Опустившись на диван, рассматривает фотографии в рамках.
Вот свадебные. Три года назад. Скромный вечер, для самых близких. Абсолютно счастливый жених и улыбающаяся невеста. Вот они в Италии, Греции, Индии.
Лера любила море, и он потакал этой любви. Предложив на выбор свадебное путешествие, удивился её выбору.
– Греция. Просто я море очень люблю.
Больше вопросов о выборе места отдыха он не задавал. Туры выбирал сам, отели только самые лучшие.
Она любила небольшие живописные приморские городки, их особенный характер, атмосферу. Любила без устали гулять по узким мощенным улочкам, изучая окрестности, с аппетитом ела в уютных ресторанчиках на открытом воздухе, утром и вечером взвешивалась, со смехом отмечая прибавку. Однажды остановилась у магазина, сосредоточенно рассматривая себя в витрине, а потом повернулась к нему с обидой и упреком:
– Почему ты не следишь за моим весом.
– Я слежу.
– Нет, ты следишь за мной, ты намеренно откармливаешь меня, чтобы я вернулась домой поросенком.
– Какой же ты поросенок, ты вон какая загорелая.
– Ну я подпаленный поросенок, – она опускает голову и плечи.
Коршуном он подлетает к ней, обнимает, целует. Он не может допустить, чтобы малейшее огорчение проникло в её сердце, чтобы даже тень прошлого омрачила их пребывания здесь, в стране солнца, моря и счастья.
Вот Италия. Второе путешествие.
Держась за руки, они бесцельно бродят по вечерним улицам, пытаясь уйти подальше от толп туристов, но не упуская из вида купол старинной церкви, единственный ориентир в запутанных переулках старого города. Неожиданно сквозь гул и суету они слышат дивные звуки. Не сговариваясь, разворачиваются и идут на гитарный перебор.
На низкой эстраде, склонив седую голову над инструментом, играет пожилой итальянец. Зрители плотным кольцом обступили сцену, и слушатели всё прибывают. Музыки Лере мало, вытянув шею, привстав на цыпочки, она пытается разглядеть музыканта. Завораживает артистизм исполнения. Длинные тонкие пальцы проворно бегают по грифу гитары, косматая голова то склоняется, закрывая собой струны, то резко откидывается, открывая загорелое, с крупными чертами лицо. Обняв Леру со спины, Илья, как рыцарь, защищает свою даму от темпераментных слушателей. Очередной пассаж виртуоза заставляет её сильнее прижаться к груди мужа, она очарована музыкой, а Илья опьянен её близостью, беззащитностью. Вдыхая аромат волос, прикасаясь к ним губами, боясь спугнуть колдовство, руками ласково проводит по изгибам тела. Высоким аккордом музыкант заканчивает выступление и уходит за тряпичный занавес.
Разгоряченная публика бисирует, но поднявшийся на сцену хозяин объясняет, что музыкант будет играть здесь только через десять дней, предлагает всем по бокалу красного вина и включает запись медленной гитарной композиции. Публика разочарованно расходится. Лера со вздохом сожаления разворачивается к Илье, который встречает её губы горячим поцелуем. Несколько пар так же, как и они, танцуют между столиками. Для неторопливой мелодии Илья целует её слишком жарко, не позволяя отодвинуться ни на миллиметр, опасаясь лишиться редкого мгновения счастья, когда она принадлежит ему. Между глотками терпкого вина снова целует, на этот раз нежно, и проклинает себя, что именно сегодня сам предложил уйти подальше в Старый город. И сколько теперь шагать до стоянки такси? И как минимум минут двадцать ехать до отеля. Её волнующий голос вернул его к жизни.
– Возьми у хозяина бутылку вина с собой и фруктов.
Добравшись до отеля за полночь, разгоряченные вином, бутылку которого почти выпили по дороге, они безудержно веселились и хохотали, кажется, что–то уронили на стойке у портье. Стыдливо опустив головы, сдерживая веселость, дошли до своего номера и снова громко рассмеялись. Это была самая счастливая их ночь, никакие попытки повторить её не увенчались успехом. Лера сама хотела этого, Илья видел это и ценил. Пробовали связать фантастическую ночь с эффектом опьянения. На следующий день выпив ровно столько же, сколько и накануне, результат получился абсолютно обратный, если Илья ещё пытался шутить и веселиться, то Лерино настроение упало до нуля, поняв тщетность усилий, они просто прошлись вдоль моря.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В этом году – Индия. Почему туда? Илья и сам не понял. Озвучил в турфирме просьбу супруги – поближе к морю, подальше от людей. В итоге очутились почти на необитаемом острове. Небольшой отель, без русских туристов, европейская кухня, великолепный пляж. И скука.
