Парень сказал:
— Можете считать, что я вас извиняю. — Его голос был низким, слегка протяжным и с едва заметным оттенком насмешки.
Занна выпрямилась, оскорбленная его долгим изучающим взглядом. «Он меня еще узнает», — подумала она. Занна холодно посмотрела на парня, обратив внимание на его крючковатый нос, который явно ломали и не один раз, на дерзкий рот с тонкими губами, на подбородок, покрытый трехдневной щетиной. Не такое уж незаметное лицо, как ей показалось сначала.
Занна была немногословной:
— У меня сломалась машина.
Парень пожал плечами. Над вырезом майки его кожа казалась смуглой до черноты.
— Бывает, — коротко ответил он. — Сочувствую, — и снова полез под «ягуар».
— Минуточку, — окликнула его Занна, парень остановился с вопрошающим видом. Занна перевела дыхание. — Мне не нужно сочувствие. Вообще-то я хотела бы, чтобы вы ее починили, если это вас не затруднит, — добавила она уничтожающим тоном.
— Это проблема. — Его лицо оставалось серьезным, но Занна заметила, что в глазах у него пляшут чертики. — Но я очень занят. Как видите.
— Да, но я в беде, — раздраженно заявила Занна. — А это ведь гараж.
— Пять баллов за наблюдательность.
— И вы выезжаете по вызову, — продолжила она. — Так написано на вывеске снаружи.
Парень вытер руки обрывком тряпки.
— По-моему, вы прилипчивая как банный лист, — спокойно заметил он. Он медленно выпрямился и встал на ноги. Занна всегда считала себя достаточно высокой, но этот парень оказался выше ее на целую голову.
Непонятно чего испугавшись, она сделала шаг назад. Ее каблук угодил в лужицу машинного масла, и она поскользнулась.
— Осторожно, — он схватил ее за руку, чтобы поддержать.
— Со мной все в порядке, — отрезала Занна, высвободив руку и натолкнувшись на явно издевательский взгляд.
— Да, если вы меня не дурачите, — протянул он. — А вы всегда такая психованная?
Занна пожала плечами.
— Просто я беспокоюсь о своей машине.
Парень вздохнул.
— Что с ней стряслось? — спросил он без малейшего энтузиазма.
— Шум мотора стал каким-то прерывистым, а потом заглох, — кротко ответила Занна.
Парень усмехнулся.
— Да ну? Тогда я посоветовал бы вам вернуться к бедной машинке и очень внимательно заглянуть в бензобак.
Занна сглотнула.
— Я залила полный бак перед тем, как съехать с шоссе, — холодно сказала она. — И я могу обойтись без покровительственных замечаний.
— А я могу обойтись без надоедливых дамочек. Обратитесь в ремонтную службу, леди. Они будут рады услужить вам.
Занна закусила губу.
— Но это может занять несколько часов, — возразила она. — Тогда как вам нужно только дойти до дороги. — Она перевела дыхание. — Слушайте, сколько бы это ни стоило, я заплачу вдвойне.
— Эти слова достойны императрицы. — Теперь в голосе парня без сомнения чувствовалась насмешка, или даже презрение. — У меня есть новость для вас, милочка. Даже при рыночной экономике не все продается.
— С таким отношением, не понимаю, как вам вообще удается заниматься бизнесом, — с жаром парировала Занна. — Или народ в этом захолустье живет на подножном корму?
— Почти, — ответил он. — Хотя, по-моему, здесь уже перестали пороть крестьян и продавать детей в рабство. — Темные глаза снова осмотрели ее с ног до головы. — Однако, если по-вашему это такое захолустье, почему вы решили почтить нас своим присутствием?
— Я просто проезжала мимо, — резко возразила она.
— Очень интересно, — сказал парень. — Особенно если учесть, что дорога заканчивается у фермы Холлинсов. Может, вы собирались обменять машину на телегу, чтобы проследовать дальше. Или на вездеход-амфибию, — задумчиво добавил он. — У Теда Холлинса есть утиный пруд.
Впервые, с тех пор как Занна вышла из школьного возраста, ей захотелось нагрубить ему, показать язык, но она сдержалась. Просто бессмысленно и дальше портить с ним отношения.
