Несущихся к оврагам данов встретил шквал копий, также и лучники с деревьев продолжали стрелять. Далее дело дошло до рукопашного боя, в темноте рощи отовсюду доносились дикие вопли сражающихся и раненных, гулким эхом звучал свист летящих стрел и лязг оружия. Даны искусно орудовали боевыми топорами, но после первых атак засады Айка их уже полегло значительное количество, воины графа в военной подготовке врагу не уступали, ловко сражаясь мечами. В учениях Айк их не щадил, только самые сильные и выносливые могли стать частью его отряда.
Оставшихся в живых данов оттесняли к стене крепости, окружая со всех сторон и одновременно яростно атакуя. В данный момент их осталось не более тридцати человек, остальные попросту сгинули в темноте рощи.
- Взять живыми! – рявкнул Айк. – И притащить пленных к центральным вратам!
Дрого с замиранием сердца прислушивался к звукам битвы, доносившихся из стороны рощи. Сам же он сидел в компании нескольких дозорных и лучников в надвратной башне, в случае чего они были готовы атаковать с высоты стен крепости, но видимо до этого дело не дошло…
- Наши идут! Кажется, пленных тащат… - Дрого прищурился, вглядываясь в озарённых светом факелов людей. – Точно пленные… Отворить врата! – скомандовал он дозорным.
Когда ворота с грохотом откинулись через ров, образуя мост, Дрого и несколько десятков мужчин вышли за территорию крепости, встречая своего господина-победителя.
- Пленным отрубить головы и нанизать на пики. Сами же пики установить вдоль центральной стены снаружи… Чтоб остальным неповадно было сюда приходить с оружием… - Айк в свете факелов выглядел особо зловеще, его очи казались чёрными пылающими безднами, несущими смерть. – Приступайте! – рявкнул граф.
Пленные в ужасе сбились в кучу, их хватали по одному и связывали за спиной руки. И когда один из воинов Айка схватил очередного, срывая с него тёмный плащ, перед взорами окружающих предстала девушка, она отчаянно вырывалась и рычала, аки загнанная зверюшка.
- Глядите-ка! Баба! – удивлённо вскрикнул кто-то из мужчин. – Вот будет нам потеха да развлечение! И вроде ничего из себя…
Девушку резко вздёрнули на ноги, она тряхнула головой, пытаясь смахнуть с лица медные пряди волос, что выбились из длинной косы.
- Тащите её к Дикому, пущай он решает, что с ней делать, - молвил подошедший к толпе воинов удивлённый Дрого, разглядывая хрупкую фигурку невысокой ростом и яростно сопротивляющейся девушки.
- Господин! У нас среди пленных девка! – один из мужчин нервно хохотнул. – Что прикажете с ней делать?
Девушку как раз притащили к графу и швырнули перед ним на землю, словно мусор. Но она тут же вскочила на ноги и вздёрнув гордо подбородок, взглянула Айку в глаза. И что это были за очи… Серо-зелёные прозрачные огромные озёрца, но сколько же в них было ненависти! И абсолютное отсутствие страха…
Это мощное противостояние взоров длилось несколько мгновений, граф невольно отметил, что столь дерзкие и бесстрашные пленные попадаются крайне редко, а тут ещё и девушка…
«А ведь красива…» - Айк мазнул взглядом по изящной фигуре стоящей перед ним пленницы, затем вновь продолжал взирать в её дивные очи, пылающие дикой ненавистью и решительностью принять смерть.
- Чудовище! – процедила девушка сквозь зубы, не прерывая зрительный контакт.
- Ишь какая дерзкая! И язык наш вроде понимает, - молвил один из воинов, наблюдающий с любопытством за происходящим. – Что прикажете с ней делать, господин?
- Пусть поглядит на казнь этих наглецов, в числе которых она явилась на мои земли, - обманчиво-спокойный голос Айка пробирал до мозга костей, пылающий взор буквально прожигал. – А затем отведите её в мои покои, я с ней лично побеседую.
- Смерть язычникам! – среди толпы воинов звучали яростные возгласы. – Бранди! Руби их никчёмные головы!
