— Ну что ж, если он занят, тогда я покажу жеребенка тебе.
— Лошади, — проворчала Тереза. — Ты и твои лошади.
Джина рассмеялась и потянула ее за руку. Они пошли вдоль изгороди к воротам, но, услышав шум мотора, Джина обернулась посмотреть, кто там свернул на их грунтовку. Пыль волной поднималась позади серебристого джипа, и что-то кольнуло у нее внутри.
Ей даже не надо было смотреть на номер. Приехал Адам Кинг. Она чувствовала это так же, как и камни у себя под ногами. Что же это? Какой-то вид внутреннего радара, который пробуждался в ней каждый раз, когда Адам оказывался рядом?
— Значит, вот с кем у него важная встреча, — пробормотала Тереза. — Любопытно.
Джине тоже было любопытно. Адам припарковал свой джип и открыл дверцу. Когда он вышел из машины и обвел взглядом двор, внутри нее словно что-то подпрыгнуло. Как глупо, тут же одернула она себя. Глупо так реагировать на человека, который, должно быть, и забыл о твоем существовании.
Адам продолжал осматриваться, словно сканируя все вокруг. Наконец очередь дошла до Джины. Она замерла. В его взгляде была такая сила, что она ощутила ее как физическое прикосновение, как будто он подошел и дотронулся до нее.
Он кивнул, и Джина сделала над собой усилие, чтобы поднять руку и помахать в ответ. Но прежде чем ее рука перестала двигаться, он повернулся и пошел к дому.
— Холодный человек. — Тереза перекрестилась. — Что-то есть в нем темное.
Джина не спорила, но она знала Адама и его братьев всю свою жизнь, и ей всегда хотелось быть тем человеком, который рассеял бы эту темноту.
Девушка продолжала стоять, глядя вслед Адаму, даже когда он уже зашел в дом. Наконец она почувствовала, что мать наблюдает за ней.
— Что у тебя на уме, Джина? — прошептала Тереза, в ее темных глазах мелькнуло беспокойство.
Быстро повернувшись, Джина направилась к лошадям. Она все еще ощущала дрожь и потому старалась идти длинным и ровным шагом, высоко подняв подбородок. Откинув с лица волосы, она небрежно бросила через плечо:
— Я не понимаю, о чем ты, мам?
Но Терезу не так легко было сбить с толку. Нагнав Джину, она потянула ее за руку и заставила остановиться.
— Не надо меня дурачить. Что там у тебя с Адамом?
Джина расхохоталась.
— И это я слышу от женщины, которая пять минут назад уговаривала меня выйти замуж и начать рожать детей?
— Но только не от него! Адам Кинг совсем не тот мужчина, которого я бы хотела для тебя.
К несчастью, Адам был единственным мужчиной, которого хотела для себя Джипа.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Дверь широко распахнулась, и перед Адамом появился невысокий пожилой мужчина.
— Адам, — улыбнулся хозяин, отступая назад и приглашая его войти, — ты, как всегда, точен.
— Спасибо, что согласился принять меня, Сэл. — Адам прошел внутрь и огляделся. Мало что изменилось с того времени, когда он был здесь последний раз.
Коридор был залит солнечным светом, мягким золотом отражавшимся от широких сосновых досок пола. Холл, ведущий в глубь дома, был увешан фотографиями смеющихся детей и их гордых родителей.
Через высокий сводчатый проем Адам прошел в гостиную, которая тоже, казалось, совершенно не изменилась. Стены такого же спокойного кремового оттенка, та же большая и удобная мягкая мебель, и на каменном камине, сейчас холодном, стояла та же медная ваза с букетом свежих цветов.
Устроившись на софе, рядом с широким низким столом, Сэл потянулся к кофейнику на старом серебряном подносе.
Пока он наливал кофе, Адам обошел комнату и остановился возле полукруглого окна. Стекло, мерцающее в утреннем свете, придавало загадочное очарование аккуратно подстриженной лужайке, окруженной вековыми дубами. Хотя Адам вряд ли обратил на это внимание, поскольку сосредоточился на предстоящем разговоре.
— Итак, что за дело привело Адама Кинга этим ранним утром в мой дом?
Адам обернулся. В черных густых волосах Сэла виднелись серебряные нити, кожа на лице обветрилась, темные глаза смотрели пристально и настороженно.
Подойдя к столу, Адам взял чашку и сделал глоток.
— Я хотел поговорить с тобой о тех двадцати акрах на твоем северном пастбище.
На лице Сэла появилась понимающая улыбка. Причина появления Адама лежала на поверхности. Кинги уже неоднократно за последнюю пару декад делали предложения насчет этих двадцати акров, и каждый раз получали отказ.
— Мне нужна эта земля, Сэл. И у меня есть к тебе очень выгодное предложение. Выслушай меня. — Адам сел, поставил чашку на поднос и, широко расставив локти, уперся ладонями в колени. — Ты не используешь эту землю ни для посевов, ни под пастбище. Ты просто сидишь на ней.
Сэл снова медленно раздвинул губы в улыбке и покачал головой.
Адам обуздал грызущее его нетерпение и попробовал придать своему голосу доверительный тон:
— Подумай об этом, Сэл. Предложение такое выгодное, что просто глупо было бы от него отказаться.
— Почему это так важно для тебя?
Так, игра начинается, подумал Адам. Сэл чертовски хорошо знает о моем желании иметь землю Кингов в тех пределах, в которых она существовала с давних пор, но, по всей видимости, хочет услышать об этом еще раз.
— Тебе известно, что это недостающая часть наших прежних владений, — сказал Адам. — Поэтому давай перейдем делу. Тебе земля не нужна. Мне она нужна. По-моему все просто, не так ли?
— Адам, — начал Сэл, делая паузу для еще одного глотка кофе, — мне не хочется продавать землю. Что мое — то мое. Я думаю, это можно понять. Ты и сам думаешь так же.
— Да, и этот кусок земли мой, Сэл. С самого начала он был землей Кингов. И он должен стать землей Кингов снова.
— Мне не нужны твои деньги. — Наклонившись вперед, Сэл поставил чашку на стол, встал и прошелся по комнате. — Ты это знал и тем не менее пришел снова, надеясь соблазнить меня выгодной сделкой.
— Ну, в этом нет большого греха.
Сэл остановился у камина и положил руку на чугунную решетку.
— Деньги не единственная вещь, о которой должен думать мужчина.
Во всех переговорах Адам привык занимать активную позицию. Мягкое удобное кресло лишало его этого преимущества. Он поднялся и, засунув руки в карманы, пристально посмотрел на Сэла, пытаясь угадать, к чему тот клонит.
— Мне послышалось какое-то «но», — произнес Адам. — Почему бы тебе просто не сказать, что у тебя на уме, и тогда бы мы уже вместе думали, может ли состояться наша сделка.
— Ах, как ты нетерпелив. Тебе следует научиться получать больше удовольствия от жизни, Адам. Нет ничего хорошего в том, чтобы посвящать всего себя только работе.