Притворившись, что ее развеселили его слова, Занна заставила себя процедить сквозь зубы:
— Вообще-то, — ответила она с заученной улыбкой, — Я приехала на выставку.
Парень явно удивился.
— Это местное мероприятие. Здесь нет ни Пикассо, ни Ван Гогов. — Он умолк, словно задумавшись, а потом добавил, — Но я надеюсь, что вы приятно проведете время, пока я посмотрю вашу машину.
— Спасибо, — сказала Занна ледяным тоном, и парень усмехнулся еще шире.
— Ключи?
Занна неохотно вложила ключи в его протянутую руку.
Он кивнул и вышел вслед за ней во двор, залитый солнцем.
— Увидимся.
Задетая его небрежным равнодушием, Занна догнала его.
— А где?
Парень обернулся и посмотрел на нее. Внезапно ее обжег взгляд темных глаз. Смягчившимся тоном он сказал.
— А, я сам вас найду.
Это могло быть угрозой. А могло и обещанием.
Но на одно потрясающее необъяснимое мгновение у Занны перехватило дыхание, и ее сердце забилось от странной смеси возбуждения и испуга. Она резко кивнула, затем повернулась и направилась к деревне.
Но даже преодолев пятьдесят ярдов, она чувствовала, что если обернется, то увидит, как этот парень все еще смотрит ей вслед.
Вторая глава
Сопротивляясь почти непреодолимому желанию перейти на бег, Занна с высоко поднятой головой торопливо шла по петляющей дороге. Убедившись, что уже скрылась из виду, Занна замедлила шаг, стараясь отдышаться и вновь обрести утраченное самообладание.
Вот уже второй раз за два часа она чувствовала себя раздраженной и расстроенной. И ей это совершенно не нравилось.
«Только этого мне не хватало, — размышляла Занна со злой иронией. — Механика с убеждениями. Просто идеальное окончание прекрасного дня».
Занна была уверена, что этим все и завершится. Она уже успела раскаяться в своем сентиментальном порыве. Как только ее машину отремонтируют, она вернется в отель, к благам цивилизации. По крайней мере, там-то она знает, чего ожидать.
Однако деревушка оказалась просто очаровательной. Выстроенные вдоль улицы коттеджи были сложены из камня, часто попадались соломенные крыши и палисадники, пестреющие яркими весенними цветами. Вьющиеся розы оплетали стены пурпуром и багрянцем, а кусты желтой акации и сирени стояли в цвету.
Дорога выходила прямиком на просторную лужайку. За пределами огороженной площадки для крикета единственными представителями местного населения здесь были две пасущиеся козы. Они подняли головы и с любопытством взглянули на Занну.
На повороте Занна заколебалась, раздумывая, что делать, и чувствуя себя до нелепости привлекающей внимание.
Хотя на самом деле вокруг не было ни души. Казалось, весь Эмплшем дремлет на ярком солнышке. Но в то же время Занна чувствовала, что за плотно занавешенными окнами коттеджей ее появление не осталось незамеченным.
Сама не зная почему, она решила не мчаться сломя голову в «Дом священника». Лучше уж она будет вести себя подобно обычной туристке, свернувшей с наезженного пути. Раз предлогом для поездки послужила художественная выставка, туда Занна и направится.
Занна успела заметить, что лужайка ограничивается с трех сторон: вереницей домов; магазинчиком, который также служил и почтой; пивной под названием «Черный бык», чья вывеска свидетельствовала о том, что посетителям здесь предлагается настоящий эль, стол и ночлег; и церковью, величаво возвышающейся над тисовой изгородью. За исключением узкой грунтовой дороги, протянувшейся вдоль церковного двора и по-видимому ведущей на ферму, о которой упоминал Занне ее обидчик, других путей из деревни не было.
Деревенский клуб располагался на другой стороне лужайки, напротив церкви. На деревянной доске, прикрепленной к ограде, висело объявление о выставке.
Войдя, Занна очутилась в маленьком вестибюле. Женщина в цветастом платье, сидящая за столом, оторвалась от своего вязания и предложила каталог выставки всего за пятьдесят центов.
— Вы вовремя успели, — с дружеской улыбкой заметила женщина. — Сегодня выставка закрывается, и вскоре мы начнем убирать клуб для вечерних танцев.
