только первый этаж. Правда, всё, что не пострадало от огня, наверняка пострадало от копоти и пропахло дымом. Я мельком вспомнила про припрятанное жемчужное ожерелье. Будет жаль, если оно сгорит… Но что значит жемчуг по сравнению с тем, что сегодня я нашла двух мужчин, которые для меня дороже всякого жемчуга?.. Двух… Нет, Сесилия, лучше бы ты не торопилась. Дядя никогда тебя не оставит, а вот герцог де Морвиль…
- Вы точно не пострадали? – Дорис тормошила меня, заглядывая в лицо. – Вы такая бледная…
Экономка посмотрела в мою сторону искоса, но ничего не сказала, а я попыталась улыбнуться Дорис и сказала как можно бодрее:
- Просто очень испугалась. Хорошо, что всё уже закончилось, и никто не пострадал.
Флигель готов был трещать по швам, когда его заняли обитатели Эпплби. Мне, Дорис, Мойре, Прил и Саре пришлось разместиться в маленькой кладовой. Позже к нам должна была присоединиться и госпожа Пай-Эстен, но пока она бегала по другим комнатам, размещая остальных слуг.
О большом комфорте мечтать не приходилось, и мы просто расстелили на полу одеяла, которые экономка притащила из каких-то своих запасов, и улеглись прямо в одежде. Мне досталось место у стены, и рядом я поставила портрет Беатрис Ратленд. Интересно, как проведёт эту ночь герцог? Сегодня он остался без ванны и без масляных притираний. Впрочем, наверное, ему это уже и не нужно. Болезнь прошла, и я была уверена, что она не вернётся. Главное – следить за питанием, много двигаться и…
Мысль я не додумала, потому что заснула. Спала я без сновидений – как провалилась в чёрную яму, но спала не крепко, потому что услышав шорох вздрогнула и открыла глаза.
В предрассветных серых сумерках лицо Беатрис Ратленд качнулось передо мной, поднялось и поплыло по воздуху…
В первую секунду я чуть не закричала от испуга, но потом разглядела две маленькие руки, державшие картину. Никакой мистики не было – кто-то всего лишь пытался похитить портрет!
Я вцепилась в край портрета, и только тут увидела, кто его держит – Сара. Юная молчаливая помощница на кухне. Я настолько не ожидала, что похитительницей окажется она, что попросту потеряла дар речи. Зато Сара ничуть не растерялась, продолжая тянуть картину в свою сторону.
- Отдайте!.. – зашептала она, и глаза её лихорадочно блестели. – Её надо убить! Ведьму надо убить!.. Это всё из-за неё!..
- А ну, успокойся, - я уже пришла в себя и резким движением вырвала портрет у неё из рук, а когда Сара бросилась вперёд, пытаясь его отобрать, оттолкнула её ладонью в грудь.
Рядом похрапывала Дорис, завернувшись до ушей в одеяло, дальше мирно спали Мойра и Прил, а за ними – экономка, и мне совсем не хотелось их будить, чтобы разбираться по поводу «ведьминого» портрета.
- Пойдём-ка, выйдем, - я поставила картину на прежнее место, к стене, крепко взяла Сару за худенькое плечо и вытолкала в коридор, хотя она упиралась. – Ну, - сказала я, прикрывая дверь, чтобы нас не услышали. – А теперь объясни толком, что ты хотела сделать?
- Её надо убить, - Сара умоляюще посмотрела на меня огромными тёмными глазами. – Ведьму… которая на картине… Это из-за неё сгорел Эпплби.
Сейчас она больше походила на помешанную – тряслась, заламывала руки и дёргала губами, будто собиралась разрыдаться.
- Послушай, - пришлось встряхнуть её, чтобы она меня услышала. – Пожар не мог начаться из-за картины. Не надо ничего выдумывать…
- Я не выдумываю, мисс! – шёпотом закричала она, и я снова её встряхнула, чтобы не вздумала закричать по-настоящему. – Я говорю правду, - теперь Сара стала поспокойнее, но всё равно дрожала, как осиновый лист. – Я была там, мисс. В той комнате… когда всё загорелось… Клянусь, это из-за картины! Она вдруг вся вспыхнула!..
- Ты была в комнате? – уточнила я.
- Да!
- И картина загорелась?
- Да! Да, мисс! Вы мне верите? – она так явно обрадовалась, что мне стало совестно.
- Сара, - начала я осторожно, - картина не могла загореться, потому что это – всего лишь картина. И если бы она загорелась, то сгорела бы раньше, чем дом. А портрет, как ты видела, совсем не пострадал. Тебе показалось…
- Не показалось! – она перехватила мои руки за запястья. – Мисс, я клянусь! Ведьма вспыхнула! От неё так и полыхнуло!.. Она хотела погубить всех нас!.. От неё надо избавиться! Её надо убить!..
- Молчи! – я чуть повысила голос, и служанка замолчала, приоткрыв рот и жалобно моргая. - Чтобы больше я не слышала подобных глупостей, - отчитала я её. – Ради этой картины милорд герцог рисковал жизнью, а ты собираешься картину уничтожить? Ты понимаешь, что тебе за это сделают?
- Это же ведьма, мисс, - почти простонала Сара. – Она хотела убить всех нас, а ей огонь не повредил… Он же был колдовской… огонь… - она уже всхлипывала. – Она снова устроит пожар…
- Не устроит, - сказала я твёрдо. – Милорд поручил мне за ней приглядывать. И я не позволю никакому колдовству снова нас поджечь. Поняла? Иди и досыпай, и чтобы больше я не видела тебя возле этого портрета. Беатрис Ратленд умерла много лет назад. Её бедная душа точно не сможет никому навредить, даже если она и была ведьмой. В чём я очень сомневаюсь.
- Но говорят… - Сара была потрясена тем, что я сказала, только я не знала, что именно из моих слов её потрясло.
Или то, что я собиралась присматривать за портретом Беатрис, ли то, что усомнилась в её ведьмачесте.
- Много чего говорят, - перебила я девушку. – Только не всегда правду, и не всегда болтовне надо верить. Вспомни, у нас была гостья – Стефания Близар. Вот она – настоящая волшебница. Но и она ничего не сказала про портрет и про ведьму. Значит, ничего страшного не происходит. И пожар – это случайность, а не колдовство. Ясно?
Мне хотелось думать, что я смогла переубедить Сару. Она кивнула, но как-то не слишком уверенно, и побрела по коридору. Я некоторое время смотрела ей вслед, а потом вернулась в нашу импровизированную спальню.
Прокравшись на цыпочках мимо спящей Дорис, я улеглась, подсунув ладони под щёку, и долго глядела на портрет Беатрис Ратленд. Теперь он стоял боком, но и я лежала, так что наши лица были напротив друг