На пятый, критический для любого туриста день, Илья договорился о морской экскурсии с рыбалкой. Волны не больше трех баллов слегка покачивали яхту. Не успев полюбоваться видом берега с моря, Лера почувствовала слабость и головокружение. Пришлось срочно разворачиваться, и под неодобрительные взгляды остальных туристов их высадили на пирс.
Они предприняли еще одну попытку развлечься самостоятельно – поездку в ближайший город. Облупленные халупы, трущобы, ужасная грязь и нищета, это без учета духоты и мухоты, произвели на них удручающее впечатление. У Леры даже после визита на идеальную суперсовременную кухню отеля аппетит пропал до самой Москвы. Она ела только овощи и фрукты, вымытые Ильей водой из бутылок.
Ни о каких жарких, полных страсти ночах не было и речи. Частые позывы к рвоте насторожили обоих. Была ли она готова к беременности? К рождению ребенка от Ильи? А он и вовсе был одержим ею и не готов был делить её с кем–то, пусть даже это будет его ребёнок.
Вернувшись домой, к счастью для обоих, вопрос отпал сам собой.
Сегодня он затеял очередную попытку, хоть на один вечер, одну ночь вернуть романтичную интонацию Италии. Увидеть улыбку на её губах, заставляющую его сердце безудержно биться в груди. Спагетти, итальянское красное вино, музыка Каркасси.
– Илья, все готово, – она присела к нему на диван, ласково погладила волосы, – Пойдем.
Глава 3
– Лер, ну расскажи, как вы съездили.
– Девчонки, обязательно расскажу! Попозже. Совсем некогда. Я даже дверь не закрыла, все бегом.
– Бегаете с Верстаковым, как заполошенные. Тот под своего Орлова дополнительное финансирование выбивает, контракт у него чуть не КХЛовский. Ты тоже только бумаги скинуть забегаешь. Мы ведь и обидеться можем.
– Пощадите, только не сегодня! Зашиваюсь, еще на аптечный склад надо ехать, – Лера сложила ладони в умоляющем жесте.
Но бухгалтеры были неумолимы:
– Иди закрывай свою дверь и приходи пить кофе.
– Постараюсь, но не обещаю.
После утреннего кофе Ильи, сваренного по фирменному рецепту с добавлением корицы, пить растворимый суррогат – преступление, подумала Лера, но благоразумно промолчала.
Из тихой бухгалтерии Лера вышла в коридор, который гудел сегодня как улей. Кивком встречая знакомых, она поторопилась в свой кабинет. В очередной раз кого-то приветствуя, почувствовала вибрацию телефона в кармане и, не глядя на экран, быстро ответила на звонок.
– Алло, я слушаю.
– Ну здравствуй, Лера!
Она остановилась от неожиданности.
– Максим?! – возмущение и испуг лавиной накрыли её.
– Узнала?
– Что тебе надо? – голос предательски дрожал, она прислонилась плечом к стене.
– Мне нужно, чтобы ты вернула должок.
– Какой должок Максим? Ты бредишь!
– Мне нужны деньги!
– Твоя наглость не знает предела! Ты обещал забыть обо мне!
– Как видишь, не смог. Это ты забыла обет "И в горе, и в радости...», ты это обещала не только мне, но и своим родителям. Вспомни, сколько денег я в тебя вложил? Учеба, интернатура. Сколько в лечение отца твоего вкладывал, в психолога для тебя, не с твоей же зарплаты копеечной? Ничего не жалел! Машина, шубы, золото, отпуск – все для тебя! А ты все пять лет супружества относилась ко мне, как к чемодану. Ты меня не любила!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Ты прекрасно знал об этом, когда умолял выйти за тебя. Ты не смеешь упрекать меня, я была хорошей женой. Старалась. Учеба и интернатура были бесплатные, машину подарили родители, а золото и шубы унесли твои кредиторы, туда же ушли и деньги за проданную квартиру. Своей долей в квартире, я расплатилась сполна за свою ошибку.