Одного из пленных потащили куда-то в сторону, к массивному дубовому пню. Оживлённая толпа мужчин расступилась, пропуская воина-громилу с топором в руках, в свете факелов довольно широкое лезвие этого орудия сверкало зловещими отблесками. Было и без слов понятно, что это и есть тот самый Бранди, местный палач, который являлся фанатичным христианином и считал, что выполняет священную миссию, убивая язычников и обагряя земли их кровью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Приступайте, - граф кивнул воинам, охранявшим пленников. Одного из смертников тут же потащили к пню, повалили на землю, кто-то надавил ему коленом на спину, а голова несчастного оказалась на том самом пне, который выглядел аки жертвенный алтарь. Оживлённые воины на мгновенье стихли, были слышны лишь жалобные крики и мычание пленного, который уже мысленно прощался с жизнью. Смертоносный взмах топора Бранди рассёк воздух с характерным свистом и в мгновение ока человек был обезглавлен. Тело отшвырнули в сторону, а на подходе был следующий…
- Так будет с каждый, кто явится сюда с оружием, - холодно процедил Айк, пристально наблюдая за процессом казни. Испытывал ли он муки совести или жалость? Абсолютно нет, так как считал, что вершит правосудие на своих землях имея на это полное право. Эти пришедшие сюда люди враги, явившиеся с целью грабить и убивать. Так стоит ли их жалеть?
Айк невольно перевёл взор на пленную девушку, в свете факелов её косы казались золотистыми, словно языки обжигающего пламени. Она стояла молча, вздрагивая при каждом взмахе топора палача, по щекам катились слёзы, но пленница не отворачивалась и не билась в истерике, наоборот, открыто взирала на казнь, словно в любой момент была готова разделить участь осуждённых на смерть.
«В ней абсолютно нет страха…» - мимоходом отметил Айк, изучающе разглядывая девушку. – «Зачем же явилась сюда, глупая?»
По приказу графа под одобрительные крики воинов вдоль центральной стены его замка в землю водрузили длинные пики с нанизанными на них отрубленными головами пленников, это кровавое зрелище казалось для них обыденным, а также знаменующим победу над врагом.
- И теперь, прежде чем явиться ко мне с оружием каждый хорошенько подумает! – хрипло воскликнул Айк. – Представление окончено! На рассвете приступим к захоронению убитых, а сейчас отдых! Мы все доблестно сражались и заслужили на это!
- Долгих лет Айку Дикому! Победа за нами! – скандировали воодушевлённые воины, направляясь в сторону отворённых центральных ворот замка. Рыжеволосую пленницу потащили туда же, следом за удаляющейся тёмной фигурой графа, она с ужасом молча взирала на длинные пики с нанизанными головами тех людей, в числе которых ещё недавно сражалась с людьми ненавистного Айка.
- Вальхалла ждёт вас… - прошептала она чуть слышно на датском языке. – Сытного вам пира с богом Одином в его обители Асгард…
Девушку сопровождал Селвин, один из преданных воинов графа. Она не сопротивлялась, а наоборот, уверенно шагала сама, гордо вздёрнув подбородок, словно не желала, чтоб её волокли силой, ведь это было бы довольно жалким и унизительным зрелищем.
- Мерзкая язычница! – крикнул кто-то из рядом идущих мужчин и сплюнул в сторону девушки, а она даже на него и не взглянула, продолжая гордо взирать вперёд, словно тот являлся пустым местом.
Хоть на дворе была глубокая ночь, на территории замка царила довольно оживлённая атмосфера, прямо на улицу из погреба кто-то из слуг выкатил несколько бочонков эля, пенный напиток поспешно разливали по кружкам прямо на центральной площади, потчуя в первую очередь воинов, а затем и всех желающих. Обитатели замка прибывали в радостной эйфории после нервного напряжения, ведь ранее все были уверены, что над графством нависла опасность, но сейчас…
- Слава Айку Дикому и его воинам! – слышались отовсюду крики людей, они хохотали, веселились, бурно обсуждая последние события. – И смерть всем язычникам!
Селвин повёл рыжеволосую пленницу в центральную башню-донжон, сопровождая к покоям графа, как тот ранее велел. Они поднялись по винтовой деревянной лестнице на второй этаж, где располагалась спальня Айка.
- Привёл, как и велели, мой господин, - Селвин при входе в графские покои толкнул девушку в спину, вынуждая зайти внутрь помещения и шагнул следом.
