Брендан считал себя прагматичным и практичным, возможно, в меру циничным. Такие, как он, никогда не предаются фантазиям. Но сейчас, въезжая на территорию ковчега, он испытал странное ощущение – по его спине пробежала дрожь.
Под вывеской «Ковчег Норы» была вывеска поменьше. Там было что-то о поддержке комитетом повышения качества работ округа Хансен.
Компания Брендана входила в состав этого комитета.
Отмахнувшись от раздражения, он проехал по деревянному мосту через ручей, уровень воды в котором был по-прежнему высок после весеннего паводка, случившегося в последний день июня. Впереди, словно вырезанный в горном массиве, красовался белый коттедж, освещаемый со всех сторон, окруженный остроконечным забором, с двориком, где росли плетистые желтые розы.
На фоне мрачного проливного дождя дом казался радушным жилищем, а не пристанищем шарлатанки, которая обманывает доверчивых старух.
Возможно, в доме не спят. Сейчас самое подходящее время для чтения заклинаний и гадания на картах.
Позади дома и дворика едва виднелся огромный сарай.
– О, мы приехали. – Диди радостно вздохнула. – Именно таким я и представляла это место.
Ну, такой гостеприимный дом наверняка предназначен, чтобы заманить побольше уязвимых людей и облапошить их.
– Ждите здесь. – Брендан отмахнулся от протестов Диди, решительно захлопывая дверцу автомобиля. Он пошел по тропинке, давя подошвами благоухающие лепестки роз.
Затем краем глаза заметил льющийся из сарая свет и услышал пронзительное ржание лошади. А после раздался испуганный женский крик.
Глава 2
Сердце Брендана Гранта учащенно заколотилось, когда он рванул к сараю.
Сначала он увидел груду какого-то тряпья в грязи загона у сарая. Эта груда слабо освещалась фонарем, расположенным сзади. Потом тряпье пошевелилось. Не обращая внимания на грязь, Брендан оперся рукой о забор, перепрыгнул его и подскочил к существу, похожему на ребенка, упавшего лицом в лужу.
– Ты в порядке?
Куча тряпья снова пошевелилась, послышался удивленный писк. Брендан облегченно вздохнул, и тут куча перевернулась.
Брендан оказался крайне изумлен. Перед ним был не ребенок, а женщина. Ее волосы оттенка имбиря, напоминающего окрас шерсти Чарли, торчали во все стороны. Часть волос была перепачкана грязью и прилипала к голове. Но даже грязь не могла преуменьшить изысканную прелесть бледного лица женщины.
Изящный нос с небольшим количеством веснушек медного оттенка; пухлые розовые губы; слегка выступающий, упрямый подбородок. Над правым глазом незнакомки надувалась шишка размером с гусиное яйцо.
Ее потрясающие, огромные и широко расставленные глаза цвета нефрита мерцали в серости ночи.
Если это волшебница Нора, то у нее поистине колдовская внешность.
Казалось, она совсем не понимает, что с ней происходит. Она вопросительно посмотрела на Брендана, затем протянула руку и коснулась его щеки. На губах женщины появилась едва заметная улыбка, словно она увидела перед собой не черноглазого дьявола, а его полную противоположность. Она будто узнала Брендана и приветствовала его.
Против воли он смотрел на нее, как зачарованный.
Но тут она резко пришла в себя, словно поняв, что лежит на спине в грязи посреди ночи, а рядом незнакомец, который выглядит угрожающим и злобным.
Она сосредоточенно сдвинула брови и попыталась сесть.
– Эй! – хрипло рявкнул он. – Не двигайтесь. Судя по всему, она не собиралась подчиняться его приказу, поэтому он положил руку ей на плечо. Оно показалось ему крошечным под вымокшей тканью пижамного жакета с маленьким бантиком у V-образного выреза.
Стряхнув его руку, она, морщась, села. Вот упрямица!
– Кто вы? – спросила она. – Что вы делаете у меня в такое время?
Он рассердился на себя за то, что ее тон лишь усилил странное очарование хмурой и дождливой ночи. Несмотря на суровость, ее голос напомнил Брендану кленовый сироп – густой, тягучий и сладкий.
Она вгляделась в его лицо, и выражение доверия и добродушия сменилось настороженностью, упрямством и легким испугом.
По ее взгляду нельзя было сказать, что она готова обманывать старух и выманивать у них деньги.
– Вы Нора? – спросил он напрямик.
Она кивнула. Брендан медленно свыкался с тем, что узнал. Нора не носила головной платок и длинные серьги, на ее веках нет синих теней, а на губах – красной помады.
Брендан понимал, что еще чуть-чуть, и он начнет надеяться, что эта женщина, сидящая в грязи, не писала Диди письма, обещая исцелить ее кота своей энергией за определенную плату.
– Я привез кота, – сказал он. – Я услышал шум, увидел свет и вошел.
Она с сомнением поглядывала на него, размышляя над его словами. Брендан подозревал, что не похож на парня, который способен обожать своего кота.
– Я слышал, что вы целительница. – Он попытался говорить равнодушным тоном, но, видимо, в его голосе все-таки слышались нотки недоверия к целителям, потому что женщина взглянула на него с еще большим сомнением.
– Кто вам об этом сказал? – с тревогой спросила Нора и мельком взглянула на забор, будто собиралась сбежать.
– Диди Эштон.
Имя не произвело на женщину никакого впечатления. Но возможно, от шока она не помнит даже собственной фамилии.
– Вы помните, что случилось? – спросил Брендан. Она коснулась рукой огромной шишки над глазом.
– Я не знаю точно, – ответила она. – Возможно, меня сбили лошади.
Он оглядел загон. Три лошади жались к забору, беспокойные и с буйным взглядом. Брендан плохо разбирался в лошадях, но мог догадаться, что эти – норовистые.
Он твердо приказал себе не размышлять о том, что женщина могла погибнуть. Он ее не знает. И ему, вне сомнения, незачем о ней беспокоиться. Однако есть определенный тип женщин, которых мужчинам следует опасаться. Особенно осторожными нужно быть тем, кому не удалось защитить слабых и беззащитных.
Брендан не хотел говорить, но против воли произнес:
– Не слишком ли рискованно приходить к диким мустангам посреди ночи, будучи такого крохотного росточка?
Она сердито посмотрела на него, словно говоря: «Не учите меня, что делать!» Что ж, вполне справедливо.
– Или вы надеялись приручить их своей энергетикой?
Она прищурила красивые глаза:
– Что вы знаете о моей энергетике?
– Не так много, как планирую узнать.
– Почему ваши слова кажутся угрозой? – поинтересовалась она.
Он пожал плечами.
Нора тряхнула головой, но Брендан увидел в ее глазах едва заметную обиду на его неверие.
Ладно, с ее целительством Брендан разберется позже. Промокнув, она начала дрожать. Как только Нора попыталась подняться, с ее губ сорвался слабый стон.
