Родители были в отъезде по своим королевским делам, все встреченные Кори люди с брезгливой гримасой заверяли, что дракончика не видели. Принцесса обежала все аллеи парка, весь сад, безрезультатно расспросила стражников у ворот и побрела в самые удалённые уголки сада, выкрикивая имя Оззи. Если дракончик улетел за пределы огороженной территории, он мог попасть в недобрые руки. Кори боялась вспоминать, что до введённого отцом запрета на отлов магических животных сердце дракона стоило огромных денег, и не только оно требовалось зельеварам и артефакторам, предпочитающим работать по старинке.
Донёсшиеся до неё писк и шорох подтолкнули Кори вперёд. Обежав беседку, она присела перед кустами, приподняла их низко висящие ветки и нашла своего дракончика: с заплывшими подбитыми глазами и переломанными крыльями. Малыш плакал при каждой попытке двинуться с места: сломанные крылья не складывались на спине и задевали за все камни и кочки на дороге, посылая по чешуйчатому тельцу спазмы боли.
Слёзы залили лицо Кори. Она тихо-тихо бормотала слова утешения, причитая над избитым питомцем, и не могла сообразить, как взять его на руки, чтобы не причинить ещё больше страданий. Позвать королевского врача прямо сюда? Страшно оставить Оззи одного — тот, кто сотворил с ним это, может вернуться и добить, а сам маленький дракончик перепугается, что нашедшаяся хозяйка кинула его без помощи.
— Помогите!!! — выкрикнула Кори, понимая, что её вопль из отдалённого закутка сада никто не услышит, а у дракончика могут быть внутренние повреждения, невидные под синей шкуркой. — ПОМОГИТЕ!!!
Топот ног заставил принцессу в тревоге обернуться: не враг ли несётся к ней, ведь таковых во дворце немало наберётся.
— Что случилось?! — подлетел к ней единственный друг. — Что с тобой?!
— Не со мной, Сет, — прошептала Кори, отодвигаясь в сторону, чтобы товарищ смог увидеть избитого дракончика.
Лицо прибежавшего на крики парня потемнело от гнева, губы сжались в тонкую линию, а руки — в кулаки. Его синие глаза сверкнули огнём и зловеще сощурились, молчаливо обещая возмездие мучителю зверька.
— Какое счастье, что ты умеешь лечить животных, — всхлипнула Кори, — помоги Оззи!
— Я лечу обычных животных, а не магических, — уточнил Сет, но пузырьки с настоями из поясного мешочка достал и присел на корточки перед дракончиком, осторожно исследуя его повреждения. — С огромным удовольствием переломал бы руки мерзавцу, способному так поиздеваться над маленьким беззащитным зверьком! Найти бы негодяя и перед взрослым драконом поставить — пусть он большому ящеру по морде даст, раз такой ярый ненавистник магических животных! А я полюбуюсь, в какую лепёшку раскатают любителя кулаками махать… Так, малыш, не знаю, насколько верны сведения о твоей разумности, но предупреждаю: будет жечь, потом станет легче. Во всяком случае, этот настой действует как сильное обезболивающее на обычных зверей, надеюсь, крохи твоей детской магии ничего не изменят.
Оззи заверещал, когда его облили сероватой мутной жидкостью, пустил горькую слезу, но спустя миг удивлённо замер и приподнялся на лапах, попробовал повести крыльями.
— Рано раздухарился, малый, — усмехнулся Сет. — Кори, держи его крепко, надо многое успеть, пока он боли не чувствует. Неси его в беседку на стол, тут удобнее будет. Для начала проверю, не сломаны ли лапы. Ага, хвост и лапы в норме, признаков внутреннего кровотечения не вижу, кровь течёт из-за нескольких выбитых зубов. Кори, не рыдай, клыки у хищников растут всю жизнь, беззубым Оззи не останется. Голову его зафиксируй, я противоотечный настой в глаза закапаю. Не шипи, дракон, сейчас не больно! Да, жутко неприятно, когда чужие пальцы в глаза лезут, но зато сможешь видеть, не удерживая веки лапами. Кори, перехватывай его крепче и не позволяй двигаться, даже головой мотать не давай, я наложу фиксаторы на крылья.
