Читаем без скачивания Северное сияние над пальмами - Гюнтер Крупкат

— Мы в руках большевиков, — простонала она, дрожа всем телом. — Они нас расстреляют!

— Прекрати ныть, Маргарет, — урезонил мистер Тейлор жену. — Ты действуешь на нервы!

И он велел всем идти за ним в пассажирский салон. Когда все в полном составе собрались вокруг него, мистер Тейлор произнес следующую речь:

— Мы не знаем, как нас тут примут. В данный момент все выглядит так, как будто местные жители вообще нас не заметили. Ну, в любом случае мы не позволим втянуть нас в какие-нибудь безрассудства.

Он предупреждающе взглянул на миссис Тейлор, которая, казалось, ждала своего последнего часа. Затем повернулся к Уоррену:

— Если будут какие-то проблемы, мы обратимся за помощью к ближайшему американскому аэропункту.

Уоррен улыбнулся:

— Почему у нас должны быть проблемы? Они нам дали посадку, потому что у нас поврежден мотор. Вроде бы все ясно!

Миссис Тейлор метнула уничтожающий взгляд на пилота. Ее раздражала подобная беспечность.

— Если мы хотим исключить любую возможность осложнений, — заступился Эдвард за мать, — следует совершить единственный логический возможный ход — снова взлететь.

Миссис Тейлор благодарно кивнула. Милый, хороший мальчик, ее Эдвард!

Хороший мальчик необдуманно добавил:

— Хотя я бы с удовольствием побыл здесь еще, посмотрел бы остров!

— Как вы считаете, Уоррен? — спросила миссис Тейлор.

— Я думаю, дискуссия — останемся мы здесь или взлетаем — бессмысленна. Ремонт займет немного времени, и мы полетим дальше. Если бы они нам не разрешили здесь сесть, пришлось бы совершать посадку на лед. А это большой риск или даже вообще невозможно. Я думаю, уж лучше пару часов провести здесь под пальмами, чем там, в этом варварском холоде. У нас поврежден мотор, так что мы имеем полное право воспользоваться гостеприимством местных жителей.

— Гостеприимством! — возмутилась миссис Тейлор. — Вы такой же чокнутый, как мой сын!

— Я тоже! — прорычал Сэм В. Тейлор. — Я тоже чокнутый, дорогая! И я говорю: мы останемся здесь до тех пор, пока поломку не устранят. Сейчас нам следовало бы установить контакт с местными. Для этого мы пошлем двух человек.

Добровольцами вызвались Эдвард, затем шофер Джонсон и Беррифилд.

— Эдвард, ты никуда не пойдешь! — вскричала миссис Тейлор. — Ты должен защищать мать, слышишь?

Тейлор-старший посмотрел на сына, и улыбка скользнула по его лицу:

— Пусти его, Маргарет... Я же с тобой. Мистер Уоррен и мистер Беррифилд тоже останутся. Они будут чинить машину. Эдвард и Джонсон, вы должны выяснить, что здесь происходит. Вы должны...

Мистер Тейлор замолчал. Все прислушались, бросились к окнам. Действительно, подъехала автомашина — элегантный лимузин кремового цвета.

— Ну вот! Сейчас все объяснится, — удовлетворенно заметил старый Тейлор.

Он, Эдвард и Джонсон торопливо вылезли из самолета, подошли к машине и — замерли, точно вкопанные. В машине не было ни одного человека. Но что это за штука у руля? Там восседал — как бы это объяснить? — там сидел человек, сделанный из металла, или, во всяком случае, что-то похожее.

Шофер обежал машину и с восторгом уставился на «коллегу». Эдвард последовал за ним:

— Вы знаете, что это, Джонсон?

— Нет, сэр, я что-то не пойму. Это не человек... но вроде бы человек. Или машина. Или все-таки не машина...

— Это робот, Джонсон. Вы понимаете?

Тот покачал головой. Подошел мистер Тейлор и также стал осматривать удивительное явление.

— Робот, — объяснил Эдвард, — это своего рода искусственный человек. Мыслящий автомат, который с помощью точных механизмов может совершать определенные действия самостоятельно. Но то, что техника зашла уже так далеко, что роботы могут даже управлять машинами... по правде сказать, ничего себе!

Какой-то шум у самолета отвлек мужчин от разглядывания машины. Это была миссис Тейлор, которая отчаянно пыталась привлечь к себе внимание:

— Эдвард! Нет, ты не сядешь туда! И никуда не поедешь на этой чертовой машине!

Подошли также Уоррен и Беррифилд.

— Меня здесь уже ничто не удивляет, — заметил капитан, — если ваш сын не поедет, я бы занял его место.

Сэм В. Тейлор посмотрел на сына:

— Ну, ты знаешь, я не такой трусишка, как твоя мать. Я считаю, ты вполне можешь поехать. Решать тебе. А вы, Джонсон, вы поедете?

