Он, сложа на груди руки, ждал, пока она возьмет сумочку и вытащит из шкафа обувь. Тимур понял, что она спрятала ее, чтобы сделать ему сюрприз.
— Когда поймешь, что совершил ошибку, то даже не думай мне звонить, — сказала она напоследок и намеренно сильно хлопнула дверью.
— Я не приставал к ней, — услышал он серьезный голос Егора.
— Я знаю. Забудь о ней. Замок на двери надо поменять. Неизвестно, сколько ключей она сделала.
— Откуда она узнала, что ты возвращаешься домой? — спросил Егор. — Она же не настолько глупа, чтобы ждать тебя с утра до вечера, если бы не знала о твоем приходе.
Тимур вздохнул и махнул рукой. К ним вернулось плохое настроение. Через несколько минут он убрал лепестки роз, заправил постель и опустился на диван. Их дядя всегда говорил им, что если вы не можете повлиять на ситуацию, то не стоит из-за него переживать. Последствия — это, о чем надо думать.
В течение следующих десяти дней, он сделал свои запланированные дела, и подготовил рюкзак с вещами. В день отъезда, он принял душ и, проведя рукой по запотевшему зеркалу, взглянул на свое отражение, увидел на лице только небольшую тревогу, но не страх. Он просмотрел очень много видеороликов в интернете про жизнь в колонии-поселения и немного успокоился. Но Тимур не знал, с чем ему придется столкнуться там на самом деле. С правилами он ознакомился через интернет и уже знал, что там запрещены мобильные телефоны.
Он вытер себя полотенцем, надел чистую одежду и засунул в карман немного наличных. Внизу его уже ждал Егор на своей машине, когда он закрыл дверь на ключ и с рюкзаком на плече бегом спустился вниз. Тимур кинул рюкзак на заднее сиденье, сел в машину и посмотрел на брата.
— Для колонии ты выглядишь неплохо.
— Спасибо на добром слове, — ответил Тимур и вручил ему ключи от квартиры.
— Ты сим-карту взял?
— Да.
— Через несколько дней, когда я приду тебя навестить, то принесу старый телефон. Постарайся не попасться с ним.
Они молча выехали из двора на дорогу. Тимур смотрел на знакомые здания, которые теперь он вновь увидит через год. Егор задумчиво жевал нижнюю губу.
— Егор, что ты задумал? — спросил Тимур, глядя перед собой на дорогу.
— Ничего.
— Егор!
— Ладно! Блин! Ты с детства такой!
— Да, такой. А теперь выкладывай, — спокойным тоном произнес Тимур.
Егор остановился перед светофором.
— Два дня назад я оперировал мужчину, практически вытащил с того света…
— Умеешь ты себя похвалить…
— Не перебивай. Он очень хорошо разбирается в компьютерах и в различных программах. Он обещал помочь с твоим делом…
— Помочь с моим делом? — удивился Тимур. — Ты себя слышишь? Нафиг ему это нужно?
— Решил отблагодарить за успешную операцию. Честно устал объяснять людям, что это моя работа и мне за нее платят зарплату, — пожал Егор плечами. — Его зовут Артур, и он может проследить за деньгами, которые стырили с твоего счета. Ну как тебе?
Егор ждал от него радостного возбуждения и, может быть, маленькую веру в то, что еще не все потеряно, но никак не угрюмое выражение лица. Тимур не знал, что ответить. Его слова он воспринял, как злую шутку. С каждой минутой он становился ближе к колонии, и все больше портилось настроение.
— Что-то я в это мало верю.
— Я сам этим займусь, — произнес Егор и выехал из города. — Через шесть месяцев ты можешь подать ходатайство на условно-досрочное освобождение, если будешь хорошо себя вести, — сказал Егор, свернул на повороте и прибавил скорость. — Тимур, ты главное, старайся нормально себя вести, — сказал он еще раз.
— То есть не ввязываться в драки? — уточнил старший брат.
— Да.
— Я постараюсь, но не обещаю тебе. Ты же понимаешь, куда я еду?
— Так и знал, — буркнул он и свернул на очередном повороте.
— Егор, из-за своих проблем я забыл даже спросить у тебя о твоих делах. Как твои дела?
