Читаем без скачивания Гнилое лето - Алексей Бенедиктов

– Заходите еще.

– Мрачновато у тебя здесь, – заметил старший оперуполномоченный, вставая.

– Так в такой стране и в такое время живем, – ответил судебно-медицинский эксперт.

Знакомство с материалами дела, выезд на место преступления и длительное изучение базы данных по похожим сексуальным преступлениям заняли у сыщиков весь день.

Около семи часов вечера Степанов и Смирнов покинули городское управление внутренних дел на древних «жигулях» – «копейке» Сергея Смирнова, которые молодой опер купил за чисто символическую цену. Машина раскалилась, как печь, и, к тому же подозрительно поскрипывала и дребезжала. В салоне воняло всеми существующими горюче-смазочными материалами.

– Да, Сергей, автомобиль не роскошь, – Степанов не без усилий открыл окно.

– По крайней мере, меня никто в коррупции не упрекнет. В связи с мафией.

– Это точно.

– Дмитрий Владимирович, может, заедем ко мне домой? На свадьбе вы у нас не были, а я давно хочу познакомить вас с супругой.

Степанов с удивлением посмотрел на молодого коллегу:

– Начало недели, вечер трудного дня – не лучшее время для знакомства и посиделок. Почему вдруг возникла эта идея? Отвечать сразу и в глаза смотреть, в глаза…

– Честное слово, это так – экспромтом.

– Сергей, у меня, между прочим, есть семья: жена, дочь. Они, между прочим, меня и так редко видят. Ты хочешь окончательно разрушить ячейку общества?

– Дмитрий Владимирович, вы же утром сами сказали, что ваши сегодня на даче и приедут только завтра.

– Точно запомнил, – Степанов расстегнул вторую пуговицу на рубашке. – Поехали знакомиться. Сейчас ты назовешь любимые цветы своей жены. Я куплю ей соответствующий букет, коробку конфет, бутылочку легкого вина…

– Это будет красиво.

– Кстати, кончаются сигареты, и я почти умираю с голоду и от жажды.

Жена Сергея Смирнова где-то задерживалась, и мужчины сами накрыли стол и расположились на кухне. Сергей достал из холодильника бутылку «Смирновской» и пару тоже охлажденных пузатых стопок.

– В такую погоду пить водку… – Степанов сокрушенно покачал головой. – Молодец, что не только бутылку, но и посуду остудил.

– Стараюсь… – ответил хозяин квартиры, разливая горькую.

– Грибочки самопал? – старший опер подцепил на вилку пару маринованных маслят.

– Обижаете, Дмитрий Владимирович. Осенью с женой все своими руками заготовляли.

– Ну что ж, поддержу отечественного производителя… За своеобразие текущего момента.

Сыщики выпили и закусили с большим аппетитом.

– Мой дед, царство ему небесное, из купеческой семьи был. Так он рассказывал, что до революции 1917 года из горячих закусок, любимая у него была такая: на подогретый сухарик черного хлеба с солью и черным перчиком накладывали теплый вареный мозг из трубчатой говяжьей кости. И подавалось это под ледяную водочку далеко не в последних трактирах и ресторанах, – Степанов промокнул губы салфеткой.

– Умели раньше и выпить, и закусить.

– Наверное.

– До 1917 года в стране хоть какой-то порядок был, – совершенно внезапно выпалил Сергей.

– Не знаю, Сережа, я это время не застал, – старший оперуполномоченный не хотел говорить о политике и решил поменять тему разговора. – Твою жену зовут Людмила, и работает она нотариусом. Да?

– Нотариусом и получает раз в пять больше меня.

– О деньгах тоже не будем… Давай лучше просто примем…

– За тех, кто теряет жизнь, зарабатывая на нее? – Сергею Смирнову очень нравился этот тост, который он впервые услышал от старшего коллеги.

– Люблю, когда меня цитируют, – Степанов кивнул. – Давай выпьем за них…

– То есть за нас? – уточнил Сергей.

– То есть за нас, – подтвердил автор тоста.

Сыщики чокнулись, приняли по стопке водочки и на несколько минут молча углубились в трапезу. Через открытое окно с улицы доносился звонкий детский смех.

– Главный уверен: это убийство дело рук именно серийного маньяка, – Степанов аккуратно наполнил рюмки. – Говорит: «спинным мозгом чувствую»… Действительно похоже, что такой ублюдок не остановится. Слишком много в нем злости. Очень большая отрицательная энергия. Когда-то он должен ее снова сбросить. Такие типы после первой жертвы во вкус входят.

– Для них это становится, как наркотик.

– Точно, – кивнул старший оперуполномоченный.

– Сейчас основная наша зацепка – необычный удар в сердце.

