Соня семь лет жила и растила их сына, думая, что Димы нет в живых.
У меня большой вопрос к Соболеву, почему он ни разу не позвонил Соне. Все-таки в школе они сильно любили друг друга. Да, расстались. Да, Сонина мать не давала им быть вместе. Но можно же было хоть раз позвонить девушке, которую ты любил! Не знаю, там, с днём рождения поздравить, например. Даже Никита звонил мне один раз после расставания, чтобы поздравить с двадцатилетием, хотя ни о какой любви Свиридова ко мне никогда и речи не шло.
Ну да ладно, главное, что Соня и Дима нашли друг друга и теперь вместе воспитывают своего сына, а летом поженятся. Я буду на их свадьбе свидетельницей.
— Ты одна? — спрашиваю. — Без Димы?
— Да, он с Владом остался.
— Почему не пришел?
— Не захотел. Он же в нашей школе всего месяц проучился. Дима не воспринимает наш класс как своих одноклассников.
Ну да, резонно. Дима Соболев и правда проучился с нами всего около месяца, пока Сонина мама — директор нашей школы — не застукала их почти голыми и почти занимающимися сексом. После этого неприятного инцидента Диме пришлось покинуть нашу школу.
— Как твоя мама сейчас с ним?
— Нууу…. — тянет. — Конечно, ее мнение о Диме не изменилось, но сейчас она хотя бы держит его при себе, а не навязывает мне. Зять ее мечты — Игорь, а не Дима.
Горбатого могила исправит.
В ресторан заходит Вова. Он слегка поправился и слегка полысел. Не сильно, но заметно. В общем, типичный семьянин. Мы обнимаемся по-доброму. К счастью, нет никаких обид с его стороны. Вова счастлив с женой и дочкой. У него очень милая семья, судя по фотографиям в соцсетях.
Потом появляется Ульяна и своей неиссякаемой энергией объединяет всех присутствующих. Ещё пара человек опаздывает, но мы решаем их не дожидаться и садимся за сдвинутые в ряд столы. В целом, встреча выпускников именно такая, какой я и предполагала, что она будет. А именно, добрая половина одноклассников старается продемонстрировать свой успешный успех, крутя в пальцах последний айфон, купленный в кредит.
— Народ, а вы видели, что Свиридов стал самым высокооплачиваемым футболистом России? — громко спрашивает Илья. — У него состояние — пятьдесят миллионов долларов.
Ещё одна обязательная часть программы на встрече выпускников — это перемывать косточки тем, кто не пришел. А Свиридов как главная звезда нашей школы сейчас отхватит эту долю с лихвой. Я знала, что обсуждать будут только Никиту и морально к этому подготовилась. Хотя Соня и Ульяна по правую и левую руку от меня заметно напряглись. Видимо, переживают за мое моральное состояние.
— Я не понимаю, почему Свиридов так взлетел, — парирует Андрей. — По-моему, он вообще играть не умеет.
— Да не, играет он нормально, — отвечает Илья. — Но пятьдесят лямов баксов — это, конечно, перебор.
— Да где он нормально играет? — спорит Андрей. — В Германии да, но потому что у него в принципе сильный клуб. А за нашу сборную он как играет? Да вообще не умеет.
— Потому что наша сборная в принципе говно, и один Свиридов ее конфеткой не сделает, — вставляет Вова. — Никита играет хорошо, но он не может тянуть на себе всю команду. В нашей сборной кроме Ника нет больше нормальных игроков.
— Ты его защищаешь, потому что в школе вы были друзьями! — Андрей разоблачительно тычет в Вову пальцем.
— Да при чем тут это? Мы давно не общаемся. Я сужу объективно. Никита — сильный футболист, но он не может вытянуть на себе всю сборную, потому что кроме него там ещё десять игроков и тренер. Он не может научить их всех играть в футбол, как в Германии.
— Сонь, — в спор вклинивается Лера. — А ты, наверное, жалеешь, что бросила Никиту в школе, да? — ехидничает. — Сейчас бы была женой долларового миллионера.
Я хочу упасть лицом в ладонь. Ну почему жизнь матери-одиночки не прибавила Лере мозгов?
— Нет, я не жалею, что рассталась с Никитой, — отвечает Соня. — Я жалею, что вообще стала с ним встречаться.
— Почему? — удивляется.
— Лер, — вставляет Ульяна. — А ты не жалеешь, что нарезала круги вокруг новенького Димы Соболева, когда надо было делать это вокруг Свиридова? Сейчас бы была женой долларового миллионера. Не умеешь ты, Лера, в мужиках разбираться.
В последнюю фразу Ульяна вкладывает особый смысл. Лера замолкает с каменной физиономией. Хорошо, ко мне никто не лезет как к бывшей девушке Никиты. Не знают, что ли, что мы встречались после школы? Странно, мы выкладывали в соцсети совместные фотографии. Ну, мне же лучше, что меня никто не мучает.
Но разговор об одном только Никите начинает порядком утомлять. Некого больше обсудить, что ли? Свиридов не единственный, кто пропустил встречу выпускников. Можно ещё кому-нибудь косточки перемыть. Серёже, например. Он поехал учиться в магистратуру в Канаду и там остался жить. В конце концов, можно обсудить воскрешение Димы Соболева. Хотя, наверное, стесняются при Соне. В общем, тем для разговоров достаточно, но все хотят обсуждать только Свиридова и его деньги.
Часа через полтора народ наконец-то начинает вставать из-за столов и рассредотачиваться по залу с напитками в руках. Я немного общаюсь с Вовой, потом с другими ребятами и возвращаюсь к своим Соне и Ульяне.
— Ну как ты? — участливо спрашивает Софья, имея в виду, что больше двух часов разговор был только о Никите.
— Нормально, — пожимаю плечами.
— Полежаева как была без мозгов, так и осталась, — качает головой Уля.
— Да по фиг на нее.
Гул голосов в зале резко стихает. Все поворачивают головы к выходу. Я стою к нему спиной и кожей чувствую что-то неладное. Глаза Сони расширились в ужасе.
— Лиля, ты только не оборачивайся назад, — шепчет.
— Ну вы только посмотрите кто приехал! — взмахивает вверх руками Илья. — Никитос, мать твою!
Я чувствую, как мое сердце с грохотом летит в пропасть. Пока все присутствующие устремляются наперегонки к Никите, я стою, словно громом поражённая. Слышу, как его приветствуют. Слышу, как он отвечает ребятам. Его голос… Господи, он такой же. Совсем не