Сет был сыном личного секретаря короля, и его полное имя было Сейтан. В детстве им с принцессой не доводилось встречаться: после трагической смерти своей матери Сет в возрасте семи лет был отправлен в школу-пансионат в другом городе, когда Кори пешком под стол ходила. В пансионате наряду с общими предметами изучалась ещё профессия, и там, где учился Сет, обучали на обычных врачей, лечивших людей, и на ветврачей. Когда Кори спросила, почему Сет выбрал второе, то услышала в ответ:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Мой отец задал мне такой же вопрос с грозным воплем: он рассчитывал, что я когда-нибудь займу место личного лекаря королевской семьи. Однако я решил, что людей и без меня лечат многие. — Сет усмехнулся, взъерошил волосы и объяснил: — Мне ужасно жаль животных, муки которых никто не может облегчить, потому что ветврачей очень мало. Жаль их хозяев, вынужденных со слезами на глазах убивать любимых питомцев из чувства сострадания. Я с детства люблю зверей и… словом, отцу не удалось меня переубедить, когда зашла речь о моей специализации».
Диплом целителя животных Сет получил в конце этой весны и вернулся в столицу, открыв здесь свой веткабинет при финансовой поддержке отца, смирившегося с выбором сына. С Сетом заключили контракт на лечение и плановые осмотры лошадей в королевской конюшне, что вынуждало молодого ветврача регулярно появляться на территории дворца и однажды привёло к его встрече с одиноко гуляющей принцессой.
С глубокой благодарностью Кори следила за чёткими, уверенными движениями товарища. Сет быстро развёл водой белый порошок в деревянной плошке, разложил на ровном столе беседки правое крыло дракончика и с неприятным хрустом вправил на место тонкие косточки, кое-где прорвавшие насквозь кожистую поверхность, покрытую мелкими чешуйками. Обмотал крыло со всех сторон бинтами, каждый слой промазывая белой мазью, получившейся из порошка, и аналогично поступил с левым крылом. Облил бинты отвердителем, влил в пасть дракончика ещё какоё-то зелье и ловко оттёр его чешую от потёков крови:
— Ну вот, не плачь, принцесса, уже приличный вид у твоего питомца. Через недельку будет как новенький твой дракончик, у зверей регенерация идёт куда быстрее, чем у людей. Возможно, королева сможет излечить его сразу — я не в курсе целительских способностей эльфийской магии.
Отпущенный Кори дракончик потоптался по столу, довольно зыркнул по сторонам глазками, с которых исчезли следы побоев, попробовал взмахнуть крыльями — и недоумённо обернулся посмотреть, почему вышла осечка. Два тяжёлых белых паруса, бессильно и грузно раскинувшиеся по его бокам, не сразу были опознаны Оззи как свои крылья. Однако в итоге дракончик сообразил, что к чему, и виновником такого плачевного состояния своих верных крылышек назначил врача. Золотистые глазки гневно сверкнули, в горле зверька заклокотало шипение, сопровождаемое предупредительными искорками: дракон — существо не только крылатое, но и огнедышащее, особенно разгневанный дракон.
Перед носом Оззи возник внушительный кулак Сета — и дракончик благоразумно подавился собственным пламенем, оставив все возражения и недовольство при себе.
— Нет в этом мире благодарности, — проворчал Сет. — Я не владею магией, как эльфы, чтобы мигом излечить тебя, но это не повод рычать на меня: я сделал всё, что мог.
— Я тебе очень-очень благодарна! — пылко заверила Кори, осторожно опуская дракончика на зелёную травку. — Я так счастлива, что ты мой друг!
Она не поняла, отчего её верный товарищ вдруг помрачнел и сник. Тёмная тень грустной догадки набежала на сердце:
«Я слишком много на себя взяла, назвав его другом? — забеспокоилась Кори, испуганная повисшим сумрачным молчанием. — Он на самом деле не хочет со мной дружить и поддерживает наше общение просто по доброте душевной, заметив моё полнейшее одиночество? Ему двадцать лет, он умён и красив, у него нет проблем с друзьями — зачем ему возиться со мной? Из жалости?»
— Конечно, я ваш друг, принцесса, — согласился Сет, нарушив тишину, но слова прозвучали неуверенно и невесело.
«Ещё и на «вы» перешёл, будто мы не встречались тайком в саду целый месяц, не болтали обо всём подряд и не ели сладости в этой беседке!» — рассердилась Кори.
