был хорошо смазан, так что ключ провернулся без щелчка. Кир аккуратно подтолкнул девушку и зашел следом, заперев дверь.
– Ты думаешь, нас не будут тут искать? – от тихого шепота на ухо по спине проползли мурашки. Гном облизнул враз пересохшие губы и прошептал в маленькое вытянутое ушко, украшенное множеством сережек:
– Мы сейчас исчезнем.
– У тебя есть портал?
– Лучше, – Кир на ощупь открыл окно, и в комнатку хлынул свет от магического светильника, освещающего задний двор клуба. – У меня есть это чудесное окно.
Окно располагалось на уровне пояса и было не сказать чтобы большим. Обычное техническое окно, обязательное для техпомещений.
Сантхник подтолкнул эльфийку под попу, помогая перелезть.
Они беспрепятственно миновали задний двор и выглянули на широкий проспект. Перед зданием клуба стояло оцепление.
– Сюда, – потянул Кир в соседний двор, – все в порядке, только задержи дыхание.
– Святая Энтеросгель, – пробормотала эльфийка совсем тихо, – где я так нагрешила?!!
Это оказался задний двор того же самого клуба, где стояли мусорные баки и располагалась канализационная яма. Запах стоял соответствующий. Дева дышала ртом, часто-часто, как собачка, но послушно шла за гномом.
– Сейчас, – потянул ее в другую сторону Кир, – потерпи маленько, сейчас станет легче.
Они перелезли через невысокую ограду в чей-то чужой двор. Здесь тоже была яма, но запах был сильно меньше, так что Эрна украдкой перевела дух. Несмотря на модные туфли на высоком каблуке, она двигалась легко и непринужденно, играючи справляясь с заборами. Кир не мог перестать любоваться ею.
Они миновали еще один забор, на сей раз высокий, но сложенный из камня, причем сложенный весьма грубо, отчего забраться на него оказалось довольно простым делом.
– Прыгай, я тебя поймаю! – весело прошептал гном.
Эльфийка хихикнула и в самом деле прыгнула. Кир поймал, покачнулся, но на ногах устоял.
Она пахла клубникой и мятой, словно летний луг, прогретый солнцем. В эти волосы хотелось упасть лицом и бесконечно вдыхать, чтобы хоть на мгновение очутиться в детстве. В горах, где родился и рос Кир, никакой клубники, разумеется, не росло, но их возили на экскурсию, и именно там он наелся этой клубники. И у него единственного из группы оказалась на нее аллергия, так что все лицо опухло, глотать было тяжело, да и дышалось через раз. Матушка тогда впервые за ремень взялась, хотя ребенка ей вернули уже почти оклемавшегося. Даром, что в красные пятна.
Кир выпустил деву из рук и показал рукой на широкий проспект:
– Ну вот и все. Наше небольшое приключение закончилось. Проводить тебя до дома?
Она кивнула, и естественным движением, словно всю жизнь так ходила подхватила его под локоть. И ничуть не мешало то, что она высоких каблуках и даже без них выше него.
И стоя под уже знакомой дверью они долго мялись, не в силах расстаться, а после она предложила кофе.
Какие, право слово, глупости. Откуда у эльфийки в доме возьмется кофе?! Но Кир согласился. И, разумеется, никакого кофе не было.
– Ты не подумай, я не навязываюсь, – шептала она. – Я знаю, что у нас не может ничего быть. Ты, наверное, думаешь, что я ветренная, но это не так.
И ничего он не думал, не мог думать о всяких глупостях в этот момент. Она была такой же сладкой, как та клубника. И совершенно точно таила в себе нехорошие последствия, возможно, куда хуже красных пятен и опухшего лица. Но Киру было все равно.
Рассвет наступил неожиданно и неотвратимо. И Эрна была сонной и податливой. Но кофе у нее все равно не было. Пришлось уйти без кофе.
Она спала, и все было логично и правильно. Но ужасно грустно.
ГЛАВА 2. В которой одна дева страдает
Эрна проснулась в хорошем настроении, которое почти сразу испортилось. При мысли о том, что она вчера устроила, хотелось повеситься. Или закричать, что это была не она, что ее опоили, околдовали и вообще это была не она. Святая Энтеросгель, неужели она в самом деле привела домой мужчину и приставала к нему?!
А какой бред она несла: я не такая и все такое… Эльфийка застонала, прижав к лицу руку. Понятно, что он о ней подумал. Точно ничего хорошего. Скучающая «золотая молодежь», богатый папа, дорогие наряды и коктейль по цене средней зарплаты в клубе. Какой позор!!!
Эрна опять застонала, на сей раз от боли во всем теле. Кое-как сползла с кровати и поковыляла в душ, не переставая страдать и предаваться самоуничтожению.
У эльфиек отсутствует небольшая анатомическая особенность, как у людей. Так что первый раз можно определить только если ты очень хороший психолог. Но, тут Эрна глубоко вздохнула, по ней точно было непонятно. И останется она в памяти одного рабочего парня ужасно безнравственной особой, меняющая парней как перчатки.
Маска убрала с лица следы разгульного образа жизни, но душевные раны продолжили кровоточить.
Эрна делала все механически: набрала ванну, в очередной раз возблагодарив эльфийских богов, что есть горячая вода, сделала маску для лица, для тела скраб, а потом питательный гель, полежала в ванне, расслабляя каждую мышцу, и даже сделала гимнастику, которой в обычное время пренебрегала.
- Надеюсь, папа не узнает, - пробормотала она, выходя из ванной и заворачиваясь в легкий шелковый халатик. Промокнула волосы полотенцем, смазала их маслом, нанесла крем на руки и кончик носа, ведь на носу особенно чувствительная кожа, нуждающаяся в особом уходе.
Потом долго пила чай с профитролями со взбитым кремом, но душевное равновесие никак не возвращалось. И безумно хотелось кофе. Зачем ей вообще кофе. Он же горький, но привычная сладость не помогала.
И Эрна отправилась в кафе.
Всем известно, что кофе придумали люди. Только они вечно что-то придумывают. То мариновать несъедобные и даже ядовитые оливки и потом есть, то делать настойки из мухоморов (хотя тут гномы тоже приложили руки), то вот кофе.
Эрна быстро собралась, стянула волосы в хвост, надела удобные сандалии и короткие штанишки с несколькими летящими кофточками: одна длинная белая, сверху распашная шелковая с оборками, сверху еще одна короткая кружевная. Легкий и несерьезный образ, подчеркивающий детскую плоскую фигурку, хотя и довольно высокую.
В кафе было по-утреннему пусто. Лениво зевала официантка, поправляя фартук и протирая столы, неспешно готовился к новому дню бариста, расставляя баночки с кофе в одном ему видимом порядке.
Эрна села у окна, взяла меню,
