разглядела, что руки у мужика были мускулистыми, каждая – толщиной с мою шею.
Что, ещё один претендент на мою пенсию?! Ну всё, Алевтина Сергеевна, хана тебе.
Вошедший окинул небрежным взглядом помещение, перевёл глаза на меня. Я невольно сжалась: даже находясь на противоположном конце комнаты я заметила странный красноватый блеск в его глазах.
– Ты хозяйка этой таверны? – спросил он, и бутылки вновь откликнулись жалобным перезвоном. Его голос оказался низким и зловещим, как раскат грома.
Секундочку, что? Таверны? Ну да, в принципе, это место отдалённо что-то такое напоминает… только вот, хозяйка? Кажется, Баран что-то похожее говорил… вернее, орал. Что это именно моя таверна.
Я еще раз с ужасом обвела взглядом невероятно грязное и запущенное помещение, и тут же поежилась. В голове начала складываться картинка.
Так вот, что эти бандиты задумали. Хотят переписать на меня недвижимость с долгами, чтобы потом заграбастать все мои кровные сбережения. Ага, разбежались!
– Шиш тебе! Я вообще в этом месте впервые! Знать не знаю ни о каких тавернах!
Незнакомец недобро прищурился и шагнул ко мне, совершенно внезапно очутившись рядом со мной. Хлопнул рукой по столешнице, закрывая путь к побегу. Я в панике ахнула и прижала ладони к груди, чтобы создать хотя бы иллюзию защиты.
Вблизи он оказался ещё страшнее. Высокий, как гора, а по телосложению – так вообще напоминающий либо гигантский шкаф, либо медведя гризли. Я сама себе тут же показалась микроскопической мышью.
И глаза эти. Жуть. Ну точно, посвёркивают красным, а сами тёмные, как бездонные колодцы.
Взглянув в них, я сразу же почувствовала, как весь мой настрой выгнать отсюда очередного бандита растворился без следа.
– А вот обманывать не советую, – медленно покачал он головой, не сводя с меня пугающе хищного взгляда, – Я Себастьян Берран, командир отряда инквизиторов Стребоницы, имею полное право за одну только ложь засадить тебя в темницу до тех пор, пока ты не превратишься в старуху.
Э-э-э…
В этот момент я настолько растерялась, что даже не поняла как реагировать. С одной стороны, его угроза звучала более чем пугающе. Но с другой… милок, мне и так за шестьдесят!
– Ясно выражаюсь? – опустив голос до угрожающего шепота, спросил Себастьян.
Я едва не замотала головой, но вовремя спохватилась и кивнула.
– Д-да.
Хотя мне не было понятно абсолютно ничего. Какие инквизиторы? Какие стребеницы? Что всем этим психам нужно от бедной меня?
Словно прочитав мои мысли, Себастьян угрожающе ухмыльнулся, и меня мороз продрал по коже.
– Кажется, мы нашли общий язык. И это не может не радовать. По крайней мере, есть надежда, что мы быстро обо всем договоримся. Ведь так?
Я снова на всякий случай кивнула, чем вызвала у психа, считающего себя инквизитором, уважительный кивок.
– Тогда показывай где он.
– Только что вышел отсюда! – выпалила я, надеясь, что моё лицо выражает искреннее желание помочь.
Инквизитор нахмурился и странно посмотрел на меня.
– Кто?
– Ну, тот бандит, который мне угрожал, что продаст в рабство за долги, – на всякий случай я зачем-то тыкнула пальцем в то место, где Баран орал на меня совсем недавно.
Себастьян как-то черезчур резко втянул носом воздух и вонзил в меня гневный взгляд, под которым я перепуганно съежилась.
– На кой дьявол мне сдался твой бандит? – прорычал он, – Я не про него спрашиваю!
– А про кого? – робко пискнула я.
– Про твоего кота, о котором все болтают! Где он?
И снова я почувствовала, что впала в полнейший ступор. Ну и дурдом!
– Но у меня нет кота и никогда не было! – совершенно искренне воскликнула я, – Хоть и признаюсь, сегодня я думала о том, чтобы завести его. Даже имя выбирала… ой!
Лицо инквизитора приняло настолько хищное выражение, что меня меня обуяла паника. Теперь сходство с диким зверем стало практически полным.
– Ты сама напросилась, – прорычал он, выпрямляясь, – Ребята, заходите!
В этот момент, словно только и ждали его команды, к нам в таверну завалились еще пять человек в похожей одежде. Разве что они были явно статусом пониже Себастьяна и не такими грозными.
– Переверните здесь все вверх дном, но найдите его!
Затем он повернулся ко мне и с угрозой произнес:
– Когда мы его найдем, обычной темницей ты уже не отделаешься! Отправишься на костёр, как ведьма!
Внутри у меня все перевернулось. Приехали. Какая ещё ведьма? Нет, здесь определенно творится какая-то чертовщина. Называть ведьмой честную пенсионерку только за то, что она хотела завести маленького котенка?
Тем временем люди, которых привел Себастьян, разбрелись по всей таверне и стали прочёсывать все сверху донизу. Правда, делали это бесцеремонно. Вскрывали и отшвыривали в стороны пустые бочки, переворачивали скамьи, даром, что в пустые миски и стаканы не заглядывали. Хотя, судя по звукам бьющейся керамики, которые донеслись откуда-то из глубин таверны, кто-то всё-таки разбил пару мисок и теперь гулял по их черепкам.
И без того не самый чистый и уютный трактир на глазах превращался в полноценный свинарник. От этого душераздирающего зрелища аж сердце защемило. Мало того, что я сама по себе терпеть не могу бардак, но больше всего ненавижу, когда его разводят на моих глазах. И хоть я не имею никакого отношения к этому месту, сейчас мне отчаянно захотелось заступиться за него. Выгнать отсюда всех этих буйных психопатов и привести всё в порядок!
Меня останавливал только Себастьян, который мало того, что вселял в меня жуткий страх, так еще и пристально наблюдал за мной все это время. Будто ждал, пока я вновь оступлюсь, чтобы снова прицепиться.
Меж тем, его люди вскрыли какой-то чулан и толпой вытаскивали сложенный там мусор, швыряя его на ближайший стол. В основном, это был ни на что не годный хлам, вроде ржавых мятых чайников, колченогих стульев, расколотых деревянных кружек. Был даже охотничий трофей из тех, что гордо вешают на стену. Какой-то, судя по выпученным глазам, сильно удивленный зверь, похожий на зайца с оленьими рогами.
Но было там и то, чего я так сильно хотела увидеть. Зеркало!
Увидев, что они вытащили небольшое настенное зеркало в толстой вычурной раме с золотистым, правда, облупившимся, ободком, я тут же кинулась к нему. Краем глаза я заметила как Себастьян тоже дёрнулся в мою сторону, но, стоило мне только склониться над зеркалом, как он с недовольным шипением остановился и переплёл мощные руки
