Читаем без скачивания Конфликт интересов - Виктор Орлов-Пушкарский

            Как назло, то же самое сделали и мои соседи. К счастью, здесь селили только отличников, и нас было ровно в два раза меньше, чем проживающих в других секциях. Шестнадцать пар одинаково обозленных глаз дружно, в смысле — одновременно, переглянулись. Не сговариваясь, просто по привычке, выстроились в колонну по двое и пошли к лифту. А так хотелось добраться до места экзамена в одиночку. Как же мне надоела эта муштра...

            В лиге от Академии находился спортивный комплекс, в центре которого был построен огромный амфитеатр (в нашем случае имперская лига равна 2 км. — прим. автора). В обычное учебное время тут проводили занятия, на сессии — экзамены, а по праздникам устраивали борцовские соревнования. Сегодня здесь собрался весь наш курс, выпускающий магов древнейшей специальности — Мечей Ночи — боевых магов Империи. Шесть сотен выпускников расселись по местам вокруг арены и молча уставились на световое табло. Кругом сновали летающие шары-операторы, транслирующие наш экзамен на весь Лаэр. Подобные трансляции велись только на платных каналах и приносили Академии дополнительные доходы.

            В центральном, привилегированном секторе амфитеатра разместился магистрат Академии и сам архимаг Протеус. Он встал со своего места и произнес пламенную речь. Никто его не слушал, так как все были напряжены до предела и думали только о себе и возможном противнике.

            — Удача вам в помощь, — сказал Протеус напоследок, и амфитеатр взорвался аплодисментами.

            На световом табло загорелось мое имя и личный номер в Ордене — ОТО №9698, так как я единственный из курсантов не имел фамилии. Я встал и, особо не торопясь, начал спускаться по ступенькам, поглядывая на светящиеся буквы. Кто же будет моим противником? Если мое имя заняло все табло, то теперь его сменило полное имя, фамилия и титул моего противника, набранные гораздо меньшим шрифтом. Хазар Амадеус граф Олерский встал и прямо с места прыгнул на арену, оказавшись на ней раньше меня. Весь факультет затих, в нетерпении ожидая начала боя. Все прекрасно знали, как мы люто ненавидим друг друга. Я и Олерский с третьего курса боролись за звание лучшего курсанта. Еще не было месяца, чтобы мы не подрались, играя со смертью. Кто сильнее, мы так и не решили, поскольку каждый раз возвращались, чтобы отомстить друг другу. Во время одной из летних боевых практик инструкторы даже не стали ставить нас в боевую пару, хотя такие педагогические методы используются повсеместно. Обычно противники, подобные нам, равномерно поставив друг другу синяки, по-братски обнимаются и становятся лучшими друзьями, но мы умели ненавидеть по-настоящему. Факультет молча, исключительно на всякий случай, прощался с одним из нас, скорее всего со мной, так как большинство зрителей поддерживали Олерского, умеющего найти общий язык с кем угодно.

            — Подойдите! — позвал нас архимаг Протеус. Это было отступлением от традиций.

            Мы молча приблизились к центральному сектору и уставились на Протеуса снизу вверх. Архимаг не скрывал своего волнения, но пытался выдать его за кипящую ярость.

            — Покажите оружие, — попросил он, и в наших руках появились длинные кинжалы. — Не забудьте затупить оружие. Если кто-нибудь из вас погибнет, то оставшийся в живых не получит диплома и вообще будет исключен из Ордена с позором. Все, можете начинать.

            Мы с Олерским вышли в центр арены и остановились. На самом деле экзамен был нужен для того, чтобы показать свои способности в создании зачарованного оружия. На учебный бой выделялось три минуты. Этого было достаточно, чтобы решить, чья работа лучше. Если во время поединка оружие соперников не ломалось, то победителями оказывались оба. Поломка оружия — гарантированный способ остаться на второй год.

            К сожалению, очень часто какой-нибудь выпускник входил в раж и случайно задевал противника. Маленькая царапинка, нанесенная дипломным артефактом Меча Ночи, означала немедленную смерть, так как подобные губительные эффекты являлись обязательным условием при создании нашего оружия. Роковые ранения были не единственной причиной случайных смертей: несколько десятков лет назад один выпускник наделил своё оружие активным искусственным интеллектом, что было строго запрещено, и что-то напутал в рунных формулах. В итоге, во время боя артефакт потерял слишком много тёмной энергии и убил своего хозяина, мгновенно выкачав из него все силы, чтобы выжить самому. Разразился жуткий скандал, и куратор группы полетел со своей должности за недосмотр.