— Намного лучше, чем у тебя, — честно ответил Егор и улыбнулся, когда он покачал головой. — Вечером у меня сложная операция, — пожал он плечами. — Завтра запланированы еще четыре операции. У меня как обычно. Работа.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Оставшуюся часть пути они доехали молча и остановились перед большими синими воротами с большими буквами КП.
— Приехали, — вздохнул Тимур и вышел из автомобиля брата.
— Приехали, брат, — выплюнул Егор. — В твоем деле есть еще одна очень важная зацепка, о которой я тебе скажу, когда ты освободишься. Это касается прокурора, адвоката и еще одного мужика. Его я не знаю.
— Хорошо. Тем более эта информация сейчас мне ничем не поможет.
— Люблю тебя.
— И я тебя, — ответил Тимур и закинул рюкзак на плечо.
Он попрощался с Егором, показал приговор мужчине в форме и отдал документы начальнику колонии, который очень кстати находился в нескольких метрах от них. Ему подробно объяснили правила поведения и забрали паспорт, который будет храниться в личном деле. Несмотря на то, что над ним не было надзора, в первые дни ему хотелось убежать оттуда куда подальше. Вся обстановка и косые взгляды остальных заключенных давили на него невидимым грузом. Конечно, условия для осужденных здесь были непозволительно мягкими. Тимур пытался мысленно успокаивать себя и напоминал о том, что один год это не так уж и много. Привлечение к труду осужденных являлось здесь обязательным условием. Через несколько дней ему предложили несколько работ на выбор, и он согласился работать на мебельном цехе.
Лето прошло для Тимура не так быстро, как хотелось бы. Он впервые заметил, что радуется каждому новому дню. Дома, просыпаясь утром, Тимур не думал о таких простых вещах, как новый день и скорее бежал по делам, встречался с друзьями и общался с братом. Здесь он отвлекал себя работой и книгами и думал о том, что завтра он станет ближе на один день к свободе. За все время пребывания в колонии, он неохотно общался с другими заключенными, старался держаться от некоторых из них подальше и не ввязываться в драки. Егор приезжал к нему один раз в неделю. Скрывшись от посторонних глаз в беседке, они долго обсуждали план по разоблачению настоящих преступников. Тимур мало верил тому, что найдутся исчезнувшие деньги и оборудование и не разделял энтузиазм брата. Какого же было его удивление, когда программист, о котором упоминал Егор, смог взломать банковскую программу и проследить за движением денег после того, как они поступили на счет Тимура.
— Ты сейчас серьезно? Разве можно сломать банковскую систему? — удивленно спросил Тимур, сидя в беседке. — Похоже на сюжет дешевой комедии. А если он тебя дурачит?
Он покосился на двух заключенных и взглядом дал понять, чтобы они ушли отсюда.
— Ему самому интересен этот процесс. Я не говорил, что он это с легкостью сделал. На это ушло около недели, и он старался по несколько часов в день. Артур сказал, что нашел в банковской системе слабое место и с помощью вредоносной программы вскрыл его. Ему были доступны все операции точно так же, как и любому работнику того банка, — ответил Егор. — Он не открывал базу других клиентов, а проследил за движением твоих денег. Я заранее дал ему номер твоего счета, с которого они исчезли. На том конце высветилось имя Исаева Алексея Михайловича.
— Это еще кто?
— Финансовый директор банка. Там у тебя открыты два счета. Как я узнал, один личный счет, другой для работы.
— Финансовый директор украл деньги? — еще больше удивился Тимур и провел ладонью по шее.
— Этот же вопрос я задал Артуру. Он сказал, что это пока неизвестно, потому что система безопасности обнаружила его, дала ему пинка под зад и заблокировала доступ. Это Артур так выразился, но он успел все скинуть на носитель. Это значит, что мы тронулись с мертвой точки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Удивил. Так можно же показать это судье? — осторожно спросил он, хотя не верил в такую маленькую удачу.
— Этого мало, потому что Артур смог проследить за движением и выйти на одно имя. Но вот куда делись деньги, мы еще не знаем. Кстати, оборудование со склада, которое исчезло волшебным образом, тоже пока не найдено.
