Читаем без скачивания Малютка Интрига - Дарья Донцова

– Салона с таким названием в столице нет, – пояснил Чернов.

– Мы в области, – промурлыкала посетительница.

– А-а-а, – протянул начальник отдела компьютерного поиска. – В области имеется такой. Но…

Глава третья

– Говори, – попросил Костин.

– Татьяна Ивановна не хозяйка салона, – заявил Чернов, – она работала на ресепшене, оклад был семьдесят пять тысяч рублей. И «Фемина, сделай сама» – лишь часть косметической здравницы «Вако». Татьяна, вы уволились из данного учреждения в прошлом году.

– Просто я получила повышение, – не смутилась врунья, – теперь являюсь заведующей «Вако».

– Нет, – снова не согласился Чернов. – Отмечу, что начальство салона меняется часто, раз в год-полтора. Не так давно директором стала Олеся Никитична Игнатова. По специальности она терапевт, но не работала ни в больнице, ни в поликлинике. Салон «Фемина, сделай сама» не для простого человека, за услугу о-го-го сколько хотят. Прокат и продажа белья с имплантами – не основное направление заведения. «Вако» – часть большого комплекса. В нем спортзал, медцентр, гостиница, магазин, где продают продукты, которые сейчас объявлены панацеей от ожирения, депрессии, лени и так далее. Ух ты! У них еще есть клуб знакомств. Толстые, больные люди, те, кто не способен найти себе пару, обращаются на сайт «Будьте счастливы». Потенциальный клиент оставляет заявку, ему приходит анкета. И затем через пару дней он получает или не получает приглашение стать членом «Будьте счастливы».

– У них кастинг? – удивилась я. – Мало того что люди платят, наверное, немалые деньги за регистрацию, так им еще надо произвести положительное впечатление на администрацию?

– Похоже на то, – кивнул Юра.

– У меня возник иной вопрос, – нахмурился Костин. – Татьяна Ивановна, почему вы сообщили, что являетесь владелицей «Фемина, сделай сама»? Вы сидели на ресепшене.

– И что? – вскинула голову Тата. – По-вашему, только богатая девчонка имеет право нанять детектива? Та, что не обладает средствами, пусть рыдает в углу?

– К нам обращаются люди разного достатка, – слишком спокойно произнес Костин.

Я поняла, что Володя зол до крайности, а он продолжил:

– Есть благотворительная программа, кое-кому помогаем бесплатно.

– Да, да, да, – закивала Татьяна, – такое мне подходит! Денег совсем нет! Честное слово! Вообще никаких!

– Давайте начнем заново, – вздохнула я. – В двух словах объясните, что вы от нас хотите?

– Найти клиентку, которая сперла товар, – отрапортовала Татьяна. – В салоне существует система. Сначала я считаю общую сумму покупки. У воровки вышло триста тысяч сто два рубля.

– Однако, – заморгал Юра, – немало!

– Думали, я из-за ерунды пришла? – хмыкнула клиентка. – Дрянь набрала по полной программе, лучшее. Дала чек бабе, отвела в кассу. Вернулась, сложила покупочку в нашу сумку, жду девку. Мне из кассы должны позвонить, подтвердить оплату. Ну и звякнули, только со склада, заведующая завопила: «Скорее беги к сантехнику, зови его, у нас трубу прорвало, вода фонтаном бьет! Заткнула течь, чем смогла, самой не отойти, выручай!» Ну я и понеслась к рабочим. Когда вернулась, сумки с товаром не было. Мне в голову не пришло забеспокоиться. Никогда воровства не случалось. Нищие в салон не заглядывают, пенсионеры убогие тоже. В нашем кафе чек за чай с пирожным – как у них месячная рента. Чего только дамы в кабинетах не забывают. В душе на полочках серьги, кольца, все в нехилых брюликах. В раздевалке часы бросают стоимостью в загородный дом. Никто не возьмет – ни обслуга, ни, тем более, другие клиенты. Зачем им? У самих счета от бабок ломятся. Найдут чужое, меня кликнут. Я заберу, фото сделаю, в нашу соцсеть сброшу с сообщением: «Кто у нас Маша-растеряша? Обратитесь на ресепшен, приготовьте шоколадку для той, которая нашла». И укажу фамилию того, кто чужое притащил. В общем, спокойно я вечером домой утопала. А вчера утром выяснилось – тетка смылась, чек не оплатила, зато товар прихватить не забыла. Директриса меня на ковер вызвала, предупредила: «Найди клиентку! Объясни: у нас на кассе камера, ее на записи нет. Если не оплатите товар, сообщим во всех соцсетях ваше имя. Если отдадите деньги, то нет проблем. Понимаю, у вас забот полно, умчались, забыли про кассу. Бывает».

