Это всё выглядело очень нарочито и лицемерно, но Вэй Цинь Жань очень хотелось отомстить за все колкости, что в сторону неё когда-то отпускала Мин Мэй.
«Она себя так двулично ведёт… Любимая здешняя тема: обхами оппонента так, чтобы это выглядело комплиментом и сочувствием… Эх-хэх… Только они ошибаются, я не собираюсь играть с ними в эти игры, они не знают, что я не настоящая Гу Мин Мэй. Боже мой, столько жеманства, она что, переела антидепрессантов или успокоительных?» — смерила её взглядом Наталья.
— Ах да, я совсем забыла, сестра Вэй Жань, — взгрустнула в свою очередь Юань Джи, — Прости, сестричка Мэй-Мэй, совсем забыла, что после деревни тебе тяжело привыкнуть к здешнему общению.
— Значит, вы сказали, что вы являетесь моими подругами? — спросила Наташа в облике юной, милой и нежной Мин Мэй.
Обе девушки, легонько улыбнувшись, кивнули.
— Тогда мне скажите ответ вот на такой вопрос: вы по каким соображениям не приходили ко мне всё это время, зная, что я тяжело заболела и могла даже умереть? — Мин Мэй деловито подпёрла локоть правой руки кистью левой и погладила пальцами правой руки подбородок. — Почему я узнаю о вашем существовании только сейчас? Не хотели меня увидеть, не дай Будда, в последний раз?
Обе девушки нервно, с неловкостью на лице, растянули губы в улыбке.
— Не проклинай себя сестрица! Просто не хотела тебя волновать, сестра Гу Мэй, — сконфуженно произнесла Май Джи.
Мэй-Наталья кивнула своим мыслям:
— Угу. А ты? — она посмотрела на другую девушку.
— Сестра Гу Мэй, ты же знаешь, что благородным девицам негоже часто выходить на улицу и долго находиться вне дома, — шаблонно улыбнулась Цинь Жань, — Старшие будут против таких прогулок.
— Даа уж… Ваши старшие будут против того, чтобы навестить больную подругу? В таких ситуациях найти выход тяжело, понимаю… В общем… А пытались оскорбить вы меня сейчас тоже из этих же соображений? — ухмыльнулась Наташа.
— Мы⁈ Сестра Мэй-Мэй, как ты можешь такое говорить?!. — наигранно возмутилась Юань Джи.
Но Наташа в облике Мин Мэй прервала её возмущённый монолог, выставленной вперёд рукой:
— Тчч! Мне даже не нужно выставлять вас дурочками, вы вполне справляетесь своими силами. Не бойтесь, я не буду вас обижать,… за меня это уже сделала мать-природа, — Наталья вздохнула. — Мне не хотелось бы продолжать столь лицемерное, негативное и… токсичное общение. Если вы захотите общаться по-нормальному, то я всегда рада, — с этими словами Мин Мэй гордо развернулась и медленно пошла в сторону места, где собрались люди, играющие в конное поло. Чун Хуа поспешила со своей молодой госпожой.
* * *
— Стерва какая!.. Чтобы Гу Мин Мэй хоть на мгновение забыла о манерах, этикете и правилах приличия? — удивлённо прошептала Май Джи.
— Она хитрая змея… Чтобы Гу Мэй так грубо и прямо разговаривала,… чтобы передвигалась так быстро? — ответила ей Цинь Жань, смотря вслед уходящей Мэй. — Разве может человек настолько поменяться? А если она повредила рассудок, почему она вдруг поумнела, а не поглупела ещё больше?
— Может, мы просто плохо её знали? — нерешительно проговорила Юань Джи.
Глава 2
Наталья-Мэй немного побродила с Чун Хуа по аккуратным дорожкам, среди яркой зелёной салатовой весенней листвы и цветущих яблоневых деревьев. Эта живописная чарующая красота какого-то неизвестного сада, свежий воздух и приятный запах, дарили успокоение. Совсем не хотелось возвращаться обратно.
«Сюда бы какую-нибудь беседку, лежанку, книжку, напитки, и можно погружаться в дзен», — девушка мысленно улыбнулась сама себе.
Но напоминание личной служанки, что пора возвращаться обратно, а то её родители будут беспокоиться, вырвало из размеренных дум, и девушка разочарованно вздохнула.
