уроках. Поднявшись на этаж с апартаментами однокурсников, я миновал пустующую гостиную, прежде чем попасть в свою комнату.
— Фух, — выдохнул я, упав на кровать. — Будто и не было ничего, да?
Я посмотрел на свой стол, где меня ждали письменные принадлежности и пара учебников. Скоро с ними под мышкой я вольюсь в учебу, и жизнь потечет так, будто не было ничего.
«Нет, — покачал я головой. — Как раньше уже не будет».
Произошедшие события оставили слишком много кругов на воде, и я не сомневался, что скоро они дадут о себе знать.
В этот момент в дверь постучали.
«И, возможно, быстрее, чем я думал», — отметил я.
— Виктор? — послышался голос деканши. — Ты здесь?
То, что Коннорс пришла лично, вызвало легкое беспокойство.
— Да, госпожа декан, — ответил я. — Можете входить.
Дверь отворилась, пропуская женщину. Войдя, она внимательно меня осмотрела.
— Я получила известия, что тебя выписали, — произнесла она. — Поздравляю с выздоровлением, Виктор.
Деканша улыбнулась достаточно сдержанно, что было понятно. Хорошим прошедшее событие нельзя было назвать.
— Нам надо прояснить некоторые моменты, а еще, — женщина замялась. — Так как ты пережил то, что вызывает вопросы, нам надо пройти еще раз проверку. Ту же самую, что при зачислении.
Я кивнул. Услышанное было ожидаемым. Более того, это мне было на пользу.
— Как скажете, госпожа декан, — ответил я.
— Ну что ж, — как всегда суховатая на эмоции, Коннорс пожала плечами. — Тогда предлагаю не медлить, чтобы ты мог поскорее освободиться. Тебе еще наверстывать пропущенный материал.
Мы покинули мою комнату, направившись по знакомым коридорам к кабинету декана. Коннорс особо не разговаривала. У меня сложилось ощущение, что она несколько скована или даже смущена. Причина этому, скорее всего, крылась в последующем разговоре.
— Ах да, — сделала вид, будто что-то вспомнила, декан. — По поводу случившегося.
Она посмотрела на меня изучающе. Я ответил вопросительным взглядом.
— Думаю, лучше все детали сохранить в тайне, — произнесла она. — Особенно это касается преподавателя Клауда.
Я кивнул. Однако подростковая часть разума все же возмутилась. Клауд был предателем и убийцей. Это было несправедливо хотя бы по отношению к той же Алисии!
— Уверяю тебя, — видимо, что-то почувствовала Коннорс, — о поступке этого человека узнают все, кто должен знать, и он будет наказан.
Я промолчал. Может, она говорила правду, а может, и нет. Сейчас особого значения это не имело. Куда важнее было то, что вскоре мне предстоит очередной контакт с Душевзором. Это был хороший шанс исследовать организм и понять, что произошло.
«Ну и, конечно, нельзя попасться», — добавил я, вспомнив про осторожность.
Вместе с Коннорс мы как раз дошли до ее кабинета.
Глава 2
— Из-за отравления тем… ядом твои воспоминания могут путаться или даже забыться, — мягко, словно ребенку, объясняла Коннорс. — Но с помощью артефакта я смогу изучить их, минуя долгие процедуры опроса.
Она показала на матовую сферу Душевзора.
— Посмотрев твои воспоминания, я увижу лица злодеев, — продолжила декан. — Это поможет поймать их и наказать. Ты ведь хочешь этого, верно?
— Конечно хочу, — совершенно искренне ответил я.
— Ну тогда не будем медлить, — произнесла Коннорс. — Сконцентрируйся на воспоминаниях того вечера, начиная с момента, как ты сел в автомобиль с Клаудом.
Я подошел ближе к артефакту, размышляя над ситуацией. Передо мной стоял вопрос, как много можно показать. Разумеется, исключались все воспоминания с начала эксперимента и после.
«Но лица того сумасшедшего доктора и папочки Фиделии показать надо обязательно», — мысленно отметил я.
Все прошло быстро, так как погружение в Душевзор было поверхностным. Ощутив близость чужого разума, я обратился к своей памяти. Найдя нужные воспоминания, начал транслировать их, начиная с засады Чистых и заканчивая попаданием на лабораторный стол.
После этого Коннорс увидела лишь белую вспышку. Она попыталась мягко «покопаться» в поисках чего-нибудь полезного, но обломилась. Будучи куда более опытным в этом деле, я легко прикрыл от чужого разума все лишнее.
Рывком выйдя из пространства Душевзора, я посмотрел на деканшу, изучая её реакцию. Наконец, через несколько секунд осмысленность вернулась в её глаза. Выражение лица женщины стало хмурым и задумчивым.
Некоторое время она молчала, и только мое покашливание заставило ее спохватиться.
— Спасибо, Виктор, — наконец произнесла она.
— Это поможет? — спросил я. — Те люди будут наказаны?
— Разумеется, — кивнула женщина. — Конечно, это займет время, но истина обязательно восторжествует.
Вопреки словам, должной уверенности в ее словах я не услышал. Впрочем, иного и не ожидал.
— Что ж, — отвлеклась Коннорс. — А теперь нам надо выяснить еще кое-что.
Она пытливо на меня посмотрела, видимо, оценивая, не слишком ли я утомился.
— Как я уже говорила, мы должны проверить твой источник, — произнесла женщина. — Это нужно, чтобы вовремя оказать тебе помощь, если они тебе навредили.
Эта фраза вызвала закономерный скепсис, который, разумеется, пришлось держать при себе.
— Конечно, госпожа декан, — произнес я.
— Тогда делаем все то же самое, что при поступлении в Харден, — произнесла Коннорс. — Обратись к себе и пожелай найти свой Дар. Я сделаю все остальное…
Пока она объясняла, я мысленно думал над своими «настоящими» действиями. Сейчас за короткое время доступа к Душевзору мне необходимо было сделать две важных вещи.
«Для начала нужно самому понять, что со мной происходит», — произнес я про себя. — Ну и, конечно, не показать ей лишнего'.
— Ну, — подтолкнула меня Коннорс. — Приступим.
И вновь я погрузился в бездну Душевзора. Мельком отметив, что манипуляции с артефактом мне даются сегодня на порядок быстрее и проще, я тут же приступил к делу.
«Коннорс настраивается на работу медленно, — отметил я. — Значит, у меня еще есть время».
Первым делом я увидел свою аномальную, «сдвоенную» душу. Правда, на этот раз все здорово изменилось.
После незавершенного ритуала душа бывшего хозяина еще больше истончилась. Часть её эфирной материи подверглась расщеплению в ходе ритуала.
Производных от этого действа получилось две. Одна из них — та самая первичная магия, что могла напитать источник и поднять его мощь. Иными словами, эксперимент доктора Крауна оказался удачным, он нашел способ поднять силу мага.
Однако, как это часто бывает с магическими экспериментами, появились и непредвиденные эффекты. Процесс расщепления души помимо магии дал нечто вроде осадка, похожего на смолянисто-черную субстанцию.
«Так что же это такое?» — задался я вопросом.
Я тут же вспомнил момент, когда подвергся воздействию этой странной субстанции.
«Походит на некий побочный продукт переработки, — подумал я. — Все, что не было преобразовано в магическую энергию, стало этой… злобой».
Злоба. Именно это название быстро приклеилось к черной дряни, стоило вспомнить эффект от её влияния. Злоба воздействовала на разум, вызывая вспышку
