– Я с полной серьезностью заявляю, что мне хотелось бы принять монашество. Я считаю, у меня к этому призвание.
– Дитя мое, ты даже не католичка.
– Я приму католичество, – с горячностью подхватила Алесандра.
Повисло тягостное молчание. Наконец мать-настоятельница подалась вперед. При ее движении скрипнул стул.
– Посмотри мне в глаза, – приказала она.
С минуту помолчав, она окинула пристальным взглядом воспитанницу.
– Я понимаю твое волнение. Обещаю тебе, – сказала она умиротворяющим шепотом, – заботиться о могиле твоей матери. Если со мной что-нибудь случится, за ней будут ухаживать сестра Джастина или сестра Рэчел. О твоей матери не забудут. Мы каждый день станем вспоминать ее в своих молитвах. Обещаю тебе.
Алесандра залилась слезами.
– Я не могу оставить ее.
Настоятельница тяжело поднялась и подошла к плачущей девушке; положив старческую руку ей на плечо, она принялась увещевать принцессу:
– Ты и не оставляешь ее. Она всегда будет в твоем сердце. Твоя мать желала видеть твою будущую жизнь благополучной и счастливой.
Из глаз Алесандры хлынули слезы. Она вытерла их тыльной стороной ладони.
– Я совсем не знаю герцога Уильямширского, матушка. Я видела его один раз в жизни и даже не помню его в лицо. Я не знаю, что ждет меня в его семье. Вряд ли я ему нужна? Я не хочу никому быть обузой. Умоляю, позвольте мне остаться в монастыре.
– Алесандра, ты ошибаешься, считая, что у меня есть выбор. Это совершенно не так. Мой долг – выполнить приказ твоего опекуна. В Лондоне тебя ждет спокойная, безмятежная жизнь. У герцога Уильямширского шестеро своих детей. Еще один ребенок не станет для него тяжким бременем.
– Я уже не ребенок, – напомнила Алесандра настоятельнице. – И мой опекун, вероятно, теперь очень старый и больной.
Мать-настоятельница улыбнулась.
– Твой отец, назначил герцога Уильямширского твоим опекуном много лет назад. И у него была веская причина выбрать англичанина. Тебе повезло, что твой отец отдал предпочтение именно ему.
– Да, матушка.
– Ты сможешь вести счастливую жизнь, Алесандра, – продолжала настоятельница, – пока будешь помнить, что нужно держать себя в узде. Обдумывай каждый свой шаг. Это главное. У тебя острый ум. Не забывай об этом.
– Спасибо на добром слове, матушка.
– Твое притворное смирение не обманет меня. Это совсем на тебя не похоже. Я хочу посоветовать тебе кое-что еще и желаю, чтобы ты выслушала меня со всем вниманием. Сядь прямее! Принцессе не пристало горбиться.
Алесандра и так старалась, что было сил держаться подобающе. Она еще больше расправила плечи, только тогда настоятельница с удовлетворением кивнула головой.
– Как я уже говорила, – продолжала мать Мария, – здесь никогда не имело значения то, что ты принцесса, но в Англии будет совсем по-другому. У себя на родине ты не должна ни на минуту об этом забывать. Не позволяй необдуманным поступкам портить себе жизнь. А теперь, Алесандра, скажи мне те два слова, что я неоднократно просила тебя запомнить.
– Достоинство и приличие, матушка,
– Верно.
– Смогу ли я вернуться в родные стены… если мне придется не по душе моя новая жизнь?
– Мы всегда встретим тебя с распростертыми объятиями, – пообещала мать Мария, – А теперь ступай и помоги сестре Рэчел уложить вещи. Ты из предосторожности отправишься в путь с наступлением ночи. Я буду ждать тебя в часовне, чтобы попрощаться.
Алесандра встала, присела в глубоком реверансе и вышла из кабинета. Настоятельница долго молча стояла посреди тесной комнаты. Она сочла за чудо свое избавление от принцессы. Мать-настоятельница всегда жила по строгому распорядку. А потом в ее жизнь вошла Алесандра, и весь уклад монастыря нарушился. Мать Мария любила порядок, но казалось, Алесандра и хаос неотделимы друг от друга. Однако в ту минуту, когда своевольная принцесса покинула кабинет, глаза матери-настоятельницы наполнились слезами. Словно на солнце наползла темная туча.
Видит Бог, ей будет так не хватать этой проказницы и ее проделок!
Глава 2
Его называли Дельфином. Он дал ей прозвище Сорванец. Принцесса Алесандра не знала, почему сына ее опекуна Колина называли именем морского млекопитающего, но ее собственное прозвище не было для нее загадкой. Она его заслужила. В детстве Алесандра и в самом деле была настоящим сорванцом, и в тот единственный раз, когда она оказалась в обществе Колина и его старшего брата Кейна, она успела набедокурить. Несмотря на то что она была очень мала, отец с матерью, которые души в ней не чаяли, успели порядком избаловать свое единственное чадо. Что уж тут говорить о слугах! Крошечная принцесса была не по годам своевольна. Родителям Алесандры и в голову не приходило наказывать любимое дитя, и они проявляли потрясающее терпение, пока Алесандра в конце концов сама не научилась обуздывать свой темперамент.
Когда родители взяли ее с собой на короткое время в Англию, Алесандра была совсем маленькой девочкой. У нее осталось только смутное воспоминание о герцоге и герцогине Уильямширских. Дочерей их Алесандра не помнила вообще, а двух старших сыновей, Кейна и Колина, припоминала с трудом.
Тогда она была мала ростом, и в ее памяти они остались настоящими великанами. Теперь они уже взрослые люди. Алесандра не была уверена, что могла бы узнать в толпе хотя бы одного из братьев. Она надеялась, что ее детские шалости забыты, равно как и прозвище Сорванец. Ей казалось, что младший из братьев, Колин, не станет вспоминать ее мелкие грешки и с ним легче будет найти общий язык. В конце концов, ее выбор был невелик, и она нуждалась в безопасном пристанище.
Алесандра прибыла в Англию сумрачным утром в понедельник, ее встретили и немедленно препроводили в поместье герцога Уильямширского. От волнения и корабельной качки Алесандру слегка мутило. Но почтенное семейство встретило ее с таким радушием, что волнение девушки скоро улеглось. И герцог, и герцогиня искренне обрадовались ей. Ее неловкость мало-помалу исчезла. Отношения между членами семьи были теплые и дружеские, и девушку окружили заботой. Только в одном Алесандра была не согласна со своим опекуном. У супружеской пары было намерение отправиться в Лондон и провести зиму в роскошном собственном доме. Девушка уже предвкушала удовольствие от прогулок по огромному прекрасному городу, однако герцог и герцогиня неожиданно заболели.
Алесандра приняла решение ехать самостоятельно. Она уверяла опекуна и его супругу, что не желает никого обременять, и высказала желание снять себе дом на сезон. При одной только мысли об этом с герцогиней чуть не случился сердечный приступ, но Алесандра стояла на своем. Она напомнила своим опекунам, что, в конце концов, она – взрослая и сама сможет о себе позаботиться.