Как оказалось, пока их не было, прибыла вдовствующая императрица. Царствующая особа расположилась в кресле перед личным столиком, в самой большой и широкой центральной беседке, ткань навеса которой была не белой, а жёлто-бежевого цвета. Само помещение было отгорожено от остальных и по краям висели красные занавески. Вокруг её беседки стояли вооружённые мечами дворцовые гвардейцы, в бронзовых конусных шлемах с коротким красным хвостом, идущим из навершия, в жёлтых доспехах, состоящих из прямоугольных бронзовых пластинок; и много дворцовых служанок, в простом розовом ханьфу без вышивки, с одинаковой причёской, что прятала все волосы девушек в тугие аккуратные пучки.
Наташа чертыхнулась, за соседним с ней столом сидел Ли Цзы Лун, с которым она вообще решила больше не пересекаться.
— А Бэй Ху не приехал вместе с ними? Принцесса Цзинь Хуа, скорее всего, под домашним арестом, — Ната осмотрела окружающие пространство, и не обнаружив второго принца, тяжко вздохнула. — Придётся подойти их поприветствовать, а потом куда-нибудь слинять, чтобы не раздражать ярость масс…
— Молодая госпожа, вы о чём, каких масс? — удивлённо спросила Чун Хуа.
— Огромных масс самомнения и чувства собственной важности наследного принца, — опять вздохнула Наташа-Мэй, сжав губы.
Личная служанка замерла, уставившись на свою барышню, изумлённо похлопала глазами, она до сих пор не могла привыкнуть к новой речи своей молодой хозяйки, но тряхнув головой и сбросив с себя чары услышанной странной информации, прошептала:
— Барышня Гу Мэй, только лучше вы больше никому такого не говорите. И не забывайте называть их высочеств «их высочество», даже если с кем-то говорите о них, мало ли, кто услышит… скажут — «такое неуважение». Я за вас очень беспокоюсь.
— Знал бы Ли Лун, какое я к нему испытываю… неуважение, упал бы в обморок от взрыва лопнувшего ЧСВ.
— ЧСВ? — снова удивилась юная помощница.
— Чувство собственной важности, — пояснила Гу Мин Мэй, снова досадливо сжав губы.
— Но вы всё равно поосторожнее, а то я его высочество второго принца не наблюдаю. Зная, что вы в последнее время вытворяете, то вам помощь повлиятельнее нужна, чем наш господин, — тихонько захихикала Чун Хуа.
* * *
Наталья подходила с чувством обречённости:
— Даже если моя семья не сидела бы недалеко от них, то мне всё равно бы пришлось подходить…
Личная служанка кивнула:
— А как же, вы должны выказать дань уважения.
Увидев девушку, вдовствующая императрица приветливо улыбнулась. Ли Цзы Лун пил чай из белой пиалы, задумчиво смотря на стол перед собой, казалось, он ничего не видит и не слышит.
Поднявшись по деревянным ступеням, Наташа в облике Гу Мин Мэй, как всегда горизонтально сложила перед собой руки, согнув и сразу разогнув колени, лёгонько поклонилась. Только выглядело это несколько неуклюже, поскольку у Натальи не было долгой тренировки в этом вопросе.
— Приветствую её высочество вдовствующую императрицу, желаю мира и процветания, — как можно вежливее произнесла Мин Мэй. — Приветствую его высочество наследного принца.
Но молодой человек даже не оторвался от своего занятия.
«Вряд ли такой человек, как он, ничего не слышит и не видит, что вокруг происходит. Значит показывает своё пренебрежение. Я прям «расстроилась». Знал бы он, что мне вообще фиолетово на его равнодушие. Даже наоборот, чем меньше он обращает на меня и на клан Гу своё внимание, тем лучше», — поразмыслила Наташа.
Девушка бросила взгляд на секцию веранды, где должна была находиться её семья. Мин Лан и Мин Джу, не привыкшие к появлению в таком обществе, сидели в дальнем углу и жались друг к другу, как два испуганных цыплёнка, сохраняя при этом благородную осанку. Родители несколько напряжённо улыбнулись, боясь, что Гу Мэй опять наделает каких-нибудь глупостей. Было видно, что госпожа Гу порывалась сейчас прийти к дочери для поддержки, но супруг оставил её.
— Дитя, присядь-ка сюда, — пожилая монаршая особа указала рукой на деревянный пуфик с торца её стола. — Дай мне рассмотреть эту прелесть, что на твоей голове.
