Увидев кузнеца, маг совершенно не удивился.
— Входи, — сказал он приветливо безо всякого предисловия, и Капила оказался в просторном светлом холле с деревянным полом.
Пол был набран из дощечек ценных пород деревьев, тщательно отполирован и покрыт воском. Немного смущенный кузнец прошелся по нему едва не на цыпочках, чтобы не поцарапать подошвами своих сапог такую красоту.
Приняв подношение, маг молвил, указывая на широкую скамью, застеленную пестрым ковриком:
— Присаживайся. Что тебя привело ко мне в столь ранний час?
— Мудрый, твое предсказание сбылось!
— Ты о чем? — удивился маг.
Капила рассказал ему о том, что видели дети. Невозмутимость вмиг слетела с мага. Наверное, будь он белокожим, лицо его покрыл бы румянец, спутник большого волнения.
Внешний облик Вифисария несколько отличался от внешности мужчин племени брауи. Собственно говоря, маг и не причислял себя к соплеменникам Капилы. Он был на голову выше самого рослого из брауи, а его широким плечам мог позавидовать любой силач. Потомки дравидов имели темную кожу, но Вифисарий был еще смуглее, хотя и не принадлежал к племени эфиопов, на что указывали правильные черты его удлиненного лица с тяжелым квадратным подбородком, ровный «греческий» нос и черные прямые волосы, уже изрядно тронутые сединой.
— Я ждал… всю ночь ждал эту комету! — с жаром воскликнул маг. — По моим расчетам, она должна была упасть на Землю сразу после полуночи где-то поблизости. Но этого не произошло. Сильно разочарованный, я оставил свою обсерваторию на крыше дома еще до рассвета. Я думал, что ошибся и небесный посланник упал где-нибудь в другом месте. Идем, немедленно идем к месту падения! Только подожди меня немного, я переоденусь…
На этот раз Вифисарий облачился в одежду брауи: просторные шаровары, короткополый шерстяной кафтан и широкий пояс, представляющий собой длинный кусок материи, обернутый несколько раз вокруг туловища. На ногах мага были такие же сапожки, как у Капилы. В руках он держал бухту тонкой, но прочной веревки и небольшую кирку, которую охотники использовали во время лазания по горам.
К месту падения звезды добрались быстро. И причиной тому был маг. Он не шел по горной тропе, а почти бежал, хотя это и очень опасно; уже отвыкший от лазания по горам Капила едва за ним поспевал.
Из ущелья все еще поднимался легкий дым. Наверное, это догорали деревья, подожженные посланником небес. Вифисарий быстро нашел место, удобное для спуска, привязал к толстому дереву страховочную веревку, и они начали спускаться вниз по крутому, а местами обрывистому склону. Спустя какое-то время маг и кузнец уже брели по мелководному ручью, дно которого устилала мелкая каменная крошка и валуны.
Не заметить место падения было сложно. Остатки кометы ударились о скалы, выбив в них глубокую воронку. Попутно ее хвост поджег кустарник на дне ущелья, и теперь в зеленом ковре, покрывавшим его склоны, чернела обширная проплешина, укрытая пеплом, под которым кое-где все еще посверкивали тлевшие угольки.
Маг и Капила не боялись обжечь ноги. Он подошли к воронке по ручью. Кузнец не поверил своим глазам: в воде лежал черный камень размером с человеческую голову! Капила сразу понял, что это дар небес. Судя по реакции Вифисария, маг был такого же мнения. Холодная вода уже успела остудить камень, но легкий пар все еще поднимался над ним к ясному небу.
Вифисарий безбоязненно подошел к камню и ударил по нему несколько раз киркой. Капила, который дрожал неизвестно от чего, — то ли от перевозбуждения, то ли от страха — предусмотрительно держался за спиной мага; мало ли что может произойти…
— Все верно, — сказал Вифисарий; его голос немного подрагивал. — К нам прилетело именно то, что нужно.
— Мудрый, объясни мне, что это? — с удивлением спросил кузнец.
Ему показалось, что в тех местах, куда попадало острие кирки, заблестел металл.
— Железо, — с удовлетворением ответил Вифисарий. — Небесный металл. Подарок богов. Что ж, Капила, пришло твое время… — Лицо мага неожиданно стало отрешенным и грустным; но только на миг.
Деловито осмотрев камень, он без особых усилий сдвинул его с места и выкатил на берег ручья.
— Нужно поднять его наверх, — сказал маг.
Он снял с себя кафтан, завернул в него камень и, бросив узел за спину как мешок с горохом, пошел к тому месту, где они спускались в ущелье. Капила заикнулся насчет своей помощи в переноске, но Вифисарий лишь небрежно отмахнулся от него. «Если это и впрямь железо, — подумал немного уязвленный кузнец, — то камень должен быть изрядного веса». И тем не менее престарелый маг шагал споро и легко, будто и не лежала на плечах большая тяжесть.
В кузницу небесный камень привезли на осле. На этом настоял Капила. Кузнец не мог допустить, чтобы маг, как обычный простолюдин, показался на глаза племени с узлом на спине, а он в это время шел бы рядом с ним. Сам кузнец не смог пронести камень и полсотни шагов, хотя природа не обидела его ни силой, ни выносливостью.
— Готовься к работе, — сказал маг, когда камень положили в горн. — А я пока схожу домой и кое-что принесу. Без меня не начинай! Подготовь три полосы шириной с ладонь.
— Что будем ковать? — деловито спросил Капила, надевая кожаный фартук.
Кузнец не удивился словам Вифисария. Маг иногда присутствовал при выплавке металла и при ковке. Он добавлял в шихту какие-то порошки и после этого металл не брала ржавчина. Но изделия из такого металла кузнец ковал только по заказам самого мага. Однако главным секретом оружия Капилы была закалка. Этому процессу кузнеца научил все тот же маг.
— Наконечник копья, — коротко ответил Вифисарий и удалился.
Капила удивился, — эка невидаль, наконечник копья; что ж тут сложного? — но долго размышлять над словами мага было недосуг. Кузнец позвал своего помощника, старшего сына, и вскоре поселение наполнилось звоном молотов о наковальню. Когда маг возвратился, на каменной подставке уже остывали три полосы звездного металла — заготовка для наконечника копья.
— Не металл, а воск, — радостно сообщил кузнец. — Работать с ним — одно удовольствие.
— Оставь нас, — приказал маг сыну кузнеца, который при появлении Вифисария застыл в поклоне, не осмеливаясь поднять на него глаза.
В отличие от своего отца, он терялся в присутствии мага (впрочем, как и большинство жителей поселения; за исключением старейшин и жрецов, которые втайне считали Вифисария полубогом).
Парень поторопился уйти. Оставшись вдвоем с кузнецом, маг развернул перед ним кусок пергамента, на котором он в мельчайших подробностях изобразил наконечник копья, больше похожий на кинжал. Капила невольно почесал в затылке — такое изделие он видел впервые. Это был наконечник римского копья под названием «лонхе»*. Но кузнец не имел понятия, чем были вооружены римские легионеры, поэтому «лонхе» для него оказалось в диковинку.