– Да, только почему-то никто о таком ударе ничего не слышал.

– И еще, Дмитрий Владимирович, мне кажется, надо круг знакомых жертвы тщательно перепроверить. Никаких следов взлома. Женщина сама впустила кого-то из своих.

– Не факт, что преступник оказался в квартире, зайдя через дверь. Этаж-то второй, прямо под окном козырек навеса, окна без решеток были открыты, двор небольшой, тихий.

– Не днем же убийца через окно залез?

– Маловероятно, но полностью исключить такую возможность нельзя… Да и двери, Сергей, открывают иногда не только знакомым.

– Могла по ошибке и чужому открыть, – согласился молодой опер.

– Если так, то ошибка была на все сто процентов – без вариантов.

– Стопроцентная ошибка? Разве бывают пятидесяти или тридцатипроцентные?

– Ошибка в жизни, Сергей, штука не такая уж простая и однозначная. В философском аспекте эта категория, почти как в криминалистике, требует обязательно проанализировать связь между местом, временем и последствиями случившегося.

– Витиевато, Дмитрий Владимирович, – заметил молодой сыщик.

– Иногда именно явная ошибка здесь и сегодня позволит избежать гораздо более серьезную ошибку в другом месте завтра или послезавтра. Давай выпьем, и я объясню в доступной форме, – Степанов положил себе в тарелку салат из помидоров, кусочек буженины и поднял стопку. – За удачу…

– За удачу.

Не спеша и основательно закусив, старший оперуполномоченный продолжил:

– Итак, разъясняю для тугодумов. Допустим, собрался человек в круиз по Средиземному морю, но в день отплытия или перепутал время, или проспал, или забыл дома билет. В общем, красавец белоснежный лайнер ушел в увлекательное плавание без него. Естественно, человек огорчен, удручен, может быть, даже слег с гипертоническим кризом. А через пару дней слышит он сообщение о том, что тот самый красавец лайнер попал в жестокий шторм, или столкнулся с танкером, или подорвался на мине времен второй мировой войны и затонул, а среди пассажиров имеются человеческие жертвы.

– Мрачноватый пример.

– Зато доступный. Кстати, Колумб стал богат и знаменит именно из-за своей ошибки. Он был уверен, что приплывет в Индию, а поплыл совсем в другую сторону и открыл Америку…

Звонок прервал старшего оперуполномоченного.

Прихватив букет цветов, сыщики прошли в прихожую и открыли дверь.

Супруга Сергея Людмила – молодая, симпатичная блондинка с зелеными глазами – приветливо улыбалась и с радостью приняла подаренные ей цветы.

– Люда, мы расположились на кухне, – сказал Сергей. – Ждем не дождемся, когда ты придешь.

Несколько улучшив сервировку стола, хозяйка присоединилась к мужчинам. Сергей достал из холодильника сухое вино.

– Дмитрий Владимирович, Сергей мне так много рассказывал про вас…

В словах женщины прозвучала легкая ирония, и Дмитрий Владимирович Степанов ответил, как бы с искренним удивлением:

– Странно. Мне всегда казалось, что я такой же, как все.

Взгляд хозяйки задержался на почти пустой бутылке «Смирновской»:

– У вас сегодня был трудный день.

– Люда, это вопрос? – спросил Сергей.

– Нет, это констатация факта.

– А как вы об этом догадались? – Степанов вновь изобразил удивление.

– У вас вид усталый, – ответила женщина.

– Какая наблюдательность. Как просто и логично. Людмила, в вас пропадает феноменальный оперативник… – Степанов налил даме вина. – Давайте выпьем за знакомство, за встречу. Когда-то очень-очень давно, когда мне было столько же, сколько вам сейчас…

В комнате зазвонил телефон.

– Извините… – хозяйка дома встала из-за стола и вышла в коридор.

– Если звонит кто-нибудь из ее подруг, то их беседа растянется, как минимум на полчаса, – Сергей развел руками.

– Не сказал бы, что твоя супруга в восторге от нашего застолья.

– Просто она еще не… – Сергей довольно долго подбирал слово и наконец нашел его. – Еще не раскрепостилась.

Степанов достал пачку сигарет, подошел к окну, закурил:

– В отпуск хочу… Нам бы это дело раскрутить.

– Если б у нас в свидетелях оказалась оставшаяся в живых женщина, на которую маньяк напал…

– И она бы обладала отличной зрительной памятью, чтоб мы могли составить его идеальный фоторобот, или еще лучше, он бы на месте преступления свой паспорт потерял, – Степанов грустно улыбнулся. – Увы, но на такую удачу нам лучше не рассчитывать.

В это время в женском спортивно-оздоровительном комплексе «Амазонка» проходило очередное занятие по самообороне женщин.