            — Мне нужен этот диплом, — сказал Олерский, смотря сквозь меня на уровни груди. — Так что убивать я не намерен.

            «А уж мне-то как он нужен! — подумал я и кивнул вместо ответа. — Тебя папочка всегда прикроет своим титулом и связями, а вот мне без диплома будет только одна дорога — в Стражу Порядка».

            Для решения нашего «спора» бой на кинжалах не подходил, и мы одновременно заставили наше оружие изменить размеры и форму. Мой кинжал Хрусталь тускло засветился и отрастил себе рукоятку в полторы сажени (в нашем случае имперская сажень равна 2м. - прим. автора), превращаясь в копье — излюбленное оружие Мечей Ночи, если не считать алебарду. Острие копья немного затупилось, и я остался доволен полученным результатом. Олерский также сжимал в руке копье. Осталось нацепить на себя дополнительные доспехи и можно начинать бой. На нас появились обычные армейские латы, вытащенные из магических «карманов». Как правило, подобной экипировкой пользуются отряды специального назначения, а мы надеваем ее только для учебных и показных боев, чтобы защититься от случайных ран.

            Увидев нашу полную готовность, архимаг хлопнул в ладоши, а на платных каналах телевидения закончилась реклама.

            Для зрителей, наблюдавших наш поединок, прошло всего две минуты. На самом деле мы носились по арене уже четверть часа. Интересно, что можно было разглядеть в наших размазанных в реальном пространстве движениях? Хотя, скорее всего, камеры транслировали происходящее, специально замедляя картинку. Естественно, что мы не удержались в рамках стандартного течения времени и стали ускорять темп почти сразу же. Скорость восприятия возросла в семь раз, а мир вокруг меня резко замедлился. Только Олерский продолжал скакать по арене, как обезьяна, размахивая копьем и не давая мне расслабиться. Темпоральное ускорение, изменяющее скорость течения времени внутри собственного организма, было моим излюбленным приемом, но мой противник — очень коварен, опытен и хитер — также любил эту технику.

            Бой закончился на десять секунд раньше положенного срока. Мы одновременно остановились и задрали головы, чтобы разглядеть растущую тень, надвигающуюся на арену. Со стороны солнца сюда, как на взлетно-посадочную полосу, заходил на посадку дракон средних размеров (то есть, величиной с грузовик), распластав крылья и тормозя ими о воздух. Зверь засиял ослепительным белым светом и стал уменьшаться в размерах, изменяя форму. Через мгновение перед нами стоял эльф в форме мага Стражи с капитанскими нашивками на воротнике. Он окинул кресла амфитеатра презрительным взглядом и замер, повернувшись к центральному сектору лицом, а спиной ко мне с Олерским.

            — Внимание! — начал он, усилив свой голос магией. — Волей Императора, приказываю всем прекратить любое магическое оперирование и воздержаться от такового до особого разрешения. Приказ Его Величества номер девятьсот тридцать девять. Можете ознакомиться с копией.

            В руке стражника появился пластиковый лист, скрученный в трубочку, и он отправил его в сторону архимага Протеуса. Пока эльф позировал перед публикой и дистанционными телекамерами, на арене стало тесно от появившихся стражников-орков. Они заняли круговую оборону и нацелили автоматы на сидящих на трибунах выпускников. ОМОН Стражи хорошо знал свое дело и многое умел, но выйти против шести сотен новоиспеченных Мечей Ночи и пятидесяти магистров было безумием с их стороны. Без козыря в рукаве только клинический идиот решится угрожать оружием в подобной ситуации. Да и круговая оборона — тактически слабый ход. Присмотревшись внимательнее, я разобрал, что здесь не было омоновцев, а только обычные патрульные. Не на убой же их послали?

            Оглядевшись, я увидел, на что рассчитывали стражники. В небе кружили тяжелые драконы, готовые в любой момент залить амфитеатр огнем. На дальних трибунах засели эльфы, с нетерпением тиская в руках свои снайперские рельсотроны с зачарованными пулями в обоймах. В нескольких лигах от нас зависли боевые винтокрылы, пилоты которых хладнокровно разглядывали свои будущие мишени через прицельные приспособления. Не исключено, что где-то неподалеку уже «подкрадывались» шагающие танки — гномы в экзоскелетной броне.