умеете разговаривать с людьми. Вы не просто шпион, нет — вы мастер. Вы кукловод. Люди сами идут к вам и рассказывают свои секреты. И в то же время вы — на удивление честный человек. Вы же видите — я не люблю негодяев. В моей команде даже ночной эльф — и тот не таков, как его сородичи. Его душа далеко не так темна, как его кожа. Впрочем, именно поэтому он жив, в отличие от многих его собратьев. Вы еще очень молоды, мистер Трикс, и я рад видеть вас своим… нет, не подчиненным, а товарищем. Я не хотел вам говорить, но я метил вас на место первого помощника. И сейчас вы снова указали мне на мои ошибки. Я устал, я неважно себя чувствую, но это не оправдывает моей глупости.
Байл растеряно хлопал глазами.
— Конечно, вы правы. Девочка будет моей дочерью, и будет воспитываться, как моя дочь. Я дам ей имя, ведь нельзя же ребенку без имени, правда?.. да, пожалуй… пусть будет Тиралиэль. (он криво усмехнулся). В память об одной женщине. Она получит все самое лучшее, и видят боги, пославшие мне ее, я сделаю для нее многое. Тем не менее, Байл, я пока еще капитан, а вы не первый помощник, поэтому извольте приступить к обязанностям няньки, и для начала приведите в порядок ее колыбельку (да, да, ее отправили по волнам прямо в люльке) и ее пеленки, а потом составьте список необходимых для нее вещей. Но, черт побери, откуда взялся крылатый ребенок? Поспрашивай…
* * *
Байл не был бы самим собой, если не смог узнать, откуда взялась девочка, но Северному ветру об этом сообщать не собирался. Он уже привязался к
