к себе?
— Точнее не бывает, но сильно не радуйтесь, работы вам предстоит много, отдыхать на такой должности не получится, — подтвердил я.
— Я готова! — радостно закивала та, — спасибо, профессор, спасибо, спасибо!
Было непривычно видеть такой энтузиазм, но я улыбнулся в ответ:
— Пожалуйста, Ланика. А теперь идите и без диплома мага не возвращайтесь.
Та радостная тут же убежала, а я принялся складывать бумаги в портфель. Пора было тоже направляться в сторону дома.
Напоследок, я прошелся по аудиториям и снял мои объявления, больше в них не было нужды.
За этим занятием меня и застала Сильвия.
— Ну как, выбрал себе помощника? — спросила она меня, остановившись рядом и скрестив руки под грудью.
— Помощницу, — поправил я, кивнув, — да, выбрал.
— Значит я выиграла, так и знала, что ты девчонку выберешь.
Что послышалось в голосе женщины, что-то странное, доселе мною не слышимое. Я удивлённо посмотрел на Нодерляйн, что буравила меня прищуренным взглядом.
— Ты что, ревнуешь? — удивлённо переспросил я.
— С чего вдруг, — фыркнула та, — просто в очередной раз поняла, что вы мужики все одинаковы, когда есть возможность залезть очередной бабе под юбку, обязательно этим воспользуетесь. Видела я твоих кандидаток, одна краше другой. Чего долго так выбирал? Сиськи побольше хотел или жопу?
А вот это уже было чересчур. Как минимум за гранью тех отношений, что были между нами. И почему я решил, что возможен секс без обязательств, который не повредит рабочим отношениям? В который раз на одни и те же грабли натыкаюсь.
Я подошел почти вплотную, заглянул Сильвии в глаза.
— Во-первых, не надо тут на меня предъявлять какие-то права. Я ничей-то, я свой собственный и точка. Во-вторых, никаких отношений кроме рабочих я с помощницей не планирую, как, кстати, и с тобой больше. А в третьих, я выбрал не самую грудастую и жопастую, а самую умную. Кстати, весьма скромная девушка и на меня как на ходячий джекпот не смотрела.
Некоторое время Нодерляйн мною сказанное переваривала молча, затем хмуро произнесла:
— Ладно, будем считать, что поверила. Как её хоть звать?
— Ланика Сильф, — ответил я.
— Кто-о!?
На шаг от меня отодвинувшись, Сильвия изумённо округлила глаза.
— И ты решил её сделать адъюнктом?
— А что, — нахмурился я, — с ней что-то не так?
— Всё не так. Вольдемар, не говори, что ты не слышал про Сильфов.
— Не слышал, — ответил я, — я в Империи четвёртый год всего, забыла? Да и что я должен был про них слышать? Фамилия как фамилия, даже не дворянская.
— Это сейчас, а когда-то она называлась, — Ар-Сильф и принадлежала великому герцогу, двоюродному брату императора. Он поднял мятеж, решив узурпировать трон, но был разбит и пленён. Это если вкратце. Император был милостив и пощадил и своего брата и его семью, но, в назидание, лишил титулов, земель и всех владений. Ни оставив ни единого слуги и запретив указом слуг иметь, а также занимать любые государственные должности как ему, так и любым его потомкам.
— Формально, Академия не зависит от Империи, — подумав, ответил я, — и адъюнкт это не государственная должность.
— Формально, — женщина покачала головой, — но ты и сам знаешь, как оно на самом деле. Если там, наверху, узнают, могут и по шапке надавать.
Но тут уже закусился я сам. Терять с таким трудом найденную помощницу не хотелось.
— Значит так, будут наезжать, посылай всех ко мне, — решительно произнёс я, — а я уж сам их дальше пошлю.
Тут нас прервали.
Из-за угла вырулила Рагырда, собственной персоной, уже переодевшаяся из своей любимой брони в длинный махровый халат с двумя бутылками вина крепко зажатыми в ладонях.
— Ну ты где застряла, подруга!? — недовольно гаркнула понтийка, но увидев, что та не одна, рефлекторно попыталась спрятать бутылки за спину.
Впрочем, увидев, что это я, расслабилась и скрывать бухло не стала.
— Да вот, обсуждали его кандидатку в помощницу, — язвительно ответила Сильвия.
— Выиграла всё таки, — поджала губы проректорша, добавила, уже мне, — какой ты предсказуемый, Вольдемар, я надеялась, что ты поступишь более оригинально, чем любой другой мужик на твоём месте.
— О-о, подруга, тут ты не права. Соригинальничал он куда там нам всем, — уперев руки в бока выдала Нодерляйн, — этот нехороший профессор не нашел ничего лучше, чем взять к себе девчонку Сильфов.
— Гы, оригинально, — хмыкнула Рагырда, правда, не выказав особого удивления или возмущения.
Сильвия нахмурилась.
— Ты что, забыла, кто это такая? Помнишь указание?
— Помню, — кивнула понтийка, показала глазами на меня, — а он, что сказал?
— Чтобы всех кто будет наезжать, — вот именно так и выразился, посылала к нему, а он уже, — женщина язвительно улыбнулась, — пошлёт их дальше. Представляешь, какой герой!
— Ну, так-то герой, — пожала плечами Рагырда, — может и пошлёт. Его дело. Ты, давай, сильно не парься, пошли выпьем уже. Кстати, Вольдемар, присоединяйся.
— Я что-то не поняла, — ректор начала закипать, — ты что, на его стороне?
— На твоей я стороне, на твоей, — подойдя, приобняла за плечо подругу понтийка, — но Вольдемар у нас мальчик взрослый, пусть сам и разбирается. И тебе головной боли меньше.
— Присоединиться? — задумчиво повторил я.
— Как раз отметишь выбор помощницы, — широко улыбнулась Рагырда.
— Ну, если только так.
И я пошел вместе с ними отмечать.
* * *
— Ничего на свете лучше нету, чем стрельнуть у друга сигарету. Пусть бычками брезгуют придурки, нам любые дороги оку-урки, — напевал я, двигаясь лёгким зигзагом в сторону дома.
— Мой господин в хорошем настроении?
Ясула материализовалась за моим плечом так неожиданно, что я сбился с куплета, споткнулся и чуть не упал. Но тут же заботливо был подхвачен под руку и поставлен на место.
Если хорошее настроение и было, то оно мгновенно пропало. Я посмотрел на женщину, что так нежно и одновременно крепко меня держала и подумал, что в этом вся её суть. Кулак в бархатной перчатке. Гладит мягко, но бьёт больно.
Она была так убедительна в своей искренности, что я не мог избавиться от подозрений, что это тоже игра. Очередная роль. Как роль примерной жены и матери, которую она изображала двадцать лет. Нет, не стоит забывать, кто она на самом деле и почему здесь.
— Да так, — подумав, ответил я, — вот, помощницу себе подобрал.
— Это правильно, — прижалась ко мне сильней Ясула, — ты слишком много времени проводишь в своей Академии, я скучаю. Да и опасно вот так гулять одному по ночному городу.
— Ну, во-первых, меня каждая собака тут знает, — с кислой миной ответил я, — а во-вторых, я же знаю, что ты всегда где-то рядом.
— И готова защитить моего господина, — хитро