— О, конечно, сэр! Я обязательно хочу посмотреть, как этот там... ну, этот робот — как он поведет машину! Я поеду!

— Я тоже, — решительно вызвался Эдвард, бросив виноватый взгляд в сторону самолета.

Они сели в машину. Джонсон занял место рядом с железным коллегой:

— На всякий случай, — пояснил он.

Как только дверь захлопнулась, робот завел мотор, дал газ, и машина двинулась. Она объехала посадочную полосу и свернула на дорогу, ведущую к зданию со знаменем на крыше.

Джонсон не мог удержаться от того, чтобы устроить маленькое испытание своему немому соседу. Он взялся за руль и крутанул его, так что машина свернула вправо. Смотри-ка, «шофер» ничего против этого не имел! Однако в следующий момент железными кулаками он повернул руль обратно, возвратив машину на середину дороги.

Джонсон попробовал еще пару раз, но результат оставался тем же: робот не допускал отклонения машины от маршрута. Жуткая, непреодолимая воля управляла этим механизмом, и ее нельзя было преодолеть ни наскоком, ни обманом.

— Этот... искусственный человек ведет машину получше, чем я, старый водила, — в конце концов признался Джонсон, — вот интересно, а что он будет делать, если лопнет шина?

— Может, мы это тоже еще увидим, — предположил Эдвард. Он увлеченно рассматривал местность, по которой ехала машина. Они как раз миновали апельсиновую плантацию, где в темной зелени сияли золотые плоды. Затем машина повернула, пересекла площадь, украшенную цветочными клумбами, и остановилась перед широкой лестницей длинного здания, что занимало одну из сторон площади.

— Ну вот и мы. А что же нас не встречают? — поинтересовался Джонсон.

Эдвард глянул на площадь и покачал головой:

— Ни одного человека, нигде!

— Я предлагаю, сэр, вылезти из машины и пойти в дом.

Так они и поступили. Медленно, в готовности встретить новые сюрпризы, вошли в широкие двери. Они попали в просторный, уютно обставленный вестибюль. Молча переглянулись: и здесь не было ни одного человека!

Из холла поднималась лестница на второй этаж. Там раскинулась галерея на всю длину вестибюля. Позади виднелся ряд дверей.

— Джонсон, — прошептал Эдвард, — смотрите! — Он указал на галерею. Одна из дверей раскрылась. Они ждали, почти не дыша. Но ни шагов, ни голосов не было слышно.

Эдвард кивнул Джонсону и указал на открытую дверь. Джонсон понял, но сомнения одолели его:

— Может, лучше подождать, пока нас кто-нибудь встретит?

— Чепуха, мы должны выяснить, что здесь происходит, в конце концов! — возразил Эдвард и на цыпочках стал подниматься по лестнице. Джонсон, помедлив, последовал за ним. Они пересекли галерею, решительно вошли в раскрытую дверь и оказались в комфортно обставленном, уютном жилом помещении.

Джонсон сунул руки в карманы и рассмеялся:

— Отель первого класса! Отдельный номер с холодной и горячей водой! Вид на парк! Что-то я не думаю, что нас тут ожидают большие «осложнения».

Эдвард тоже рассмеялся. Его взгляд упал на дверь.

— Вы закрыли за собой дверь, когда вошли?

— Нет, я ее не трогал.

— Но она закрыта!

— Нас заперли?!

Эдвард кинулся к двери. Она тут же раскрылась так широко, что Эдвард буквально вывалился наружу. Дверь снова закрылась за ним. Он испуганно обернулся и сделал шаг к двери. Та снова раскрылась. Как только Эдвард вошел в комнату, дверь замкнулась за ним.

— Неплохо тут у них, — развеселился он, — двери закрываются и открываются автоматически, как только к ним подойдешь на определенное расстояние. Как видно, механизм управляется «магическим глазом».

Джонсон тем временем обнаружил в комнате другую дверь. Она открывалась и закрывалась обыкновенным образом и вела в соседнюю комнату, обставленную так же, как первая.

— Ну если мы хотим тут переночевать, похоже, вопрос гостиницы решен, — заметил Эдвард, — давайте осмотримся в доме.

Они снова вышли в галерею и — отпрыгнули назад в испуге. То, что они до сих пор напрасно искали на острове, находилось теперь в холле внизу, перед ними: живой человек, человек из плоти и крови, как все!

Это был самый обыкновенный темноволосый мужчина лет сорока. Одет он был в белый льняной костюм, сшитый по последней моде. Оба американца по понятным причинам смотрели на него с таким изумлением, что хозяин дома — или кто это был еще — не мог не рассмеяться.

Он двинулся к Эдварду и Джонсону, широко расставив руки:

— Приветствую вас, господа! Извините, пожалуйста, что мы позволили себе маленькую шутку. Просто не могли удержаться! Меня зовут Михай, доктор Кальман Михай.