– На кассе, если верно понял, есть камера? – уточнил Чернов.

– Да, – согласилась посетительница.

– Значит, мы можем получить фото воровки, – обрадовался Костин.

– Она не заплатила, – напомнила Тата, – даже близко к кассиру не подходила.

– Но стояла около вас на ресепшене, – подсказал Чернов.

– В самом салоне отсутствует видеонаблюдение, – всхлипнула рассказчица, – оно – нарушение права клиентов на личную жизнь. Видела я эту кобылу впервые. Не понравилась она мне конкретно.

– Чем? – заинтересовалась я.

– Наши дамы, как правило, одеты просто, – вздохнула Тата, – многие на заказ в тяжелом люксе шьют, но просят название фирмы нигде не указывать. Если кто носит сумку от «Шанель», всю усеянную логотипом, то она – или фейк, или единственная дорогая вещь в гардеробе. Если в твоих руках сто таких «шанелек», то желание показать всему миру «вау, вона что имею» начисто исчезает. Пахло от нее не элитным парфюмом – ширпотребом. В ушах бриллианты, которые из разбитого стакана сделали. Мадам очень хотела казаться богатой. Но тому, кто на самом деле владеет состоянием, никому ничего доказывать нет необходимости. Он может выйти из дома в шлепках с рынка. Его материально, положение считывается по поведению. Знаете, как такие дамы вежливо беседуют? – Клиентка засюсюкала: «Добрый день, Танечка. Рада вас видеть, сделайте любезность, позовите Вадика, я к нему на краску и стрижку. Ах, еще не освободился? Предыдущая клиентка опоздала? Нет-нет, не торопите Вадюшу, спокойно посижу, в айпаде поброжу. Вас не затруднит принести чашечку кофе из ресторана, без сахара?» А когда получит напиток, поблагодарит: «Огромное спасибо, дорогая. Сегодня тяжелый день, сейчас отдохну. Хорошо, что дама передо мной опоздала». И перед уходом всегда положит тысячу рублей под блюдечко: «Бери, ресепшен, на чай». И таких мадам – пять-семь каждый день.

– Я не в том месте служу, – засмеялся Костин. – Сколько у вас рабочих дней на неделе?

– Шесть, – буркнула Татьяна.

– Примерно двадцать четыре в месяц, умножим их на тысячу… – начал рассуждать Костин. – И это я по минимуму посчитал, столько вам один человек дает – неплохая прибавка к жалованию. Почему вам клиентки не по нраву? Беседуют ласково, не хамят, улыбаются.

– Слишком они милые, – покраснела Петрова, – сразу понимаешь: не ровня им! Со своими по-иному щебечут. К нам часто приходит Елена Николаевна с внучкой, той двенадцать лет. Девчонка один раз скандал затеяла – ей подали латте, а она заказывала американо. Орала так, словно у нее что-то дорогое отняли. Бабушка и глазом не моргнула. А потом, увидав, что я в туалет для сотрудников пошла, который так сделали, чтобы дежурная даже в сортире слышала, что на ресепшене кто-то есть, сказала скандалистке: «Милая, ты ровня сотрудникам салона?» «Конечно нет», – фыркнула наглая внучка. «Но у тех, кто не знает, чья ты дочь и внучка, сейчас сложилось впечатление, что ты в родстве с мастерами и дурочкой из ресторана, которая по своему скудоумию перепутала заказ», – сказала пожилая дама. «Почему они так подумали?» – удивилась школьница. «А потому, что ты кричала, обзывала официантку по-всякому, – продолжила бабушка. – Так вести себя позволительно лишь с теми, с кем стоишь на одной ступени социальной лестницы. С домработницами, шоферами, парикмахерами следует общаться крайне вежливо, только на «вы», не допускать всплеска отрицательных эмоций. Подобное поведение – пропасть, которая отделяет нас от обслуги. Хочешь вскипеть от гнева при виде латте? Подумай: кретинка все перепутала, но разве умный, образованный человек захочет служить за копеечную зарплату? Нет. Это удел тех, кто не имеет образования, они тебе не ровня. Станешь орать – опустишься на их уровень. Проглоти желание вылить дуре кофе за шиворот, мило улыбнись, скажи: «Заказывала американо, не люблю латте. Оплачу этот напиток, вы же работали. Но, будьте любезны, сварите теперь для меня американо». И, уходя, оставь чаевые. Все. Флажки расставлены. Окружающим ясно: ты платишь, тебя обслуживают, ты намного выше