эльф. – Ты же не можешь самостоятельно позаботиться о себе!
– Довольно, – произнесла Эрна, поднимаясь. – Благодарю за ужин, – обратилась она к хозяину. – Все было восхитительно.
– Так на сколько она наела? Я же не могу себе позволить, чтобы ты платила деньгами твоего папочки. Своего-то у тебя ничего нет.
Эрна словно в тумане подняла бокал с коктейлем и в наступившей тишине медленно вылила его Финисту на голову.
– Пожалуйста, пришлите счет моему папочке. Можете включить стоимость услуг цирюльника и прачки.
И пока Финист подбирал слова, достойные настоящего джентльмена, прошла к выходу.
ГЛАВА 3. В которой один гном врет
С утра Кир проспал. Проснулся каким-то чудом рядом с теплой и сонной эльфийкой и понял, что если полежит еще хотя бы пять минуточек, то точно опоздает на работу. Опоздает на работу – вызовет гнев клиента – тот пожалуется начальнику и это может привести к увольнению. Терять работу Кир не хотел. Это была очень хорошая работа в очень престижном районе и с неплохой зарплатой.
Нет, он честно хотел разбудить прекрасную хозяйку и хотя бы попрощаться. Но прощание могло затянуться, к тому же она была такой сонной и мягкой… ладно, кого тут обманывать. Он просто не придумал что ей сказать. И вообще про все забыл. Просто вскочил, посмотрел на часы и убежал, захлопнув за собой дверь. Хорошо, что не забыл трусы. И сумку с инструментом не забыл.
В Управление Хозяйством он вбежал за три минуты до прихода старшего мастера, на ходу застегивая рабочую куртку.
– Бурная ночка выдалась, Кир? – подколол его специалист по осветительным шарам, гоблин Ноздребум, старенький и сморщенный, похожий на сдувшийся футбольный мяч, покрытый мхом и плесенью.
– Очень, - выдохнул Кир. – Вы, дедушка Бум даже не представляете, насколько бурная.
– Почему же не представляю, – усмехнулся гоблин, – а то я не был сам молодым? Небось, пил всю ночь? Всю получку спустил?
Развитию диалога помешал приход мастера, который с утра был не так чтоб в духе:
– Хочу напомнить, что вы тут не стадо баранов, а специалисты, и клиент ждет от вас четкого и выверенного решения. А не рассказов в стиле, что тут магов надо звать и заряжать по полной, а элементы менять. Я доступно излагаю, Ноздребум?
Гоблин насупился, что в его исполнении это выглядело комично.
– Я не так сказал, – буркнул он.
Кир непроизвольно хмыкнул, потому что прекрасно знал Бума и как именно он сказал. Хорошо, если в его предложении было хоть что-то приличное. Не то, чтобы гоблин был заядлым матершинником, скорее он знал очень много смешных поговорок, которые он применял к месту и не очень.
– А ты чего гогочешь? – переключился на гнома мастер. – Ты вообще почему в мятой форме ходишь? Как из жопы вынул, ужасно вообще.
– Я там работаю, – буркнул резко присмиревший Кир.
– Что ты сказал? – рассвирепел мастер. – Где-где ты работаешь? Повтори, я не расслышал!
– Я говорю, – резко пошел на попятный гном, – что работаю вообще-то сантехником, и форма часто мнется в процессе работы.
– В конце рабочего дня, допускаю. А с утра вы все должны быть чистыми и свежими. И пахнуть эльфийскими розами, а не гномьей канализацией.
– Эй, начальник, полегче, – раздались голоса с задних рядов.
Мастер понял, что несколько перегнул палку и поскорее толерантно закончил совещание, раздав задания, проехавшись по остальным расам и пообещав страшные кары тем, кто вновь вызовет возмущение привередливых клиентов.
До обеда Кир успел прочистить три засора, вытащить полотенце из недр одного эльфийского унитаза в элитном квартале, причем хозяйка больше всего переживала за полотенце, подаренное свекровью, и дала разрешение на механические повреждения унитаза, лишь бы не пострадала хлипкая ткань. Но Кир применил чудеса гномьего упорства и ловкость рук и ему удалось отделить одно от другого без повреждений. Он заработал тысячу благодарностей от хозяйки и щедрые чаевые, которые радовали ровно до момента возвращения в контору.
– Эй, сын Торна, зайди к начальнику, – велел, пробегавший мимо дварф (лесной гном, более мелкий подвид, примечание автора).
Особенных грехов за собой Кир не помнил, а мастер хоть и был весьма скорым на расправу, но злопамятности за ним не водилось. Так что оговорку гнома он уже совершенно точно забыл.
– Вызывали? – аккуратно постучал он в дверь, прежде чем войти.
– Побыстрее, пожалуйста, – поморщился мастер. – Вот, это и есть Кир, сын Торна. Это он вчера работал в ночном клубе «Три леща». Но я вас уверяю, что наша контора не связана ни с чем противоправным и мои сотрудники не употребляют и не торгуют никакими запрещенными веществами.
– Разберемся, – отозвался высокий и широкоплечий оборотень в милицейских погонах. – Кир, сын Торна, присядьте на стул и потрудитесь ответить на вопросы.
Кир послушно сел.
В кабинете мастера он был не в первый раз. Да и кабинетом эту каморку назвать было довольно трудно: так, небольшое помещение с кучей стеллажей, забитых разным хламом, от запасных сидушек на унитаз, до патронов в осветительные шары и собственно осветительные элементы. Стояли ящики, из которых торчали обрезки труб, какие-то каучуковые прокладки и россыпью лежали вентили. Маленькое окошко было слегка приоткрыто и это несколько смягчало мощный чесночный дух.
За столом сейчас с комфортом устроился хоббит, колбаса перед которым и издавала ядреный запах чеснока. За плечом хоббита пристроился оборотень, а сам хозяин кабинета ютился на унитазе, который привезли, чтобы поставить в пятнадцатый номер люкс отеля при Посольстве. Киру был предложен колченогий табурет, на котором ему пришлось балансировать.
– Из-за тебя я пропустил третий завтрак, – поморщился хоббит и ловким движением коротких сальных ручек сделал мощный бутерброд, в который помимо пышного ноздреватого хлеба из чистой тряпицы вошла еще упомянутая колбаса, два вида соусов, кольца лука, свежие огурцы, каперсы и пара виноградин.
– Так, что, давай ты как на духу нам во всем признаешься и я успею хотя бы на первый обед. – Хоббит быстро соорудил сэндвич и надкусил его.
Оборотень поморщился, но коллегу поддержал:
– Кир, сын Торна, это твое настоящее имя?
– Да, это я, – согласился Кир.
– Что ты делал вчера с пяти вечера и до сегодняшнего утра? – строго спросил оборотень.
– Работал, – пожал плечами гном, покачиваясь на стуле. Вид обедающего
